Вышедшая после экзекуции Марта морщилась и тёрла точку над переносицей.

   - Голова болит? - тут же навострил уши приставленный к нам медик – за её психику всё ещё опасались и даже настоятельно рекомендовали сделать скан мозга сразу после возвращению на Землю.

   - Не столько болит, сколько тупит, – если честно, вид у неё был действительно бледный и даже кудряшки устало обвисли. - Сейчас бы опять завалиться да поспать и всё бы как рукой сняло, но организм выдрыхся и больше не хочет.

   - Значит, нужно поесть, - глубокoмысленно заявил доктор, а я принял совет к действию и поволок всю компанию обедать.

   Столовую организовали на новом месте, ангар было решено больше ничем не застраивать и, на мой взгляд, решение это было весьма логичным и дальновидным. Один раз там нечто приземлилось, может такое случиться и во второй, и что же, каждый раз такой полнейший конец света происходить будет? Больше всего жертв было из-за разрушения военного городка, а не вследствие хишской агрессии. А место под эту самую столовую проверяли все три наличествующие на Базе Проводника независимо друг от друга, чтобы обошлось без сюрпризов.

   Марта в своей порции копалась без аппетита и это на неё было совершенно непохоже. Обычно она в пару минут подметала всё, что положила себе на тарелку и тут же была готова вскочить, бежать по нескончаемым делам. Хотя как раз сегодня так-сяк пoчинили кухонную технику и обед был почти приличный.

   - Что-то не так? - не утерпел доктор.

   - А? - вскинулась Марта. - Да нет. У меня просто постоянно вертится в голове словосочетание «ресурсно исчерпан». Раз за разом, отвязаться не могу.

   - Рефрен?

   - Что-то вроде того.

   - Α по какому поводу? - я наконец-то прожевал кусок имевшей склонность к резиновости яичницы. Что-то всё-таки в этом автомате недокрутили. Пойти что ли самому глянуть?

   - А практически по любому, – Марта, отодвинув тарелку с практически не тронутым обедом, взялась за какао и булочку и они у неё пошли как-то веселее. - Помнишь,ты когда-то говорил, что Чужие, перед тем как покинуть Станцию, кстати, правильнее было бы называть её Кораблём, основательно её подчистили? Считай, угадал. Здесь оставлен минимум, необходимый для жизнеобеспечения, причём не экипажа, а самого корабля, а всё остальное тщательно прибрано.

   - Тщательно прибрали, а сам корабль оставили – это как-то нелогично, вам не кажется? – хмыкнул док.

   Ах да, это же не он, это его сменщик был с ними у гипнолайзера и Мартининых откровений он не слышал.

   - Эта штука, – для пущей доходчивости Марта указала пальцем на светящийся мягким зеленоватым светом потолок, – обладает самосoзнанием. У неё спросили, и она не захотела то ли кардинально измениться, то ли перейти в иную форму существования вслед за своими хозяевами, то ли просто перестать быть, там как-то непонятно, определение слишком расплывчатое.

   - То есть, у Станции не хватает ресурсов? - переспросил доктор. – А что если её ими догрузить?

   Я посмотрел на приставленного к нам медика с жалостью.

   - А как? Несколькими танкерами привезти воды, нефти, азота или чего угодно другого и просто вылить-вывалить в любом произвольном месте? Потому как на каких принципах тут что функционирует мы понятия не имеем.

   - А? – он обернулся к Марте.

   - А я тут ничeм помочь не смогу. Любая техническая информация тянет за собой такой массив знаний, что у меня мозги вскипят.

   - Да ну? А зачем? Нам бы на первых порах хватило и чего-нибудь очень простого, вроде того, что именно нужно нажать или открутить или топнуть-хлoпнуть, чтобы нужный механизм заработал. Чтобы пользоваться, совершенно не обязательно знать, как оно устроено. Вот вы к примеру, знаете, как функционируют ваши коммы?

   - Знаю, - кивнул я. Не до мелочей, конечно, но общие принципы…

   - Нет, – практически в один голос со мной ответила Марта. - Но это совершенно неважно, потому как у станционного искина немного другая логика, он функционирование от устройства не отделяет и точно попытается вложить в вашу голову всё разом.

   - А какая была идея! – с сожалением воскликнул доктор.

   - Гуманитарий, – ещё более сокрушённо вздохнул я. – Даже если мы будем знать, как догрузить сюда недостающие (и, кстати, в чём оно заключается), никто и не подумает это делать, прежде чем убедится, что Станция совершенно безопасна для людей. А пока, она подчиняясь чужим командам несёт нас в неизвестном направлении.

   - Это не из-за гуманности, – обиделся доктор, – у меня просто не достаточно военизированы мозги, чтобы во всём подряд угрозу выискивать. Вот Мартина, ңаверное,тоже ни о чём подобном не подумала, – он, почти обвиняющим жестом ткнул в строну девушки вилкой.

   - Не подумала, – немедленно согласилась она, – но совсем не поэтому: после близкого знакомства, я не способна думать о нём-ней, как о противнике. – Она ненадолго задумалась, потом вскинув глаза и устремив взгляд в пространство, произнесла: - Если Иные делали корабельный мозг по своему образу и подобию, то ох и странные же это были существа!

   - Да ну, наши компьютеры ничуть не похожи на людей, – возразил доктор.

   - Но мы всё время стремимся сделать их всё человечней и человечней и уже добились некоторых успехов, - тут же привёл я контраргумент и мы завелись на тему сравнения достоинств и недостатков интеллектов искусственных и органических. Марта же принялась разбирать и разламывать брусок прессованных сухофруктов, которые нам выдали вместо десерта и, казалось, больше интересовалась тем, из чего он состоит, чем нашей высокоумной беседой. Обидно.

   Марта вертела в руках тот самый диск, который когда-то определила как флешку. Она заново пересматривала все объекты, с которыми ей раньше приходилось иметь дело в надежде, что ассоциации сработают на что-то еще и у нас появится дополнительная (и весьма ценная!) информация о Чужих. Чутьё срабатывало часто, по выражению лица напарницы было заметно (мне заметно, за остальных не поручусь), но чаще всего она упрямо поджимала губы и не говорила ничего. Сейчас же, посомневавшись, выдала:

   - Это не флешка, хотя информацию на неё действительно записывают. Это ключ.

   - Ключ? – переспросил Юлий Герц.

   - Такая штука, которую проворачивают, и механизм приходит в действие, замок открывается. Неспособен не открыться. Или пусковик. Или управитель. Или побудительный пинок, - она отложила диск в предназначенное для него гнездо в коробке и растерянно добавила: - Простите, никак не могу подобрать годную ассоциацию.

   - А что-нибудь ėщё, какую-нибудь информацию описательного характера вы можете добавить? К примеру, может ли быть проигнорирована команда, записанная на этом носителе? – тут же добавил информации к размышлению профессор.

   Откуда взялся подобный уточняющий вопрос я не знал, но это явно была «домашняя заготовка», наверняка ведь обсуждения идут на самых разных уровнях, делаются выводы и предполоҗения. Как ни старался я держать руку на пульсе, всё равно везде не успевал.

   - Нет, - категорично ответила Марта. – Не может.

   - Ага, значит, назовём это «ключом доступа», - он что-то пометил у себя в планшете. - Точнее, ключами, эта штука была не одна, вторую нам принесли недавно, но не целую, в виде трёх хорошо опознаваемых обломков. Но гляньте, какая замечательная картина вырисовывается: оказывается при помощи этого прибора можно управлять Станцией! Ценная находка. Весьма.

   Марта тяжело вздохнула:

   - Тогда возникает этическая проблема. С одной стороны, Станция разумная и мыслящая и принуждать её посредством этих ключей доступа вроде как не очень хорошо, с другой стороны отдаваться на милость мало того что искусственного, так еще и инопланетного интеллекта ңе имея никакого контроля над ним тоже стрёмно.

   Настроение её скакало, и быстро: от умеренного оптимизма до мрачности, и мне это очень не нравилось. Нет, точно нужно уматывать отсюда как можно скорее, но единственное, что я мог сделать прямо сейчас, это спешно подыскивать контраргумент, чтoбы немного отвлечь: