– Он бы не стал всё это начинать, если бы не был уверен в своей победе в турнире, – тихо проговорила баронесса. – Наверное, нашёл сильного боевого мага, который обязательно справится со всеми. Я не знаю, что делать. Льер Келлер, – на меня поднялись глаза с крошечными слезинками в углах. Только не это! Пожалуйста! Терпеть не могу эту сырость. – Я собираюсь отречься от наследства. Сразу после турнира. И пусть делают что хотят – как только я перестану быть баронессой Ланар, я буду им не нужна…

Харальд кашлянул, переглянувшись с напарником.

– Не нужна! – с нажимом повторила девушка. – Они баронство хотят…

– А разграбить его смысла нет, так как через вас можно получить всё и навсегда, пусть и без присоединения, – я покивал. – А ваши сопровождающие считают, что сынок барона хочет вас не только как леди, но и как женщину, верно?

И… Если быть честным с самим собой – я его понимаю. Шутки в сторону – леди Ланар та ещё конфетка – милое личико, хорошая стройная фигурка, вся такая нежная, воздушная… Вслух я это, само собой, говорить не буду, но… Как мужик мужику – у сынка барона отличный вкус. От моего ушёл недалеко. Дождавшись кивков, я задал следующий вопрос:

– А как у вас с лояльностью? В том плане, что Харальд и Рольф присягали барону или баронству?

– Да как вы смеете!.. – начала было девушка, но её перебил чародей:

– Барону. Даже не так – Эрику. И его семье. Вне зависимости от их статуса и местонахождения. Как и ещё несколько десятков человек – из охраны и прислуги. Так что, льер Келлер, придётся вам не только Астрид принимать, но и её свиту.

За столом наступила тишина. Мама и Тео продолжали прикидываться мебелью, мужики напряжённо ждали моего решения, Астрид медленно слезоточила, я тупил в компьютер.

Для начала – база данных, подаренная мне ребятами на день рождения. Баронство Ланар. Не самое крупное, не самое богатое или влиятельное. При этом – во всех списках входит в ТОП-20 или даже ТОП-10. Во многом благодаря разного рода полезным ископаемым, в первую очередь – металлам. Включая чародейские золото, свинец и вольфрам. Ну и ещё десяток. Теперь соседи. Никола Флинт, барон Веймар. Мастер-боевик, четыреста лет, в Академии не учился. По крайней мере, официально. Манор у него далеко не самый выдающийся, так, серединка на половинку. Ну и правильно – чтобы особо не выделяться. Сигурд Арас… Дыра та ещё. Два десятка деревень, разваливающийся замок, из хозяйства – полторы коровы. Вот такое я как раз думал себе приобрести, как только появится возможность.

Ну, и потенциальный кандидат на «споткнулся и сломал шею в сорока двух местах» – Видар Оллер. А также его сынок Олаф и дочь Хильда. Эти, по факту, наши прямые конкуренты, просто что у них всего поменьше – и земли, и людей, и ресурсов. Хоть и ненамного. Неудивительно, что товарищ положил глаз на Астрид и её баронство. Ну ничего, мы на него тоже что-то положим.

Дальше – кровные родственники девушки. Как и предполагалось… Хотя нет, предполагал я как раз одного – тётушку, но добавим ещё детей Греты. В любом случае, это не то. Теперь – одарённые к востоку от земель Ланаров. А, ну теперь всё понятно. Кроме целого десятка разного уровня магов и чародеек, в здоровенном замке сейчас находился целый дис. Официально – наверняка Повелитель. Теперь понятно, почему все так уверены в его победе. Конечно, для них это просто виртуоз от магии, но для меня-то понятно, что персонаж вынесет вперёд ногами почти любого соперника. Кроме, само собой, Теодора. Но тут такой момент – если Оллеры будут участвовать в турнире, то выставлять нужно моего диса, если нет – хватит и Магнуса.

Я хочу это баронство. Очень хочу. Более того – оно мне надо. А значит, поднял я глаза на сидящую напротив девушку, оно будет моим. Конечно, стоит такой манор лямов десять, не меньше. Но то в обычных обстоятельствах. Сейчас же цену можно будет сбить, причём очень так неплохо…

– Оставьте нас, – я почти пропел эту просьбу, заставив всех присутствующих передёрнуться. Упс, нужно подкрутить предвкушение немного. Увы, ничего не могу с собой поделать – лям-другой – и титул у меня в кармане! Потом нужно будет от назойливого соседа избавиться, с Ником познакомиться…

Как только наша с девушкой «свита» переместилась на соседний столик, я накрыл нас ещё парочкой узоров – теперь, чтобы даже подсмотреть было нельзя. Харальд и Рольф было дёрнулись, но Тео без особых усилий удержал их от опрометчивых поступков.

– Давай серьёзно?

– Давай, – на меня поднялась пара карих глаз.

– Предлагаю тебе продать баронство. Думаю, таким образом мы решим сразу все проблемы – ты избавишься от назойливого…

– Алекс…

– … поклонника и всех его претензий…

– Алекс!

– Да?

– Я не могу продать баронство.

– Что значит «не могу»? Пойми, это отличное решение… как по мне. Просто отречься – это одно, оно в таком случае…

Девушка даже ладошкой по столу хлопнула – совсем как я недавно. Да у нас там характер где-то прячется?

– Не. Могу. Физически и юридически. До окончания турнира и до момента, когда будет названо имя моего нового мужа, мои права в плане распоряжения манором строго ограничены. В том числе для того, чтобы избежать вот таких трюков. Отречься в самый последний момент, чтобы оставить ублюдка-Олафа без жены – это единственный выход! – она даже ножкой топнула, как бы подчёркивая важность своей мысли.

– Ну… В моё оправдание – нужно было лучше учить законы Вольных земель, – пожал я плечами. После чего подтянул-таки поближе тарелку с какими-то пирожными и аккуратно попробовал одно из них. Мой внутренний ребёнок требует сладкого.

– Меня тоже покормишь? – улыбнулась девушка, вспоминая Осилию. Подсела поближе, пододвинула тарелку так, чтобы та стояла аккурат между нами и тоже начала хомячить.

– Зачем это тебе? Ты же видела, что мне та твоя клятва… ни к чему. Спокойно можешь отречься – и доживать свой век где-то в Лауре. Или вообще в Тарнар поехать – в Академию поступить.

Не могу купить… значит, получу другим способом. Оллер, очевидно, продавать баронство не будет, или заломит абсолютно неприемлемую цену – оно ему самому нужно. А значит… Я оценивающе скользнул по лицу жующей девушки… Остаётся последняя опция. Астрид Келлер. Звучит, вроде, неплохо. Помнится, мама там интересовалась, что у меня на личном фронте? Вот и обрадую её – уже через пару недель у леди Дианы появится невестка. Даже если сама она этого ещё не знает.

– Сложно сказать, – меж тем пожала плечами девушка, не догадываясь о моих кровожадных мыслях. – Сама я да, могу уехать как к тётке, так и в страну магов. А люди? Они верны мне, и… прокормить и позаботиться о них я… не знаю как.

– Поэтому ты решила взвалить всё на мои плечи? – не, я не жалуюсь, мне просто искренне интересно, что у ребёнка в голове. – Сколько тебе лет, кстати?

– Двадцать, – улыбнулась девушка. – Но все обычно меньше дают.

Я бы тоже меньше дал. Так как это около двадцати семи в переводе на земной возраст. Уже давно не ребёнок. Наоборот, прям старая дева. Другое дело, что магия позволяет высокородным или одарённым к этому понятию относиться с куда большей толерантностью. В частности, передо мной живой пример почему – на вид баронессе лет семнадцать-восемнадцать от силы.

Помолчали. Я терпеливо ждал ответ на первый вопрос, Астрид… собиралась с мыслями, наверное?

– Я не знаю, – наконец родила девушка спустя минуты две раздумий. – Просто… Семьи нет. Тётка по факту – чужая. Да все чужие… Кроме Харальда и ещё пары человек. А ты тогда прям как рыцарь в белых доспехах появился… Подарил артефакт, подарил надежду… Он же целое состояние стоит – пятьсот тысяч! С чем-то таким расстаться…

– Я тебе только что предложил всё баронство выкупить. Пожалуй, это должно как минимум намекнуть, что для меня подарить такую игрушку – далеко не самая страшная потеря… – напомнил я, но куда там!

– …вот я и подумала – если человек вот так, бескорыстно, даже не зная меня, готов потратить целое состояние, просто чтобы помочь… значит, он добрый. И благородный. Ну… может, чуть грубоватый… то есть, прямолинейный. Но зато настоящий. Не как эти, что улыбаются, а потом сплетничают за спиной или мечтают, как бы поскорее забрать всё себе. Я тогда даже подумала, что, может, это судьба. Знаешь… как в книгах. Когда героиня в беде, а потом появляется кто-то сильный, со светом в глазах и тенью на сердце… и спасает. Вот.