“Мне ты, конечно же, не скажешь?” — решила проверить свою догадку.

“Нет, моя прелесть. Кроме Дримона никто не знает и не должен. Никому, кроме брата, я тебя не доверю, даже тебе самой,” — не стал отпираться принц.

Наглый дракон всё так же улыбался, а у меня совершенно не осталось сил, чтобы спорить. Тем более не было сил напоминать Даркису об отношении того самого брата к полукровке.

Как только Лунари родит, Дримон снова сменит милость на гнев и без Дарка непременно от меня избавится. Если не сам, то руками магов или эльфов.

Хотя нет, Архальму невыгодно, чтобы я погибла. Всё снова изменилось. Единственный, кому я могу доверить свою жизнь, — высокомерный правитель, предавший моё доверие. Но теперь он неожиданно стал ещё и эльфом, пусть и призрачным.

Вздохнув, я посмотрела в грустные глаза дракона и почувствовала, как слова застряли внутри, не решаясь вырваться наружу.

“Давай спать, мой несносный, высокомерный и самонадеянный дракон,” — тихо произнесла и, обхватив принца за шею, прижалась ухом к его груди.

Громкий гул огромного сердца успокаивал и действовал не хуже сонного порошка Филиппа. А горячие руки на моей талии позволили ощутить себя чуточку спокойнее.

“Прозвучало почти как признание в любви, моя невероятная, желанная и непокорная жена,” — тихо ответил дракон, проводя рукой по моей спине и обжигая горячим дыханием макушку.

Возможно, стоило обсудить с Дарком что-то серьёзное, выяснить его план или понять, почему принц отстранился, но я не стала. Закрыла глаза и позволила себе уснуть. Завтра всё непременно изменится. Оставалось надеяться, что к лучшему.

***

Зелёное поле было усеяно мелкими цветами, а впереди возвышалась черная, как смоль, скала.

“Нам к пещере,” — сообщил разряженный в боевую форму командир.

Остальные ящеры оглушали пространство громким звуком хлопающих крыльев. Либо Илиос ещё не знал, что его ожидает, либо выжидал, пока драконы попробуют обойти скалу и попадут в очередную ловушку.

Пока остальные драконы кружили в ожидании падения преграды, Дримона снова оставили моей нянькой.

“Ты не будешь командовать своими аскарами?” — не удержалась от вопроса.

“Не в этот раз, моя юная королева. Поспешим.” — он подтолкнул меня ближе к проходу.

“Нет, иначе нас завалит камнями или засыплет песком. Мне не нужно видеть, чтобы знать. Магия сама найдет нужный проход,” — отказала дракону и посмотрела на слишком молчаливого союзника сбоку.

Всё в том же белом наряде и с короной на голове, рядом стоял Архальм.

Эльф выглядел величественно и угрожающе, но едва ли сказал пару слов с тех пор, как мы остались втроём. Да и в целом со мной он общался не слишком охотно.

То ли артефакту было стыдно за обман, то ли, получив корону и власть, он не считал нужным говорить с “глупым накопителем”. Именно так я и выглядела: не больше, чем накопитель, из которого черпал магию первый король эльфов, теперь снова истинный король.

Вздохнув, я молча протянула Архальму руку, и он крепко сжал её, продолжая безразлично рассматривать скалу.

“Дыши. Будет неприятно,” — холодно произнёс живой артефакт, и его глаза вспыхнули красным.

Руку привычно обдало холодом.

“Тайное станет явным,” — прошептала я заклинание, оставленное Дарком, и темный проход под скалой показался пустым коридором.

Тёмные нити Хаоса потекли, учуяв цель и подчиняясь незримому приказу. Они, словно магия жизни, знали, чего я хочу, и обвили скалу, как чёрные живые лианы.

Когда нити охватили весь чёрный камень, я усилила напор магии и пошатнулась. Дримон сбоку рыкнул, а призрачный эльф крепче прижал меня к себе.

“Потерпи, девочка. Потерпи немного,” — тихо произнёс он.

Ещё несколько минут, казавшиеся вечностью, и сверху раздался рев драконов. В воздухе застыло облако чёрной пыли — маги удерживали остатки разрушенной породы, превратившиеся в густую завесу.

“Вторая скала, Касити. Давай же, ты сможешь. Соберись,” — скомандовал Архальм.

Со второй скалой всё было проще и быстрее, только близость диаспора не позволила Хаосу добраться до самого логова старого вампира.

“Если разрушу ещё одну скалу, будет проще,” — прошептала Архальму, и нити снова устремились вперед, охватывая больший участок.

“Этого не было в плане. Маги растеряются. Просто убери участок, который мы выбрали, Касити,” — раздался рык Дримона сбоку.

“Он прав. Ты расчистишь путь не только нам, но и упырям,” — поддержал командира первый король.

Тьма была не согласна, она стремилась разрушить, испепелить хоть и все скалы, требуя выхода и свободы. Она жаждала показать истинную силу Хаоса, а не жалкие капли, которые заставляли дрожать мои ноги, а разум туманиться. Тёмная сила стремилась подчинить слабый сосуд хотя бы на время, пока тот выдержит.

“Нет, Касити! Я знаю, что ты чувствуешь, но если уступишь… Если поддашься, больше не сможешь вернуться. Сила манит, дурманит, затуманивает разум, обещает наслаждение. Но будет лишь пустота и вечный голод. Магии всегда мало свободы, она требует большего, пока не разрушит сосуд. Хаос бесконечен, юная полукровка. Сколько ни дай, ему всегда мало,” — шептал Архальм, ослабляя поток.

“Нет, я могу! Я хочу разрушить больше!” — почти закричала в ответ, не узнавая собственного голоса.

Не знаю, как это выглядело со стороны, но кажется, даже драконы замерли в воздухе, учуяв неладное. Как и Дримон. Мгновенно оказавшись рядом, командир что-то прошептал Архальму.

“Браслета достаточно. Но я уверен, она справится,” — ответил эльф, крепче прижав меня к себе.

Сжав мои руки, Архальм сам направлял магию, не позволяя мне выпустить силу и дать Хаосу то, чего он так жаждал.

Это невероятно раздражало. Но я не вырывалась. Без артефакта силы Хаоса не будет, а холод, охватывающий моё тело, почти приносил удовольствие — странное чувство спокойствия, смешанное с вседозволенностью.

“Хорошо. Приготовьтесь!” — прокричал эльф у моего уха, и вторая скала обратилась в чёрную пыль.

Буквально отскочив от меня, Архальм толкнул ослабевшее тело в руки дракону.

“Час, и она будет в порядке. Но ящер мне должен,” — рыкнул он Дримону, а затем зазвучали команды на эльфийском.

Вокруг суетились маги, эльфы и ещё несколько аскаров.

“Пойдём, моя юная королева. Наша роль в этой битве окончена,” — с натугой произнес Дримон.

Подхватив меня на руки, он приказал доложить Миру, что всё под контролем, и куда-то быстро пошёл.

Я пыталась понять, что происходит, собрать ускользающее сознание, чтобы осмотреться. Но быстрые шаги Дримона и расплывающаяся картинка не позволяли этого.

А потом меня ослепила яркая вспышка, и вместо холодного ветра и гула голосов наступила тишина, а спина коснулась мягкой постели.

“Вот и всё, поспи, маленькая полукровка,” — прошептал дракон, и меня накрыли пушистым одеялом.

Пока Даркис и драконы ведут бой за континент, меня отправили спать, как беспомощного ребенка.

В другой раз, я бы поспорила с наглым драконом, но сил снова не осталось. Закрыв глаза, я нырнула в сон или просто потеряла сознание — не уверена.

Касити де Форест.

Вопреки надеждам наглых драконов, я спала недостаточно долго.

Как только тело отошло от влияния темной магии, глаза распахнулись, а в сознании начала звенеть тревога.

Прежде чем я успела окончательно прийти в себя, оказалась в гостиной, по которой расхаживал злой и напряженный дракон.

“Сколько я спала?” — рыкнула на командира, и он замер, обреченно вздохнув.

“Недостаточно,” — сдавленно сказал Дримон и, налив стакан воды, протянул мне.

Перед тем как сделать глоток, я проверила воду на наличие сонного порошка. С него станет усыпить меня, чтобы не мешалась под ногами.

“Что происходит? Сколько идёт бой?” — повторила вопрос, и Дримон глухо зарычал.