И хотя я уверен в успехе моих верных слуг, но сомнения не дают спать мне по ночам. Обладая силой доселе невиданной, кто знает на какие мерзкие уловки тот ещё способен. Медлить нельзя, а потому своим королевским указом я приказываю назначить за этого мерзавца награду в двадцать тысяч золотых драконов, а также, королевской силой и властью учинить розыск. Колдуна лучше всего взять живым, для показательной казни, но я буду рад увидеть и его обезглавленную голову насаженную на пику.
Пока что в стенах Хайгардена ведется расследование произошедшего, но я не уверен будет ли от этого толк. Однако, если появится новая информация, я непременно отпишусь тебе, зная что ты сможешь выполнить волю своего короля со всей тщательностью и усердием. Также, пока я нахожусь в Хайгардене, то не могу доверять Тиреллам и просторским лордам, что вполне уже могут быть заодно с этим ублюдком, потому моей семье необходима дополнительная охрана, о чем я также приказываю тебе позаботиться.
Что же касается основных примет колдуна, то вот они: бледна кожа, чистое лицо, русые волосы и серые глаза. Также стоит упомянуть о том, что передвигается сей преступник на белом коне и в одежде септона, но не думаю, что стоит рассчитывать на глупость этого скользкого ублюдка. Скорее всего тот уже успел сменить как одежду, так и коня, но на всякий случай сообщаю тебе и эту информацию. Как только дела в Просторе улягутся, я вернусь обратно.
Выражаю надежду на скорейшую поимку смутьяна и твою смекалку, мой мудрый десница короля, Джон Аррен.
- Не перебрал ли часом его величество с вином на пиру Тиреллов, уважаемые советники? – отозвался в своей извечной шутливой манере Петир Бейлиш, что без особого интереса слушал мейстера Пицеля, зачитывающего письмо короля.
Петир Бейлиш был молодым человеком невысокого роста, с острой бородкой и хитрыми серо-зелёными глазами. Предпочитал мастер над монетой одежду в черных и серебряных тонах, так и сейчас тот был одет в длинный узкий камзол, с брошью в виде пересмешника на груди. Если хорошо приглядеться, то можно было заметить несколько седых волосков тронувших его виски в столь раннем возрасте.
Бейлиши были самыми мелкими лордами Долины, чья история насчитывала всего четыре поколения, с того момента как прадед Бейлиша, браавоский наёмник, прибыл в Вестерос на службу дому Корбреев. Дед Петира стал рыцарем, а уже его отец лордом небольшого земельного участка на Перстах. С такой биографией было крайне затруднительно пробиться на столь почётную должность, как мастер над монетой, но благодаря тесному знакомству с Лизой Аррен, женой своего сюзерена, Бейлиш смог стать главой таможни Чаячьего города. После, продемонстрировав ощутимые успехи, был отмечен лордом Арреном и приглашён на эту вакантную должность, как новый советник.
- Не стоит так категорично говорить об этом, лорд Бейлиш. – отозвался лорд Аррен, покачав головой. – Но ваша правда, я бы и сам не принял это сообщение всерьёз, если бы не официальная подпись его величества. Даже если король Роберт приукрашивает события, описываемые в письме, мы не должны игнорировать его распоряжения.
- Мой брат, конечно, любитель выпить, лорд Бейлиш, но он не стал бы разводить суету из-за пьяных бредней, по крайне мере, ему бы не дали это сделать сир Барристан и его жена, что уже говорит о срочности и важности данного указа. – вступил в разговор Станнис Баратеон, мастер над кораблями. Голос его был твёрд и необычайно серьёзен.
Станнис Баратеон, лорд Драконьего камня и мастер над кораблями Королевской гавани, был средним братом короля Роберта Баратеона, но если старший и младший Баратеоны были в чём-то похожи, то Станнис был в своей семье белой вороной. Упрямый в своей решительности, этот человек прекрасно понимал своё место в мире, и положение вещей в нём. Для него не существовало полумер, было только то, что справедливо и не справедливо, не иначе.
Высокий, широкоплечий и вечно угрюмый, тот не был душой компании, как и не имел чувства юмора вовсе. Яркие голубые глаза смотрели на присутствующих так, что не было сомнений в твёрдом характере этого человека. Одевался лорд Драконьего камня весьма скромно: только лишь в серую шерстяную тунику и такие же штаны, на поясе был заметен тонкий чёрный пояс. Да и внешность была под стать характеру, редкие чёрные волосы и аккуратная борода в купе с напряжённым лицом и тонко сжатыми губами, делали его похожим на ветерана ни одной компании, что, впрочем, так и было.
- Прошу прощения, лорд Станнис, я не пытался никоим образом оскорбить или пренебрегать решениями короля, но прошу заметить, что данное сообщение выглядит крайне сомнительным. – оправдался лорд Бейлиш, прикрыв глаза и слегка склонив голову, будто бы извиняясь за сказаное.
- Может и так, но решение Роберта в данном вопросе не подлежит обсуждению. – поставил точку в этой теме брата короля.
- Однако, где мы найдём такие деньги на выплату награды за голову преступника, коли нам принесут её на блюдечке рыцари и наёмники всех мастей? Корона и так в последнее время стала часто занимать у Тайвина Ланнистера и дома Тиреллов, а с учётом обстоятельств, не думаю, что первый, что вторые, обрадуются причине подобного займа. – покрутил мастер над монетой пишущим пером, делая некоторые пометки в своей книге, с которой тот не расставался ни на одном собрании.
- Это совершенно не важно, как и где мы найдём средства на выплату займа, лорд Бейлиш. – ответил своему ставленнику Хранитель Востока. – Главное, чтобы указ короля Роберта был исполнен в положенный срок. Если вы не хотите лишь вопросов и прений с Ланнистерами и Тиреллами, то можете обратиться с просьбой о ссуде в Железный банк Браавоса, у вас есть на то мою дозволение. – распорядился десница короля.
- Благодарю за столь чудную идею, милорд десница. Всё будет исполнено в лучшем виде. – раскланялся Бейлиш в своей хитрой улыбкой, выражая своё расположение старому лорду Долины.
- Что же касается охраны королевской семьи, то это дело я поручаю вам, лорд Станнис. – обратился Джон Аррен к мастеру над кораблями. – Если Роберт хочет на некоторое время окружить себя людьми, которым может безоговорочно доверять, то нам необходимо набрать их из Штормовых земель. Займитесь сбором этих людей как можно скорее, но не больше двух сотен человек, в конце концов, мы не хотим обострения отношений с лордом Простора и его семьёй. – на распоряжение десницы Станнис Баратеон только кивнул, так и не подав голос. – Что слышно от ваших пташек, Варис? – обратился десница к надушенному евнуху.
- Ничего конкретного, ваша милость десница. – расправил плечи мастер над шептунами, улыбнувшись уже своей жеманной улыбкой. – Слухи доносятся разные и отовсюду, но в контексте, описываемых королём событий, весьма тревожные.
- И какие же, позвольте узнать? – подался чуть вперед лорд Пенроз, хотя и заинтересованный в разговоре, но предпочитающий молчать, пока дело не касалось вверенной ему должности.
- Ничего особо, лорд Пенроз, лишь только то, что в Звёздной септе, близ Староместа, была спета песня, некий аналог пророчества об обещанном принце, только в Просторе. Кто бы не подготовил представление, свидетелем которого стал его величество король Роберт, он постарался на славу. – ответил Варис, пожимая плечами.
- Связаны ли эти событиями с тем, что верховный септон вот уже как неделю не покидает септу Бейлора и неустанно молиться, сбивая собственные колени в кровь? – уточнил десница, начиная собирать воедино столь отдалённые друг от друга, но так похожие события.
- Не могу знать, милорд Десница. Верховный септон никогда не слыл слишком большим рвением в вопросах веры, но событие это определённо показательное. Если вы просите меня предположить, то, полагаю, церковь Семерых имеет здесь непосредственное участие. Вполне возможно, что после ухода Таргариенов, церковь решила попытать счастье восстановить некогда утраченный авторитет. – высказал свои сомнения мастер над шептунами, что упали на благодатную почву сомнений, вызванной столь неординарными происшествиями.