- Ты поступаешь так необдуманно, зная буквально крупицу того, что когда-то было и будет. Вот почему я предпочитаю иметь дело с теми, кто оставляет всё мирское позади. Ты говоришь, что будешь первым кто отказал замыслам моих братьев и сестер, но даже не берешь в расчёт то, что это может быть совсем не так. – словно осуждающе покачало головой, сплетенная из теней фигура.
- О чем ты? Разве были те, кто отказал вам? И что стало с ними потом? – как-то обескураженно отозвался Гарденер.
- Их участи позавидовали мертвые, смертный. Твой статус не для вида или твоего чувства собственной важности. Это контракт. Меж нами и тобой. Дары, от которых ты так легко хочешь отказаться под влиянием момента, в обмен на то, что ты станешь направляющей рукой мирской паствы на земле. Вполне равноценно, если хоть немного подумать. Жизнь, шанс, слава. Разве всё это не то, чего так отчаянно жаждут люди? – терпеливо объяснял Неведомый, словно неразумному ребенку.
- Может быть и так. – не нашёл что сказать Эдмунд, понимая некую правоту за словами божества. – Говоришь вроде всё складно, но верить совсем не хочется.
- Верить тебе моим словам или нет мне совершенно всё равно, я здесь совсем по иной причине. – отмахнулся лик верховного божества от его сравнения.
- Тогда, что ты вообще тут делаешь? Разве не за тем, чтобы наставить меня на путь истинный? Не спорю, опровергнуть твои слова я не могу, но всё ещё твёрд в намерении прекратить всё это здесь и сейчас. – упрямо утверждал Гарденер.
- Меня совершенно не волнует твое эмоциональное состояние. Пришёл я сюда только потому, что ты находишься в моих владениях. Так отчаянно ты желал здесь смерти, что я просто не мог не отозваться своему чемпиону, что также является большой привилегией, цени её. – произнёс Неведомый, неожиданно растекаясь и собираясь вновь, но уже за его плечом.
- Премного благодарен, хоть и не могу понять какой в этом толк. Убивать меня ты явно не собираешься. – даже не вздрогнул Эдмунд, поворачивая голову в никуда, коим являлось тело божества.
- Почему бы и нет? – развеял уверенность Гарденера по ветру хозяин загробной жизни. – Смерть тоже величайший из даров, о чём смертные с периодичностью забывают. Она дарит покой и забвение, чего ты так отчаянно захотел, придя сюда. Но, - сделало паузу божество, из-за чего более отчётливо стали слышны посторонние голоса, исходившие из глубин аморфной субстанции, которая представляла собой тело божественного лика. – как я уже говорил, контракт, который был меж нами заключён, не подарит тебе ни первого, ни второго, а только вечный лимб, что станет твоим вечным пристанищем. Тебе предстоит пережить не только боль жизни последнего Гарденера, но и всю боль предшествующих жизней. Это место хуже ада, где ведут своё вечное скитание подобные тебе существа, от богов и до низменных существ.
- Звучит зловеще. – сглотнул Гарденер, ставшую сильно вязкой слюну.
- Ты и представить себе не можешь насколько. – вновь оказался Неведомый на почтительном отдалении от него, если так вообще можно было сказать, учитывая то, что божественный лик был везде и нигде одновременно.
- И что теперь? У меня вообще нет никакого выбора кроме страдать от решения, принятого вами? А теперь, после моей попытки уйти, последует показательное предупреждение или что-то в этом роде? – поинтересовался Гарденер, уже и не надеясь на что-то.
- Разве я говорил о чём-то подобном? Вам смертным порой кажется, что нет иного выхода кроме смерти, но как бы я к этому не относился, жизнь тоже неплохой выбор. Видишь ли ты здесь кого-то из моих братьев и сестер, кроме меня? – показательно заполнил собой бог всё видимое пространство, от чего Эдмунду стало казаться, что он вновь оказался в пустоте, но это было не так.
- Нет. – покачал головой Гарденер, немного нервничая.
- Именно. Это место – моя вотчина и только мне решать увидят ли мои братья и сестры то, что здесь происходит. Будь это не так, простой мирной беседой дело бы не обошлось. Отец и Воин возлагают на тебя большие надежды и им будет очень не по нраву, если они увидят и услышат то, что ты думаешь. – опроверг Неведомы опасения Гарденера.
- Мне сказать тебе спасибо за это? – вопросительно изогнул бровь Эдмунд. – Но ведь ты неспроста говоришь мне об этом. И непросто так откликнулся на моё желание о смерти. У тебя есть свои интересы.
- Верно. – впервые за долгое время Гарденер почувствовал удовлетворение и одобрение в голосе божества. – Я единственный из Семерых кто способен иметь собственную позицию по некоторым вопросам. Мой статус был определён ещё на заре существования смертного рода и полностью меня устраивает. Однако, порой мне тоже требуется некоторое воздействие на смертные планы, чтобы привести дела в порядок.
- Не понимаю зачем тебе нужна моя помощь. Насколько мне известно у тебя есть свой карманный орден убийц, имеющий как влияние, так и возможности для исполнения всех твоих планов. – недоумение, распространившееся по лицу Гарденера, можно было увидеть невооруженным глазом.
- Они полезны и отлично выполняют возложенную на них задачу, но тут нужно воздействие иного рода. Мне не нужна твоя помощь, смертный, но я могу предложить тебе сделку. Ты – мне, я – тебе. Вы же любите подобное, не так ли? Никаких подводных камней. Кристально-чистая сделка. И никаких подозрений со стороны остальных ликов, ведь именно ты воззвал ко мне, а я решил в своей милости ответить на твой зов. – объяснил Неведомый
- Звучит не очень заманчиво, уж прости. – недоверчиво прокомментировал Гарденер слова божества.
- Ты можешь отказаться, продолжая и дальше снедать себя грузом вины и одиночества. Я же предлагаю тебе нечто большое, чем то, что ты мог бы получить от моих братьев и сестер при жизни. – не уступал Неведомый, плавно подталкивая Эдмунда к тому, чтобы согласиться.
- И что же это? – решился всё-таки спросить Гарденер.
- Прощание. Я предлагаю тебе проститься со всеми, кто был тебе дорог и погибшими в этом месте. В обмен же, когда придёт время, ты сделаешь ровно то, что я попрошу у тебя в назначенный день. Ни больше ни меньше. – озвучил владыка загробного мира свои условия, вызывая у Гарденера бурю эмоций. Похоже Неведомый снизил воздействие своей ауры на просторского принца для большего эффекта, едва заметно, но всё же.
- Как это возможно? Разве они, как и я, не проживают свою новою жизнь в других мирах, неспособные вернуться назад из-за вашего пакта с валирискими богами? – пытался Гарденер найти подвох в словах Неведомого, разоблачив его обман.
- Ты хорошо слушал. Это похвально. – отозвался лик верховного божества. – Однако, есть небольшая лазейка. В момент смерти, особенно в месте её скопления, душа растворяется, уносясь в иные планы бытия, но воля, остаток, этой самой души остаётся в последнем месте своего пребывания, запечатленная миром словно воспоминание на картине. Я же, как проводник душ, способен воззвать к этим воспоминаниям.
- Это будут не они. – покачал головой Гарденер, пребывая в сомнениях.
- Нет, не они, но тебе ведь этого и не нужно. Тебе нужно облегчение, которое никто не сможет тебе дать кроме самого себя, а получить его ты можешь только так, иначе тяжесть от груза эмоций сожрет тебя без остатка, превращая в безвольного раба собственных комплексов и ошибок. – заглядывал Неведомый в потаённые уголки души Эдмунда, склоняя чашу весов на свою сторону.
- Что взамен? Что конкретно я должен буду для тебя сделать? – ухватился просторский принц за последнюю возможную соломинку собственной совести и здравомыслия.
- Так ли это важно? – спросил неведомый всё также монотонно, но Эдмунд был почему-то уверен, что слышал в голосе божества усталость.
- Для меня? Да. – твёрдо заявил Гарденер, смотря прямо в непроглядную бездну коим было божество.
- Смертные. – хозяин загробного мира буквально одним словом описал, что думает о нём и обо всех людях в целом. – Если я скажу, что для этого не потребуется отнимать чью-то жизнь, разрушить что-либо или нанести чему-либо вред, хватит ли тебе этого? Либо так, либо сделки не будет, а я просто вернусь в свой план реальности и забуду, что данный разговор имел место, а ты продолжишь свой путь самоуничижения и самоуничтожения. – описал Неведомый дальнейшие перспективы.