— Две причины, — оторвавшись от оружейного ящика, ответил Виктор. — Первая, это малый запас хода. Они электрические и больше часа не помогут. Голиаф работает на топливе, а они в длительные командировки бессмысленные. Ну а вторая причина, это Ник.

— Это неправда! — стоя с четырьмя пистолетами, резко отреагировал Ник.

— Да их детали по по всему мостику прошлой ночью валялись! — не остался шеф в долгу. Ник что-то отвечал, Виктор спорил. Я же с Колей с улыбкой смотрели на них.

Перепалка не прекращалась даже когда мы вернулись к тому, с чего начали — вооружаться. На мой револьвер нашлись патроны, а еще мне дали поясной щит на пятьдесят единиц защиты, что для товарищей «ничто», а для меня почти три жизни, как у Марио. Виктор взял винтовку с мощными взрывными боеприпасами, гранаты и пару мин для открывания дверей. Хотел уже взять и огнемет, но Ник напомнил ему про какой-то случай из прошлого и человек отказался от соблазнительной затеи. Коля был верен себе, оставшись со своей пушкой и автоматом размера с восьмилетнего ребенка. Хаммер же взял свои любимые стволы на все руки, да и пару клинков засунул за пояс. Мы были готовы идти на разведку.

Вход в протеус искать долго не пришлось. Ввиду не самой штатной посадки, корабль разломился почти по центру. Так что зайти в «Протеус» оказалось совсем не сложно, однако поперечная трещина на пересекла ни одного коридора. Однако вход во внутренние просторы нам найти удалось. Ник указал на одну из дверей, частично присыпанную песком и постучал по ней, привлекая наше внимание. И почти сразу вышло предупреждение:

— Внимание! Вы вошли в затерянное исследовательское судно «Протеус». Класс корабля «Б». Уровней — Четыре. Статус «Не действует». Год выпуска «две тысячи триста семьдесят первый». Местоположение «Неизвестно». И-Гид «МУМ». Жизнедеятельность «Присутствует». Заводы «Остановлены». Топливо «шесть процентов». Двигатели «Остановлены». Система жизнеобеспечения «шестьдесят семь процентов». Спасательные капсулы — в наличии одна.

— Внимание! Обнаружены следы Радиоактивной угрозы, обнаружены следы Химического и Биологического заражения. Время пребывания на Судне — не ограничено, Вы были предупреждены, все остальные действия — Ваш собственный риск.

— Что ж, мы почти внутри, — оскалился Виктор и передернул затвор своей винтовки и оглядел наши лица. — Потанцуем, господа?..

Примерно час спустя…

— Ну, ты скоро? — лениво спросил сидящий около двери Коля. Ник только отмахнулся своим универсальным ножом.

— Замок блин не простой, если хочешь или сам его ломай! — Раздался какой-то хруст и звук соскочившей отвертки, вслед за которым Хаммер вскинул руку и затряс ею. — Сволота. Ничто ее… О! Серый, ну ка ты давай сюда жахни.

Не собираясь разбираться в его терминологии, я молча вынул револьвер и выстрелил ровно туда, куда указал Ник. Искры вместе с отскочившей пулей метнулись во все стороны, Хаммер отскочил от двери, слегка побледневший.

— Ты Охренел?!!Ты бы хоть предупредил… — сипло и с явным трудом, выдавил Хаммер. В этот момент, панель, куда угодила моя пуля, сорвалась и повисла, обнажая ворох проводов, скрытых в косяке двери. — Хотя неплохо вышло… Током надо было жахнуть. В следующий раз током ударь, хорошо?

— Ты говори яснее, тогда и толку будет больше, — улыбаясь отмахнулся я и засунул револьвер за пояс. Ник присел у нового отверстия и в пару движений ножом, вывернул пару проводов и замкнул их. Что-то в двери хрустнуло, зажужжало и преграда ушла в стены, открывая нам проход в свои скрытые чертоги.

— Делов-то! — хвастливо вскинулся Хаммер, но Виктор только по голове его потрепал.

— Хорош трещать. Времени не вагон, все надо до вечера успеть, — буркнул Виктор, взглянул тоскливо на Колю и первый зашел в темное пространство Протеуса.

Мы вошли и сгрудились у первого же информационного щита. Корабль был изуродован внутри до неузнаваемости, его геометрия исказилась и очень много пространств просто исчезло как класс. Изначально эта махина размерами не уступающая многоэтажному дому должна была быть еще и красивой, а сейчас здесь была невероятная разруха. Информационное табло, моргало как весь свет вокруг и честно пыталось обрисовать нам ситуацию на текущую минуту, и картинка вырисовывалась удручающая. Мы находились на второй палубе корабля, где также находился командный мост и системы управления, под нами было два уровня полностью погребенные землей. Там же, судя по системе наблюдения, были двигательные отсеки, лаборатории и склады. Над нами был только жилой блок и все.

— Разделимся? — спросил Ник, но сразу получил по тонкой шее огромной лапищей Ворка.

— Ты станцию-призрака уже забыл⁈ Никто. Никуда. Не делиться! Максимум — парами! — рявкнул Ворк.

— Тогда я с Серым на нижние уровни, там лабы и склады, еще топливо и наверняка артефактов тоннами.

— Отставить, — поднял голос Виктор. — На склад надо идти Коле, он почти четыреста килограмм на себе упереть может поверх того, что есть. Серый, ты идешь с ним, Ник мне нужен в командном центре, нам блок памяти нужно изъять. И есть у меня сомнения, что с этим кто-иной справиться. Так что Серый и Коля вниз до четвертого, а мы прямо в командный. Если успеем закончить до вашего возвращения, отнесем блоки в корабли и вернемся к вам.

— Принято, — сказал Коля и схватив меня за предплечье, потащил в сторону лифтов. — Мы уже вышли…

Дошли до обозначенного на карте Лифта, шахта которого была в наличии, тросы тоже, а вот самой коробочки не было. Видимо она упала в незапамятные времена. Коля мялся не долго, кинул в шахту подобранный кусок обшивки и прислушался к звуку, упавшего металла.

— Метров пять.

— Есть идеи? — уточнил я, вглядываясь в темноту.

— По тросу спускаться будем! — произнеся это, он пихнул меня в спину, да так пихнул, что я до тех самых тросов и долетел.

Каким-то чудом, я успел зацепиться за грубые и в то же время скользкие металлические тросы. Хотел уже крыть Колю матом, но заметил под порогом дверей лифтовой лестничные скобы.

— Под тобой лестница, — процедил я и вытянув руку, схватился за удобные, хоть и тонкие металлические ступеньки. Спустившись на один уровень ниже, я услышал, что, Коля последовал за мной. Затем сверху полетел какой-то сор, и я услышал тихое: «Ой». Не знаю, откуда столько во мне прыти, но я вернулся на тросы за мгновение, до того, как Ворк пролетел там, где я был мгновение назад. Коля шваркнулся на обрушившийся лифт с таким грохотом, что стало очевидно, что, если лифт и уцелел до этого момента, это уже история.

Пока Ворк выбирался из осколков лифта, не прекращая выражаться по поводу всего, что его окружает, я спустился к нему. Двери лифтовой под натиском Ворковской дури уступили сразу, что позволило нам выйти на четвертый, нижний уровень. Данный ярус уже не имел освещения, даже аварийного, лишь редкие грязные лампы и нервно светящиеся информационные щиты с нечитаемыми указателями. Покрутив головами и обратившись к ближайшему табло, мы поняли где находимся и что нас окружает. До склада нам надо было пройти почти пятьсот метров, там же можно найти лестницу на уровень выше, где находились двигатели и лаборатории с их секретами. Но стоило мне сделать шаг в сторону складов, как лапища Ворка тормознула меня и развернув, почти уткнула в план Протеуса.

— Это что? — укоризненно посмотрел он на меня и ткнул пальцем в небольшое светлое пятно. Я присмотрелся к мелкому описанию.

— Припаркованный корабль!

— Предлагаю осмотреть его, так как после скадов, мы вероятно будет неспособны ничего нести сами, — нравоучительно пояснил мне Коля. — Да и до него ближе.

— Согласен, можно пройти через правое крыло и проверить сначала там, — Коля кивнул, и мы отправились на нашу маленькую миссию с парой фонарей и в жутковатой тишине.

Пару раз свернув налево, а затем пробравшись через заваленный конструктивным хламом через неширокий проход, мы выбрались в очень покореженный коридор, что объединял два корпуса Протеуса. Коля ругнулся и убрал оружие из рук, как всегда удивив меня запихав такое огромное оружие в его сравнительно не великую сумку. Что ж, ему действительно придется постараться, чтобы тут проползти. Преодолевали лаз мы наверно минут тридцать, но ничего — пережили и это — выбрались на другую сторону корабля. Вот в этом месте нам стало непосебе, начали слышаться всякие звуки, дыхание в самое ухо и прочая чушь, шатающая нам нервы. Однако Сила духа и у меня и у Высокоуровневого Коли была на высоте и мы выдерживали натиск неведомой стихии. Наконец мы остановились около нашего поворота, и остановились.