— Разрешите задать вам вопрос! — громко произнес человек из Большой комиссии, не желавший упускать момента.

— Конечно, уважаемый, спрашивайте.

— Как вас зовут?

— Рудольф Сильвинов, Первый инженер-разработчик Альфа-кристалла для Виртуальных миров, — спокойно ответил старик и подал руки помощникам, чтобы они помогли ему выбраться из совершенного аппарата. — Это все?

— А не могли бы вы сказать, что чувствовали на протяжении всего этого года, пока ваше тело было овоще-подобным, — вновь раздался вопрос. Рудольф же слабо улыбнулся и посмотрел в глаза члену комиссии, после чего медленно, но уверенно ответил:

— Ничего не чувствовал. Весь этот год, я провёл в лучшем из миров. И сейчас, мне надо собрать конференцию. На повестке очень серьезный вопрос.

Тихая ночь. Яркие звезды, сверкающие между лениво плывущими облаками; полная луна ослепляет ночных жителей своим светом, дует слабый, теплый ветер. В Орбисе никогда не бывало настоящей зимы, лишь горы гномов круглогодично покрыты снегом, остальной же мир лишь слегка охлаждался к зимним месяцам и выкрашивался в золото. Однако многие чуткие создания уже заметили, что климат неуклонно меняется, это чувствуется в воздухе и это видно во всем окружающем нас мире. А еще… Это попахивает меланхолией.

Глубоко вздохнув, в чем собственно никакого смысла не было, я расправил крылья и покинул свое дневное убежище, где еще вчера жил медведь-людоед. Возможно, он был местным убийцей, а возможно и нет. Что я понимаю в земной жизни своего рациона? Пока я размышлял о подобной ерунде, мои крылья несли меня над густыми лесами и лысыми сопками. Жизнь в Орбисе никогда и нигде не затихает, но в воздухе ее всегда было немного, что особенно приятно, когда обретаешь крылья. Пока цели не видно, достаю из своей заношенной сумки карту, подаренную Китти, смотрю на смазанные границы и свое местоположение. В принципе осталось не так уж и много. Всматриваюсь вдаль, где уже заметны небольшие озера. Вот и моя цель назначения, можно даже сказать — цель игры!

Самое первое желание — найти то место, где жил мой дед — было заброшено ввиду моей постоянной занятости. Все время какие-то заботы оттягивают мою встречу со стариком и его таинственным наследием. И лишь полгода назад, Китти подсказала мне, что Искин не зря оформила меня как наследника, а Банджар сказал куда идти. «Ты точно найдешь там его дом», сказал мне тогда подруга. И вроде все решено, но время на это я выкроил только сейчас, когда вновь остался один. Что со мной не так? Ведь был у меня друг, была подруга и нормальный работодатель, а сейчас я снова одинокий монстр. Может это реально — судьба?

Целый час мне потребовался, чтобы добраться до первых розовых озер Версада, а затем еще час, чтобы найти хоть кого-то живого в этой глуши. Да все я знаю — что страшный и ужасный, и что моим лицом можно и неживых пугать, но ждать утра ради прелюдий не хочу. В одинокий домик из бревен, я забрался без громкой помпы — просто открыл дверь, что и так была не заперта, а уже внутри постучал по полу, привлекая внимание жильцов. Они отреагировали — мой слух сразу уловил тихие шепотки и беспокойный бой трёх сердец, и только после негромкого «Цыц!» в мою сторону пошла довольно легкой поступью, очевидно, девушка.

— Кто здесь?! — произнесла она, войдя в комнату. На ней была длинная ночная рубашка до пят, а в ее руке оказалась отличная шпага. Я ошибся, это была не девушка, а просто невысокая и очень худая женщина с длинными тонкими волосами. — Богами прошу, уходите. У нас ничего нет, в доме дети… — голос был переполнен мольбой, она боялась не меня лично, а просто все, что только могло войти в этот дом посреди ночи.

— Только не бойтесь, — максимально спокойно проговорил я, отмечая, как бледнеет лицо невидящей в ночи женщины, а слух уловил, как же сильно стало биться ее сердце. — Мне просто надо узнать, где в этих землях жил Владимир Дедовский? Просто ответьте, и я покину этот дом.

— Уходите. — совсем уж тихо произнесла она и буквально осела у стены, а глаза на лице разом намокли от ужаса или, скорее, от горя. — Его больше нет здесь…

Под редкие всхлипы неизвестной мне дамы, я стоял и оглядывал тот самый домик, который должен был увидеть еще два года назад. Ну, в принципе, всё поправимо — если его снести нахрен и построить другой, нормальный, то вполне так себе жилье… И, вероятно, теперь оно мое.

Обернувшись, я увидел лист, приколотый к стене рядом с дверью. Подошел, снял его и взглянул на строки:

Прикольно, да ты, дед, выше головы прыгнул, я так посмотрю. Однако! Я повернул лист, увидел план строения и все его параметры на текущий момент. Три жителя так же были вписаны в ведомость моего будущего владения: Марианна Дунера; Роман Плоник; Люси Доню. Отлично, и чем мне это поможет?

Подняв глаза, я увидел, что женщина уже вытирает слезы и поднимается, очевидно, уже перегорела она внутренне. А затем она зажгла факел и едва не рухнула, когда увидела меня у двери. Однако Марианна оказалась очень сильной женщиной, она не упала и не заорала — стала молиться, и в частности, начала она с молитвы против «приходящих в ночи». Ненавижу эту молитву, у меня от нее голова болит сильно, и зубы.

— Прекрати! — рявкнул я, и она в ужасе замолкла, тихо садясь на пол. Пригрела место, наверно. — Больно надо выслушивать всякий бред! Не спасет эта молитва от таких как я, а лишь обозлит! — я встряхнул головой и вновь посмотрел на листок. — Зараза, дед, ну ты и «кидалово» мне устроил!

Провожу пальцем по долгу этого дома, а затем еще по трем строчкам. Сминаю лист и выправляю его вновь, после чего замечаю, как под потолком слабо засветился керосиновый фонарь, разгоревшийся до уровня нормальной лампочки всего за десять секунд. Уже при свете я прошел в центр комнаты и посмотрел на жительницу сего дома.