И что это было такое? И зачем?

Проводив его спину взглядом, я повернулась к Камиль.

— Это кто такой вообще? — озадаченно спросила.

— Ты зачем этого гада из норы вытянула? — одновременно выдала она.

— В комнату, — подытожила наши гляделки Жюльен.

***

До общежития мы шли как на отработку наказания.

Камиль зло сжала губы и скрестила руки на груди, а Жюльен с недоумением посматривала то на неё, то на меня.

— Я понятия не имею, кто это, Камиль. Он сам подсел ко мне знакомиться, а потом потащил во двор, — выпалила я, прежде чем подруга разразилась гневной тирадой.

Я прекрасно знала этот взгляд.

Таким она обычно смотрела на Жюльен, когда та брала без спросу её книги и потом забывала вернуть.

Вот и сейчас Камиль шумно выдохнула, как отвар, который уже готов был взорваться, но в последний момент стабилизировался.

— Я была его девушкой на первом курсе, — тихо произнесла она.

От такого признания я плюхнулась на кровать, а Жюльен округлила глаза.

— ЧЕГО!? — возмущенно взвизгнула она.

— Прости, Жюли. Это длилось всего несколько месяцев. Тогда он казался мне красивым, обходительным… а потом… — Камиль подняла руки, будто опасалась, что Жюльен сейчас начнёт её отчитывать.

Я сидела и не понимала ровным счётом ничего. Эти двое с первого дня в Академии были неразлучны, а тут — такой секрет.

Больше того… она всерьёз назвала Люсьена красивым и обходительным?

Внешне, пожалуй, можно было понять: русые волосы, взъерошенные так, будто он полдня носился по ветру; медовые глаза, которые могли бы быть привлекательными, если бы не блестели вечной издевкой; приятные черты лица… выточенные, словно кто-то постарался.

Он действительно чем-то напомнил Матиаса. Но лишь самую малость и очень отдалённо.

Дракон выглядел старше и всем своим видом излучал величие: аристократический подбородок, лёгкий прищур голубых, как озеро, глаз и лукавая улыбка. В своём самодовольстве он был вполне органичен, и это привлекало, а не отталкивало.

С Люсьеном всё было наоборот. Чем напористее он становился, изображая из себя ловеласа, тем сильнее мне хотелось убежать.

— Как так вышло, что я ничего о нём не знаю? — не унималась Жюльен, нависая над растерянной Камиль.

Она даже покраснела от злости. Несколько лет, а она не в курсе, что у соседки был парень. Или всё-таки в курсе?

— Ты знаешь. Просто я никогда не называла имени. Это и есть тот самый подлый гад, который живёт в лаборатории профессора Трюдо, мечтая стать его ассистентом и остаться работать в Академии, — понуро объяснила Камиль.

Соседка виновато опустила голову и принялась ногтем ковырять и без того видавший виды стол. Ох, эту историю знала даже я.

Великая… чистая… первая…

Любовь, страсть или временное помутнение?

Камиль так и не призналась.

Именно с Подлым гадом, имя которого никогда не называлось, она лишилась сначала первого поцелуя, а спустя несколько месяцев и невинности. Но это не была история со счастливым концом.

После первого зимнего солнцестояния чародей решил, что чувства отвлекают его от учебы, и исчез. Шанс устроиться на престижную должность оказался важнее юношеской симпатии.

Так закончилась история первой любви Камиль, после которой она зареклась заводить романы до окончания Академии.

Если верить девушке, её подлый гад никогда не обедал в столовой. Став помощником нашего артефактора профессора Трюдо, он всё делал в лаборатории и подсобных помещениях: ел, учился и даже жил.

С одной стороны, такое упорство казалось чрезмерным, и в то же время это облегчило муки Камиль. Не видя его каждый день, она сохранила лишь тень воспоминаний.

И вот сегодня случилась та самая встреча с бывшим.

— С твоих рассказов я представляла его симпатичнее. А так – ничего особенного, и нос у него великоват, — удовлетворенно хмыкнула Жюльен.

Схватив распечатанную конфету, она плюхнулась на кровать.

— Не понятно одно: зачем же этот подлый гад выполз из своей норы? — озадаченно спросила она, а потом обе девушки уставились на меня.

Таким взглядом можно и лягушек на болоте распугать.

Камиль смотрела с плохо скрытым осуждением, а Жюльен была готова то ли отчитать меня, то ли сразу отходить палкой за глупость.

Поднимая руки, я отползла к самой стене.

— Он сам ко мне подсел. Может, шуба понравилась? Она дорогая, месье Торнвуд сам покупал, — начала оправдываться.

Девушки посмотрели на разложенные на стуле вещи и скептически поджали губы.

— Вряд ли. Трюдо платит своим подопечным за помощь с артефактами для продажи. Если вы встретились не в лечебнице, скорее всего это какая-то игра или спор, — все еще жуя, прокомментировала мои слова Жюльен.

Похоже, растерянного вида хватило, чтобы убедить соседок в моей невиновности.

Осуждение сменилось задумчивостью, а потом Камиль распечатала коробку шоколадных конфет — тех самых, что лежали “на случай тяжёлого испытания” Жюльен.

Если эта коробка открыта, значит, дела действительно обстоят не лучшим образом.

Выходит, ползучий гад выполз совсем не случайно и еще менее случайно прицепился именно ко мне.

— Ходят слухи, что после увольнения Дюваля, профессор Трюдо пригласил Фредерика Леруа к себе в группу, — прошептала Камиль. — Осторожнее, Ари. Это буржуа называют тебя “королевой бедняков”. А аристократы не в восторге, что их “небольшие тайные привилегии” заинтересовали ректора.

— Какие ещё тайные привилегии? — вопросительно округлила глаза я.

О таком Матиас не рассказывал. Если вообще он об этом знал.

Девушки переглянулись.

— Богатые родители щедро благодарили профессоров за особый подход к обучению их отпрысков. Понятное дело, что с ректором никто не делился, — объяснила Камиль.

Словно собирались обсуждать заговор против короля, девушки придвинули два стула к моей кровати и жестом велели наклониться ближе.

Похоже, в особняке Торнвуда я проспала всё самое интересное.

— Когда Дюваль попался, то, чтобы спасти себя, он начал ябедничать на других, — начала Жюльен. — Видела бы ты, каким злым был дракон. Когда он шел по коридору, все разбегались. Даже пари в этом году закончили раньше и монеты вернули. Взгляд был жутким, никакие клыки не сравнятся с ощущением, будто тебя на месте заживо поджарят, — жестикулируя, она пыталась изобразить страшного дракона.

Выглядело это комично, особенно после всего, что произошло у нас с Матиасом.

Но, судя по виду девочек, им было не до смеха, поэтому я изо всех сил изображала шок и растерянность.

Чем больше сплетен рассказывали соседки, тем меньше мне приходилось притворяться.

За все дни в доме ректора я даже не подозревала, что в Академии творится нечто подобное. По крайней мере, что всё настолько серьёзно.

Несмотря на хаос, проверки со дворца и увольнения взяточников-профессоров, ко мне каждое утро входил ласковый и заботливый мужчина.

До самого ужина девочки делились страшилками о стражниках короля и о том, как преподавателей уводили прямо с лекций. Говорили наперебой, описывая, как одно лишь появление ректора заставляло бледнеть и профессоров, и этюдантов.

Что сказать, я рада, что всё это пропустила.

В доме дракона было тепло, уютно и пахло пирогами. Даже взглядом он не дал мне понять, что за пределами безопасной спальни происходит что-то немыслимое.

На ужин я шла со странной улыбкой.

Внутри жило щемящее тепло, которое поднималось всякий раз, стоило вспомнить, как Матиас укрывал меня пледом, как касался лба губами, как слушал мои глупые переживания. Пусть я не знала, что будет дальше и как именно будут строиться наши отношения. Но одно понимала совершенно чётко, без сомнений, без колебаний.

Своего дракона я никому не отдам.

༺☆༻❖༺☆༻

Люсьен.

༺☆༻❖༺☆༻