Так или иначе, но в конце ночи за дверями своей каюты, которую я занял единолично, выкупив два билета, лёгкий флер магии я ощутил. Едва заметный. Словно кто‑то совсем махоньким Светляком воспользовался, а то и вовсе прикурил на ходу, создав магией на пальце слабый огонёк, или магическое зрение на несколько секунд активировал, что скорей всего.

Особо я не дёргался. В отдельной каюте меня три артефакта охраняют и два заклинания, поддерживаемые на двери. Незаметно и легко ко мне не попасть. И Сигналка сработает, и Щит активируется, надумай кто попытаться вскрыть дверь. Но нет, попыток открыть дверь не было, а поисковая сеть показала, что коридор пуст. Если кто здесь и был, его уже нет. Сбежал.

Со стороны может показаться, что у меня мания преследования. Знаете, бывает такое психическое расстройство у людей. Вот только оно обычно преследует перспективного клиента психбольницы, а не его охрану. И не выглядит, как пара молодых людей или влюблённая парочка, которые раз в час – полтора старательно меняются, не забывая переодеваться каждый раз.

Будет ли кто на пароходе? Ночная активация чужой магии подсказала, что скорей всего – да.

Кстати, на завтрак я не вышел, как и на обед, и от доставки заказа блюд в каюту отказался.

И это тоже не паранойя. К тому же, зачем мне еда из ресторана, если у меня с собой целый саквояж деликатесов и питья, а кофе я и сам с помощью магии могу сварить? С таким запасом я даже шанса не оставлю, попробуй кто меня отравить или застать по пути в ресторан. Чую – охота на меня началась. Но пока как‑то вяло. Чересчур осторожно и неуверенно. Но я стараюсь. Выманиваю интересанта на себя, как на живца. А так как взять мне его нужно чисто, то каюта самое подходящее место.

Заняться мне в каюте было решительно не чем, оттого я сначала пробежался по итогам своих действий в Саратове. А они были, и весьма достойные!

– Финансовую подушку я создал более, чем достаточную, – начал я вполголоса рассуждать вслух, делая пометки в блокноте, – Дядюшке теперь на все наши планы по имению Петровскому денег хватит. Хрустальные цилиндрики заказаны, мастерская работает, – поставил я ещё пару галочек, размышляя, стоит ли сюда что‑то добавить, но пока не стал, – Ближе к весне, когда закрытый посёлок для мануфактуры будет построен, там и продолжу в мастерскую вкладываться, – волнистой линией обозначил я решение.

Чуть доработал планы по тем артефактам и зельям, что с заставы собираюсь поставлять. В этом вопросе мне опыт танцевальных вечеров пригодился. Теперь я более предметно знаю о чаяниях потенциальных невест и их мамашек.

Вот никогда не догадаетесь, что может у девушки вызвать такую истерику, что она откажется от поездки на бал. А ответ прост. Прыщ!

Вскочи он, такой важный, большой и созревший на щеке, на лбу, а то и вовсе на носу, и кранты всем планам! А в силу возраста и неверного питания, прыщи преследуют местных барышень довольно часто.

Следующим вопросом идут волосы. Как бы не была хороша девушка лицом, но жидкие и редкие волосы её никак не красят. И тут у меня опять же есть, что предложить. Зелье для волос! Вообще‑то, я его для борьбы с мужскими залысинами предполагал, но если разбавить в три раза…

Всё уже на барышнях Янковских проверено, а артефакт и вовсе на их мамаше. И всё работает, как надо! Прямо стартовый комплект – «Прокачка невесты» готов к запуску!

Кстати, про Янковских. Три, пятьдесят два и три, шестьдесят семь. Не правда ли, неплохие показатели у двух сестрёнок, добытые мной в самый последний вечер? У тех девушек, которые ещё не так давно лишь мечтали превозмочь третий магический уровень? Так вот, превозмогли, и настолько успешно, что я теперь лоб морщу. Причина проста – в этот раз у них всё легко вышло. Они даже не поняли, как поднялись по уровню, пока я результат замеров не огласил. Ой, что потом было… Пожалуй, я пережил максимальную частоту поцелуев в минуту времени, а потом этот процесс как‑то само собой перешёл на ещё более приятные стадии. И это было от души! Самозабвенно!

Ладно. Пока дел особых у меня нет, а время есть, займусь‑ка я каналами. Нет вовсе не так, как раньше. У меня новые веянья.

Долго раздумывал, как жить в этом мире, с его слабым магическим фоном. Решение пришло неожиданно. Энергоканалы стоит разделить!

Необычно? Вовсе нет. Особенно, для человека и его крови. Артерии и вены. Одни каналы – брать кровь, другие – отдавать.

Если такая схема на всей популяции людей с кровью нормально работает, то отчего бы такой фокус с магией не получится?

Вся магическая теория этого мира была построена на однонаправленных каналах: взял энергию извне, поместил её в резерв, сформировал заклинание, выпустил. Но в условиях тощей магической атмосферы «взять» было мучительно трудно. Если собирать принудительно, то тратишь больше сил на «всасывание» энергии, чем она потом даёт. Абсурд.

Я решил пойти от обратного. Я создам цикл.

Первым делом я определил в своей сети каналов «артерии» – пути для входящего потока. Их было меньше, они были тоньше, предназначены лишь для тонкой струйки энергии извне. С ними я ничего пока не делал.

Затем я нашел «вены» – каналы, через которые магия покидала тело после запуска заклинания. Обычно их просто игнорировали, считая пассивным выходом. А зря. Я начал их укреплять, расширять и… разворачивать.

Суть была не в том, чтобы выпускать энергию, а в том, чтобы возвращать ее, хотя бы частично. Представьте себе аквалангиста, который не выдыхает пузыри в воду, а возвращает часть воздуха в аппарат для очистки и повторного использования. Примерно так.

Я провел первый эксперимент. Вместо того чтобы пытаться вырвать клок магии из скудного эфира, я зажег огонёк на пальце самым примитивным заклинанием огня, используя лишь крохи внутренних резервов. Пламя едва тлело. Но я не расстроился. Я не дал отработанной, потрепанной энергии рассеяться. Мои перестроенные «венозные» каналы поймали ее после активации, словно сетью, и потащили обратно внутрь.

Было больно. Невыносимо. Как если бы вам пустили по вене соляной раствор с кислотой. Тело кричало от неприятия, каналы горели огнем. Я едва не потерял сознание, но удержал контроль. И повторил. Снова и снова.

Я не «собирал» энергию. Я её «рециркулировал».

С каждой итерацией я чистил возвращаемый поток, пропускал его через своеобразный «фильтр» сознания, отделяя шлаки и примеси. Отработанная магия, вернувшись, смешивалась с крохой новой из «артерий», и цикл повторялся.

Через несколько часов упорных, изматывающих тренировок я смог вернуть и удержать в стабильном контуре добрую половину энергии расходуемую на заклинание.

Я не стал сильнее в классическом понимании. Я стал… эффективнее. Моя личная магия перестала утекать в песок, она частично возвращалась и крутилась во мне, как маховик, наращивая обороты.

Обычный маг здесь был как человек с дырявым ведром, пытающийся напоить сад из пересыхающего ручья. Я же построил систему ирригации, улавливая часть испаряемой воды.

Местные маги смотрят вовне, досадуя на бедность мира и его слабый магический фон. А ответ был внутри. Не в том, чтобы брать больше, а в том, чтобы терять меньше.

Выигрыш в десять – пятнадцать процентов таких мук стоил.

Сложно? Да, почти запредельно. А уж неприятных ощущений и вовсе выше крыши. Но что делать? Жить захочешь – ещё не так раскорячишься.

Мещанин Храпунов, Илья Никифорович, известный в своё время в узких кругах, как Храп и матёрый домушник, не брезгающий заказными убийствами, от непосредственной уголовщины отошёл уже лет пять назад. На то были свои причины, и одна из них – его крепко прихватили на одном из «дел» и предложили два выхода: на дно реки, с распоротым брюхом и грузом в ногах, или в шпионы. Понятное дело, что про шпионов слова не было сказано. Шпионы – они же у врагов, а у своих – агенты и разведчики. Вот в такие агенты его, после трёхмесячного обучения в Польше, и определили. Состряпали подходящую легенду, по вполне достоверным документам, где он лавку купил вместе с торговым патентом, и стал Храп мещанином, занимающимся скобяной торговлей.