— Вот… дерьмо… — с какой-то отстранённостью я смотрел на огрызок руки, оставленный мне неизвестным заклинанием. В прямом смысле — оплавленный огрызок. Ниже локтя не было ничего, кроме запёкшейся культи. Но страннее всего, что не было и боли — по крайней мере, такой, какая она должна была быть. Так, ныло немного в районе обожжённого плеча, да чесались отсутствующие пальцы. И лишь запах горелой плоти подтверждал, что всё это не бред воспалённого сознания.

Издалека раздался чей-то разъярённый вопль, а следом мне по лицу прилетела оплеуха от Инея. А потом ещё одна. И ещё. Слегка оклемавшись и подняв мутные глаза, я увидел весьма, весьма болезненно выглядевшего товарища — покрасневшая кожа, вздувшиеся на ней сотни волдырей, неаккуратные остатки сгоревшей щегольской бородки… Судя по всему, основной удар пришёлся именно на него — но сопротивление бывалого гварда оказалось не чета моему.

Рефлекторно, глядя на Инея, я использовал на себе Восстановление — и тут же в голове резко посвежело. Достаточно, чтобы я заорал от внезапно ворвавшейся в сознание боли.

— Валим! Валим! — теперь я понял, что именно орал Иней, нервно оглядываясь назад — туда, откуда прилетело неизвестное заклинание.

Слабо кивнув, я ухватил его за плечо уцелевшей рукой и вновь провалился в Реку. Как ни странно, в этот раз мы относительно спокойно доковыляли до уже знакомого мне камня — а там нас уже перехватила Энигма и дотащила до стены. Благо, было недалеко.

А дальше… не помню.

Очнулся я… где-то. Недолго думая, я первым делом тут же активировал Восстановление, даже не открывая глаз — тупая боль в руке просто сводила с ума. Собственно, из-за неё я и проснулся.

Застонав от облегчения, открыл глаза — и тут же наткнулся на осуждающий взгляд Тинни, сидевшей у моей кровати. Скосив глаза, понял, что в лазарет меня почему-то не потащили: я лежал в собственной комнате.

Смущённо кашлянув, я приподнял голову с подушки:

— Ммм… привет? Рад тебя видеть.

Девушка молчала, скрестив руки на груди. На мою неловкую попытку завязать разговор она лишь надменно склонила голову набок. Что ж, попробуем ещё раз…

— Долго я здесь валяюсь?

Молчание.

Я тяжело вздохнул:

— Извини, что не предупредил о вылазке. Мы её впопыхах планировали, на бегу. Ну и… я не хотел, чтобы ты волновалась.

— Не хотел. Чтобы я. Волновалась? — встав со стула, процедила Тинни. — Действительно, было бы о чём волноваться. Иней весь в ожогах — причём отвратительных, от Света, они даже магическому исцелению с трудом поддаются. Ты вообще руку потерял. Подумаешь! Обычный вторник.

— Я…

Больше я сказать ничего не успел — Тинни молча развернулась и вышла, хлопнув дверью. Тяжело вздохнув, я сел, оперевшись о спинку кровати — и с моей груди, пискнув, скатился на ноги безмятежно дрыхнувший Кот.

— Ой… извини. Ты как?

— Как я? Как я⁈ — геккон уставился на меня немигающим взглядом и мне стало чуток неуютно. — О, я прекрасно! Всего лишь чуть не помер, потому что мой хозяин потащил меня в самоубийственную вылазку! Тебе хорошо, у тебя сопротивления есть, навыки есть, а я? Как я должен был переживать вот это вот всё⁈

— Ну хоть ты-то не ругайся, — поморщился я. — Кто же знал, что всё будет настолько… кхм… жестко. В любом случае, спасибо, дружище, за то, что изначально согласился рискнуть. Если бы не твой резерв, вполне вероятно, что мы бы и не выбрались. На Реку маны хватило впритык. И… я постараюсь что-нибудь придумать, чтобы в следующий раз ты был в большей безопасности.

— Надеюсь, что следующего раза не будет, — буркнул Кот, вскарабкавшись мне на плечо и куснув за мочку уха. — А спасибо на хлеб не намажешь. Но да, без меня бы ты точно помер.

Негромко хмыкнув, я погладил его по чешуйчатой голове и использовал только-только откатившееся Восстановление. Пусть мне сейчас оно вроде как нужнее, но я и потерпеть могу. А Кот действительно молодец — за всю вылазку ни разу не пискнул, не вылез, не заартачился. Заслужил.

Издав невразумительный звук, геккон зажмурился от удовольствия. Вот же наркоман зелёный… Ссадив его с плеча, я осторожно встал и начал одеваться. Стоило узнать, как вообще прошла вылазка, как там Иней, как держится защита… сколько времени прошло, в конце концов.

Одевшись, первым делом выглянул в окно. Что ж, купола защиты с этой стороны всё ещё мерцают, да и город разрушенным не выглядит. Обнадёживает. Посадив Кота в нагрудный карман, я вышел в безлюдный коридор и, недолго думая, направился к барону. Из тех, кто в курсе ситуации, его местонахождение почти всегда неизменно — а значит, проще сразу пойти к нему, чем искать тех же гвардов или Римана с Энигмой. Потому как все маги либо носятся по городу, лихорадочно подзаряжая барьеры, либо дежурят на стене, либо тренируют бойцов… много вариантов. Даже тот же Ник в лазарете нынче не сидит, сливая всю ману в барьеры.

Барон оказался у себя, общался с малознакомым мне крепким сухощавым мужчиной в годах. Но, стоило мне появиться, Генссен обрадовался мне как родному, и быстро закруглил разговор:

— А вот и наш герой! Как самочувствие? Есть прогнозы насчёт руки?

— Терпимо, — передёрнул я плечами. — С рукой пока непонятно. Я всего пару раз успел использовать своё лечение, эффекта толком не увидел, но, думаю, если использовать регулярно и плотно питаться, за недельку-другую изменения появятся. Если моё заклинание не подействует — обращусь к Нику или Ливси. На самый крайний случай есть регенерация — по идее, если дотянуть её до десятки, то рука сама помаленьку отрастёт.

— Это точно не вариант, — покачал головой барон. — Даже после десятки твоя рука может отрастать год, а то и дольше.

— Неважно, — я поморщился, бросив взгляд на культю, покрытую тонкой розоватой кожей. Выглядела она, конечно, неприятно, но мысль, что это в любом случае не навсегда, помогала справиться с неприятным холодком внутри. — Главное, что отрастёт. Что в итоге с вылазкой? С Инеем? Долго я провалялся без сознания?

— Буквально пару часов, — мотнул головой барон в ответ на последний вопрос. — Иней уже где-то на стене, Ник и Ливси его подлатали и он тут же убежал из лазарета. Что же до вылазки… вы полностью уничтожили одну из трёх точек с баллистами, а уцелевшие баллисты в ближайшей из оставшихся точек практически прекратили обстрел из-за поднявшейся суматохи, дав нам передышку и возможность восстановить щиты с некоторым запасом. Сейчас установилось хрупкое равновесие, Пушистик гарантирует, что с регулярной подзарядкой от всех магов крепости защита продержится минимум пару суток. Может быть и больше, если повезёт.

— А…

Не успел я задать вопрос насчёт дальнейших планов, как в дверь кабинета постучали. Не вежливым стуком, а торопливым: «что-то случилось, но не настолько критичное, чтобы врываться без разрешения». Дождавшись отклика барона, в дверь тут же просунулась вихрастая голова слуги:

— Там… эта… помощь пришла!

— Из столицы⁈ — тут же вскочил из-за стола барон. Кажется, одна эта новость заставила его резко помолодеть лет эдак на пять, разгладив половину морщин на лице. — Где? Как прорвались? Или они снаружи?

— Дык… да… из столицы, — почему-то замялся слуга. — Они в замке, прям из воздуха вывалились во дворе. Поймали первого, кто под руку попался… меня, то бишь… и сказали барона уведомить, что помощь пришла.

— И сколько их?

— Двое.

— Двое? — осипшим голосом переспросил Генссен.

— Ну дык, — лаконично подтвердил слуга. — Так что, проводить их к вам, милорд?

— Веди, — кратко кивнул барон. — Грег, останься, будь добр. На всякий случай.

Гостями оказались парень с девушкой от силы на год-два старше меня. Судя по одинаково оттопыренным ушам и жёстким чёрным кудряшкам (да и в чертах лиц имелось сильное сходство) — крайне близкие родственники. Брат с сестрой, скорее всего.

Вели они себя довольно нагло: в кабинет барона завалились без стука, небрежно отсалютовали ему двумя пальцами и развалились в креслах напротив Генссена. По мне они скользнули не особо заинтересованными взглядами и полностью проигнорировали. Впрочем, я был не в обиде — закусив губу, я ушёл в себя, пытаясь разобраться в странных сигналах от интуиции. Что-то она хотела мне насчёт них подсказать…