Мне некуда бежать, он тоже это понял. Вероятно, потому что не знал, что есть к кому.

***

Днём найти пещеру было проще, даже несмотря на то что всё вокруг покрылось кустами и цветущими деревьями. Теперь, я с уверенностью могла сказать, что причиной тому была моя магия. Та самая магия, которую столько лет пытались подавить. О словах отца я старалась не думать, но они эхом звучали в ушах.

Только войдя в пещеру, я позволила слезам пробиться и беззвучно рыдала, положив руку на клыкастую морду своего тайного союзника.

“Просыпайся, Дарк, есть новости,” — прошептала, когда дракон тяжело вздохнул и шумно выпустил пар.

“С возвращением, Бератри (освободительница),” — прозвучало в ответ рычащим голосом.

“Да уж, повод более чем веский. Мне нашли жениха,” — не стала тянуть.

“Сколько я проспал в этот раз?” — проигнорировал “новости” дракон.

“Примерно пять месяцев,” — ответила, все еще поглаживая клыкастую морду, продолжая вливать в монстра магию.

“Быстро они. Тебе даже семнадцать не исполнилось. Эльфа, как я полагаю?” — всё же прокомментировал он услышанное.

“Эльфа!” — выдохнула и утерла слезы рукавом, — “Помолвка не скоро, после того как мне исполнится восемнадцать. Будущие хозяева едут заклеймить невесту своего чада. Магическая печать, как на лошадь или корову. Слишком своенравная человечка, сама виновата,” — сказала и громко всхлипнула, убирая руку и прикрывая рот, чтобы не разрыдаться.

Даркон тихо ругался на своём языке, а потом боднул меня головой.

“Снимем, моя маленькая полукровка. С магией жизни ты и сама справишься. Я помогу, как только магия немного восстановится,” — попытался утешить меня Дарк, но это слабо помогало.

Рыдания всё же прорывались наружу, и, прижавшись к холодной морде крылатого ящера, я даже не пыталась их сдержать.

Выпустила магию, которая бурлила внутри и ревела, как в детстве из-за сломанной куклы. С той только разницей, что в этот раз кукла — это я, и меня вот-вот сломают.

Нарыдаться вдоволь мне не позволили. Спустя час дракон рыкнул, что я устроила потоп, и отправил плакать в покои.

“Все крылатые ящеры — просто безэмоциональные и расчетливые существа, как и эльфы,” — именно так они описывались в старых фолиантах, которые мы читали с учителем по древнеэльфийскому.

Несмотря на это, чёрный дракон оказался более понимающим, чем все эльфы, которых мне доводилось встречать, и даже некоторые маги.

Пообещав своему союзнику, что скоро вернусь, я поплелась домой.

Его молчание было именно тем, в чём я нуждалась. Дарк тихо сопел и слушал слёзы и всхлипывания глупой человечки, даже остановил меня, когда рыдания грозились перерасти в истерику.

Дракон не стал врать, что всё будет хорошо, или убеждать, что это нормально. А главное, не стал говорить, что это я сама во всём виновата.

В отличие от моей доброй и заботливой няни.

Женщина убеждала, что ничего страшного в договорном браке нет и такова моя участь, как и всех аристократок. По её мнению, печать — это всего лишь символ моей верности будущему супругу. Почти что знак отличия — я одна из немногих, до кого снизошли высшие эльфы. Даром, что эльф был немного бракованный: без магии и без наследства. Зато эльф: гордый, красивый, родовитый.

От таких речей пожилой дамы, хотелось выть и снова рыдать, но я держалась. Достала одну из прихваченных из де Форест книг и пялилась на расплывающиеся буквы.

***

Долго пялилась, примерно несколько следующих дней.

Еду мне приносили в комнату, а еще приводили учителей, которых прислал король Элвинтор. Меня проверяли и дрессировали, как лошадь перед выставкой.

Только спустя неделю, отец заставил меня покинуть покои и спуститься в гостиную.

“Возьми себя в руки, Касити. Я дал тебе достаточно времени, чтобы свыкнуться с мыслью о том, что предстоит. Напомню тебе о перспективах жить в Савояре, если ты надумаешь что-то выкинуть,” — прорычал король, и меня нарядили как куклу, устроив показательный обед.

К разочарованию Калисты, мои манеры оказались почти идеальными, даже для придирчивых эльфов, которых прислал король. Только эльфийка показательно фыркала, когда очередной эльф хвалил мое умение вести светскую беседу или пользоваться приборами. Глупая королева и правда думала, что я дикарка, и тут её ждал сюрприз.

Я всегда помнила о своём происхождении и, если отступала от этикета, делала это, чтобы позлить её, а не потому что не знала правил или не умела правильно есть или пить.

В де Форест меня обучали лучшие маги и магистры, и так было всегда, с самого детства. Просто об этом не докладывали в Туманный дворец.

Дядя Кристофер считал, что чем меньше знает король эльфов, тем лучше для меня. И он не ошибся. Как показала практика и висевший на шее амулет-ограничитель, он не ошибся и не зря не доверял своему пока ещё союзнику.

Отец выдохнул с облегчением, убедившись, что с манерами у принцессы всё в порядке и я способна опускать глазки и изображать покорность. Взамен, я обрела мнимую свободу, которую использовала, привычно бродя по руинам и навещая своего чешуйчатого сообщника.

Как бы часто я ни являлась в пещеру, дракон не отказывался от магии. Даже слушал мои рассказы про уроки этикета и о том, как кривилась королева.

Правда, недолго, уже спустя несколько часов ящер начинал нервничать и отправлял меня назад во дворец. То ли он уставал от частых визитов, то ли уставал от моей бесконечной болтовни.

Я даже принесла несколько подушек и пару пледов, чтобы не сидеть на голой земле. Чем вызвала искреннее негодование у своего клыкастого друга. Дарк громко фыркнул, выражая своё отношение к тому, что его убежище захламляют, но протестовать не стал.

До визита будущих родственников оставалось всего два дня.

Как обычно, я опиралась руками на клыкастого друга и делилась свежими сплетнями.

“Inquietum puella (неугомонная девчонка),” — снова вздохнул дракон.

Как правило, это значило, что крылатый ящер устал и собирается отправить меня прочь.

“Надеюсь, это не какое-то оскорбление. Ты обещал научить меня своему языку,” — напомнила дракону о клятве.

“Чтобы ты болтала со мной на трёх,” — недовольно ответил клыкастый.

“Клятва, Дарк,” — показала ему руку, на которой тут же вспыхнул узор кровной клятвы.

“Обучу. Когда смогу вставить хоть слово, в твой бесконечный поток историй, вопросов и жалоб,” — прорычали в ответ, а потом дракон дёрнул мордой и зарычал.

“Эй! Ты чего! Я не настаиваю, не прямо сейчас. Дарк, ты чего?” — испуганно затараторила, видя, как глаза Дарка вспыхнули желтым.

“Отойди!!!” — громко прорычали в голове, и я побежала к выходу.

Дракон лихорадочно мотал клыкастой мордой, издавая нечто среднее между рыком и стоном, яростно кроша породу вокруг.

Жуткое зрелище, а ещё ужасные звуки.

Прикрывшись простым щитом, которому меня учили с детства и на который раньше не хватало магии, я смотрела, как пещера наполняется пылью, но уходить не спешила. Хотя, вероятно, и стоило. Ведь попасть в пасть к дракону было проще простого.

Однако, я по собственной глупости не боялась огромного клыкастого монстра и замерла, не понимая, отчего он бьётся в агонии.

Рык становился громче, потом затрещала порода, и пещера вздрогнула. На несколько мгновений пространство озарила голубая вспышка магии, ослепляя и заставляя попятиться ближе к выходу. После, раздался громкий хлопок, и наступила тишина.

Казалось, все звуки исчезли, слышались лишь мое прерывистое дыхание и слабый стук осыпающихся с потолка камней.

"Похоже, я убила последнего дракона," — промелькнуло в голове, но развить эту мысль помешал внезапный громкий мужской чих.

Пытаясь понять, что происходит за облаком пыли, я всматривалась и нигде не видела привычную клыкастую морду.

Новый чих, за которым последовало тихое ругательство на рычащем языке, раздался с другого конца пещеры. Пыль собралась в шар и пролетела мимо меня, направляясь к выходу.