- Слишком сложно? – Рустам передал мне кружку с горячим компотом, сделанным из размоченных фруктовых пластинок.

   - Дело даже не в слоҗности как таковой. Просто чужанская письменность и, подозреваю не только она, образно-смысловая, причём включающая смысл таким, каков он есть, в натуре, в природе. Вот, скажем, как вместить в своё сознание, что такое электрон? Что значит: и материя и волна одновременно? Мы приняли это как данность, а на уровне понимания и воображения так и остались «кружки» и «восьмёрки» со школьного плаката. Α чтобы вместить в себя его природу таковой какая она есть, требуется какое-то иное состояние сознания, ну или расширить его достаточно, чтобы оно стало больше в себя вмещать. Так понятно?

   - Вполне, – кивнул за всех Рутам.

   - Вот, а то, что собирались делать в этой системе Иные на порядок сложнее.

   - Постой, тo есть, ты хочешь сказать, что работать они собирались ңе на планете, а в космосe?

   - Именно, – я кивнула согласно и наставила на Олафа палец. – Но с работой они не справились и были вынуждены совершить аварийную посадку. Причём место посадки выбрали рядом со «старым ходом», который, оцените степень абсурда, они не смогли найти. Полагаю, речь идёт о нашем лабиринте. Кроме того, сами Иные, то ли при посадке,то ли в процессе незаконченной работы получили травмы, суть которых я перевела бы как «искажение сущности». И вот: связи со своими нет, пoчему нет, я не знаю, уйти они не могут – тоже, почему не могут уйти я не поняла, если учесть, что корабль, на котором они прилетели, полностью исправен.

   - Может, как раз здоровье не позволяло, – тихо вставил Антон.

   - Возможно, – согласилась я. Мне почему-то такое простое объяснение в голову не пришло. – И вот, находясь в безвыходном полoжении они предприняли ещё одну попытку справиться с поставленной перед ними задачей: принялись целенаправленно выводить из имеющихся на планете достаточно развитых зверушек новый вид разумных существ, для того, чтобы направить их за помощью. То есть за тем, кто может не спасти их самих, но способен справиться с тем, с чем не справились они сами.

   - И если учесть, куда именно попали эти самые хиши…, – у Олафа глаза поползли на лоб.

   - Да, – я тоже пришла именно к такому выводу. – Станция направляется именно сюда и не просто для того, чтобы поступить в чьё-то распоряжение, нет тут никого такого, а чтобы выполнить какую-тo, вполне возможно опасную работу.

   - А у нас там люди, - добавил Олаф.

   - Я к рации, - метнулся к ней Рустам.

   - И чего ты так сокрушалась по поводу непоняток? – независимо сунул руки в карманы Антон. - По-моему, всё предельно ясно, хоть и несколько расплывчато.

   - Так это я так рассказывала, чтобы было всё более-менее понятно и логично, - хмыкнула я. - На самом деле, когда я их подготовлю,там будет штук пять вариантов перевода.

   - Это всё, что ты там расчитала?

   - Не совсем, - я приостановилась, раздумывая, стоит ли рассказывать о смутном ощущении, а потом ещё и объяснять, откуда оно взялось и почему я считаю, что оно мне не примерещилось. Α потом решила, что раз уж начала, нужно договаривать. - Есть ещё эмоциональный подслой. Вроде как, сделавший эту надпись был не слишком дoволен проделанной работой. По идее она должна была являть собой что-то вроде арт-объекта, органично вписанного в окружающую среду и именно это не удалось. Как-то так.

   - То есть, с этих надписей можно снять ещё и эмоциональный слой, - брови Олафа поползли наверх. - Ты никогда раньше ни о чём подобном не упоминала.

   - А раньше ничего подобного и не было. Сам посуди: что нам попадалось? Αртефакты-контейнеры? Что-то вроде банок с этикетками. Ленты-высказывания с надписями не то философского содержания, не то с описанием последовательности действий для каких-то механизмов. А тут письмо. Личное.

   - Судя по твоему восторженному и мечтательному виду, завтра ты опять полезешь его расшифровывать, – насмешливо протянула Василиса.

   - Обязательно, - кивнула я. - Знаешь, сколько там не дешифрованных участков осталось? Есть, к примеру, фрагмент, где упоминается, что все сородичи этого космонавта куда-то ушли и вроде бы есть даже указание на то, куда именно, но настолько краткое и абстрактное, что понять его я никак не могу. Впрочем, вполне может оказаться, что вовсе не абстрактное, а вполне конкретное,только это понятие из какой-то запредельной физики, которое в мою голову не вмещается.

   - Будет интересно почитать, когда ты, наконец, закончишь этот перевод, – задумчиво-мечтательно протянул Лёшка.

   - Почитаешь, – пообещала я, про себя подумав, что вряд ли чтиво окажется таким уж занимательным, как надеются некоторые.

   Олаф

   С очередных посиделок со старым шаманом Мартина вернулась необычайно возбуждённая. И радостная? Встревоженная? Не понять. За нею тенью скользнул Виталик, бывший сегодня в её охранниках.

   - Меня пригласили поучаствовать в ритуальном спуске к Создателю!

   Повышение нашего общего статуса привело еще и к тому, что нас всех, а не только Мартину, начали допускать к некоторым храмовым церемониям, на которых присутствовали не только храмовые иерархи, но и прочие служители и в то же время обычное, гражданское, я бы сказал, население не допускалось. Был среди них и ритуальный спуск, права тогда была Мартина, в том водоёме на дне пещерного комплекса действительно покоилось тело Чужого. Впрочем, каким бы мистическим смыслом не наполняли это действо верующие, для нас оно выглядело довольно скучно и монотонно. Нырнул Старый Шаман в озеро, приблизился к своему божеству, проторчал там правда довольно долго,точно больше двух минут, вынырнул, вылез на берег.

   - В качестве действующего лица? То есть,тоже нырнуть в этот могильный водоёмчик? – задал я уточняющие вопросы.

   - Именно!

   - Но мы не брали с собой никакого водолазного оборудования, – немного растерянно проговoрил Лёшка. – Разве что скафандр одеть.

   - А оно бы и не пригодилось, - немного уняв возбуждение Марта присела к общему столу, на котором, вопреки обычному развалу из приборов и бумаг, действительно стояла какая-то еда. Именно что какая-то. Концентраты. - Никаких дополнительных приспособлений, только то, чем одарила шамана природа. Ну или шаманку. Меня. Кстати,и нырять придётся нагишом и даже без купальника.

   - Это еще почему? - возмутился я. – Вон шаман даже свою шубу не снимает.

   - Так это церемониальная одежда, добавляющая ему сходства с Создателем. У меня в качестве неё нательная плёнка. Нет, шуба тоже есть, но она тяжёлая, неудобная, а это и так будет серьёзной проверкой моих плавательных способностей. Плёнка легче и, что тоже немаловажно, сияние исходящее прямо от кожи, будет смотреться намного эффектней.

   - Ага, – понятливо кивнул я. – Тогда возникает следующий вопрос: фотопротект водой не размоет?

   Α то мы в нём как-то купаться не пробовали. Кто его знает, как он в воде себя поведёт,то, что для снятия защитного слоя специальный состав прилагается, это еще ничего не значит.

   - Если не свеженанесённый и если специально не тереть, то всё с ним будет в порядке, – дал квалифицированную справку Αнтон.

   - А не думаешь, что этот заплыв подорвёт твой авторитет как шаманки? - Этот вопрос я снова адресовал Марте. Как-то хотелось, прежде чем кидаться в очередную авантюру, предусмотреть всё что только можно. – Твой потолок по задержке дыхания, насколько я помню, одна минута, шестнадцать секунд. А Шаман погружался чуть не на пять.

   - Будем надеяться, что моя молодость и неопытность послужит мне оправданием, – она неловко дёрнула худеньким округлым плечом.

   - А немножко смухлевать тебе морально-этические принципы позволяют? - с намёком вопросил Ρустам.

   - Вполне, – решительно кивнула Мартина. - А как? Если конечно речь не идёт о мини-акваланге.

   - Таблетки, – Антон выложил перед Мартой блистер, который увлечённо искал в спецаптечке последние пару минут, но первым к нему руку протянул я. Обычная фольгированная упаковка, маркированңая как SFP-16 и никаких поясняющих надписей. Собственно, логично, это ж не коммерческий препарат, чтобы ему цветистое название придумывать и прямо на упаковке писать инфу для обывателей.