– А климат? – вспомнил я с чего начался разговор про титанов.

– Климат? А… наша планета раньше находилась немного дальше от центральной звезды системы. Её другие расы ещё Альтарионом называют. На полюсах даже летом был минус, на экваторе температура редко доходила до плюс тридцати… Вот титаны слегка подправили и орбиту, и ось наклона. Конечно, на широте Раккая сейчас не так комфортно, как хотелось бы, зато даже на севере Вольных земель вполне себе можно развивать земледелие.

Я попытался представить возможно ли подобное при помощи классической магии. Не смог, о чём не постеснялся проинформировать собеседницу.

– Ну… если собрать вообще всех одарённых Альвии, столкнуть планету мы может и сможем… – задумчиво пробормотала чародейка.

– … но на этом ваши полномочия будут всё, – закончил за неё я, заставив Эрту согласно улыбнуться. – А Парящие горы? Древо Жизни?

– Зачем они с гравитацией игрались я не знаю, а Yggdrasill вырастили чисто из интереса – что будет, если впихнуть энта внутрь Источника, – пожала плечами девушка. После чего отставила бокал и посмотрела на меня с лёгкой улыбкой. – Перейдём к более насущным вопросам или мне продолжать копаться в памяти?

– Думаю, – я через силу вздохнул, – что давай двигаться дальше. В смысле ближе к нашему времени. Как ты и сказала – в Альвии мы наверняка побываем, вот там я уж не упущу своего шанса поковыряться в первоисточниках.

– Хорошо, – кивнула Эрта и, отставив бокал в сторону, зашуршала в блюде со сладостями. Княжна княжной, а конфеты любит. – Долгая история Альвии является нашим благословением и проклятьем одновременно. Конечно, мы не бессмертны, как те же дисы или вампиры, да и резуректа своего у нас нет… но всё равно живём очень долго. А значит, и традиции некоторые у нас своими корнями уходят ещё во времена титанов. Что, как я начала понимать сейчас, не так уж и хорошо… Глядя на всю эту вашу суету… – девушка запнулась. – В общем, люди, да и прочие народы гораздо быстрее в случае чего могут к чему-то приспособиться. А вот мы – уже нет.

– Например? – воспользовался я небольшой паузой и также потянулся к столику.

– Например… Например, все альвы – всегда – обладают магией выражения. Так было, есть и так будет… Что, если в семье магов где-то в человеческих землях рождается неодарённый? Что с ним делают?

– А что с ним могут сделать? – вопросом на вопрос ответил я. – Ничего… ну, печально, конечно, но в целом живёт себе, как любой… ох ты ж! – догадался я, глядя на грустную улыбку девушки.

– Да, всё верно. Альв без магии – не альв. И должен умереть. Обычно так и поступают – ещё в младенчестве, чтобы не мучить ни ребёнка, ни семью. Мутация редкая, но встречается. Один раз на несколько тысяч, если не больше. Моего брата родители решили скрыть, – произнесла княжна, враз утратившая все те краски, присутствовавшие в её голосе, когда мы обсуждали историю. – И успешно делали это вплоть до его сорокалетия, когда… В общем, к тому моменту тайну знали слишком многие. В частности те, с кого потребовать клятву было уже невозможно.

– Если хочешь – можешь пропустить подробности, – подсказал я, видя, как девушка буквально выдавливает из себя слово за словом.

– Да там нечего рассказывать особо… – прищурилась вместо этого Эрта. – Совет кланов приказал «избавиться от выродка». Мы отказались. Нам приказали изгнать его. И Вольт ушёл. А через месяц узнали о его смерти – кое-кто не мог позволить, чтобы… чтобы… чтобы эта «насмешка над нашим народом продолжала топтать землю», – выплюнула девушка. – Изгнанник он или нет – он был членом семьи. Началась война. Наших врагов поддержали два других Дома… Так я и осталась одна.

– Ты постоянно говоришь то Дом, то клан… себя княжной называла…

– Слово одно, а переводы могут быть разными, – пожала плечами альвийка. Стойкости которой нужно отдать должное – слёз или чего-то там ещё на её физиономии не наблюдалось. – Можешь считать Альвию чем-то вроде ваших Вольных земель. Каждый клан полностью или почти полностью самостоятельный. Конечно, у нас есть столица, где встречаются представители и обсуждают самые важные вопросы – доступ к Источнику, разрешение конфликтов… или «осквернение земли предков лапами неодарённых», – процитировала кого-то она. После чего вновь обхватила колени руками. – Из клана в живых осталась только я. Да и то только потому, что я бытовой маг, а не боевик. Вот и не смогла я в бою умереть. Теперь земли Дома отойдут победителям, равно как и наши подданные. А меня было решено подвергнуть судьбе брата, только что убивать никто не стал – чтобы жила и помнила…

– Ну, насколько я понял ваши отношения с эльфами, жить тебе оставалось не так уж и долго, – заметил я.

– Ты их плохо знаешь, – горько ответила девушка. – Ради такого счастья, как альвийская аристократка, пусть и изгнанница, они бы амулет резуректа не пожалели.

– Ладно, давай ещё ближе к нашим баранам пододвинемся, – нарушил я молчание пару минут спустя. – Три клана, так? Вырежем верхушку… и всё? И мстить они не будут и вообще?..

– Мы сделаем так, чтобы не было, кому мстить, – жёстко произнесла Эрта. – Если уничтожить все старшие ветви, то младшие – двоюродные, троюродные и так далее – перегрызутся между собой за власть. А ещё можно же сделать так, чтобы никто не знал о тебе. Мне не нужно кричать на каждой площади Аис’Фахтара, что это именно мы их убили. Самого факта будет вполне достаточно…

49.03.1420

«Алекс! Гости!»

Сообщение Хана застало меня прямо посреди эксперимента. Видар Фазар как раз собирался героически подохнуть от молнии (в десятый раз за сегодня), а я – вычеркнуть из списка ещё одну формулировку. Или наоборот – обвести её кружочком. Сегодня мы с моим «ассистентом» занимались не чем-нибудь, а поиском абсолютной защиты от магии. В смысле я пытался воспроизвести окружающий реперные точки глифора барьер – по крайней мере, его антимагическую часть. Вот и работал с разными вариантами «пусть этот человек будет неподвержен чародейству». Пока получалось паршиво, так как чародейство – понятие весьма и весьма растяжимое. Та же молния, например, после запуска уже считается обычным электрическим разрядом, а значит, от неё такая защита не спасёт. Но надежда умирает последней. После Видара, поморщился я, наблюдая за его оседающим на пол трупиком.

«Кто там?» – открывать карту пока не хотелось, воскрешать хомячка было уже бесполезно, поэтому я с чистой совестью двинулся в сторону выхода.

«Гном из Железнозубов. Спрашивает, когда к тебе прийти в гости», – как-то странно ответил парень.

«Так он же уже пришёл!»

«Так ведь не за себя спрашивает! И даже не за главу клана, как я понял…»

Оу. Даже так?

«Ответь, что через час и вплоть до самого вечера», – попросил я бойца, выползая на свет божий. Нормальных подземных полигонов в Тальтахоре почти не осталось. Да и было их не сказать, чтобы много – хозяева планеты особо ни от кого не прятались. Конечно, с пяток пещер и комплексов я нашёл, ещё несколько мне сейчас куклы копают – подальше и поглубже от глаз всяких-разных бессмертных. Но всё равно хотелось большего. Этот конкретный полигон, так полюбившийся мне в последнее время, находится в глубине Забытых гор, разделяющих Тальтахор на западный, гетеросексуальный, и восточный – под контролем тамианцев. Посетить которых я собираюсь буквально через несколько дней. Сначала на границу – на Защитный вал, а затем, быть может, и к самой Стеклянной пустыне прыгну.

На то, чтобы вернуться домой, перекусить, принять душ и даже немного посидеть над электронной макулатурой, у меня ушёл час. А затем из окна раздался писк. Шо? Скади? По мере приближения к окну, брови мои поднимались всё выше и выше, а степень охуевания достигала новых рекордов. Птичка была. Вот только не привычная – снежно-ледяная, а металлическая. Серьёзно!?

Развернув карту и врубив фильтр, сразу же обнаружил интересующего меня персонажа. Ну ладно…