Расположившись во внутреннем дворе Солнечного копья, гостям были предложены закуски на любой цвет и вкус. И конечно же дело не могло обойтись без легендарного кислого дорнийского вина. Офицеры Золотых мечей, и в частности, их генерал-капитан Гарри Стрикленд, с удовольствием наслаждались предложенным гостеприимством дома Мартеллов. В тоже время дело клонилось к полноценному обсуждению происходящих в Семи Королевствах дел, а также к будущей стратегии военной компании по возращению престола последнему представителю рода Таргариенов. Наёмники всегда оставались наёмниками, какие бы цели их не вели. Они не могли сидеть на одном месте долгое время просто так. Им требовалась добыча и лязг стали на поле боя.
- В Вестеросе более не существует однозначного центра силы, племянник. – вводил в курс дел молодого человека принц Доран, предпочитая ограничится финиковым соком вместо распивания вина. Молодой Гриф внимательно обратился во слух, пусть и знал благодаря верным людям практически обо всём, что происходило на западном континенте. – Ланнистеры находятся в окружении недавно возникшего союза Гарденера и Старков. Большая часть их сил по-прежнему сосредоточена в Речных землях и ведет свою борьбу с северянами. Однако это лишь вопрос времени, когда Старому Льву придётся отозвать их на защиту столицы. Он уже потратил баснословные суммы на покупку многих наёмничьих компаний Эссоса, дабы укрепить гарнизон Королевской гавани и не допустить бунта.
- Для нас это не станет проблемой. Лучше Золотых мечей нет никого. Мы единственные кто не станет бежать с поля боя в отличие всех остальных. Когда станет ясно, что Ланнистерам не удержаться в городе, тогда-то они и узнают каковы цена этих бесполезных псов. – гордо и уверенно отозвался Стрикленд на слова о решении Тайвина.
- Быть может и так, но пока что сила Запада по-прежнему остаётся весьма внушительной, даже не смотря на перевес Простора и Севера. – предупредил излишнюю самоуверенность принц Доран.
- В любом случая я слышал, что разлад между Железным троном и Хайгарденом начался с верховного септона, так ли это? – уточнил Коннингтон, которого весьма интересовал вопрос существования игрока, который мог стать серьёзным препятствием на пути Эйгона к власти.
- Всё так. За последние годы благодаря вмешательству Гарденера и предшествующим событиям церковь воспряла словно феникс из пепла. Сейчас её влияние находится на пике и даже не смотря на развернувшийся конфликт, Тайвин проявляет крайнюю осторожность к главе церкви. С одной стороны, он взял большая часть Сынов Воина размещённую в городе под стражу и прекратил любые выступления жрецов. С другой же он оставляет место за столом переговоров свободным. Он понимает, что если с верховным септоном что-то произойдёт, то возможность переговоров с Простором рухнет окончательно. А этого допустить он никак не может, не в его ситуация, когда со всех сторон окружают враги. – пояснил ситуацию владыка Солнечного копья.
- Звучит так словно у Тайвина Ланнистера славящегося своей осторожностью больше не осталось иных вариантов. – заметил Эйгон, что на имени убийцы его матери и сестры гневно сверкнул глазами. Подобное не могло скрыться от внимания присутствующих Мартеллов, которые весьма благожелательно оценили столь искреннее отношение к их семейной трагедии. Возможно, валлириец и не был тем самым Эйгоном, но по крайней мере он был полностью убеждён в своём происхождении и этого было достаточно.
- Старый Лев до сих пор верит, что его старший сын сможет переломить ход войны с Севером. Ко всему прочему у него остаётся надежда на поддержку Долины и Дорна. Но о последнем он крупно ошибается. – заметил Квентин Мартелл, старший сын принца Дорана. Молодой человек был коренаст и имел грубый квадратный подбородок. Его считали истинным сыном своего отца, но не тем, кто заставляет девичье сердце биться чаще.
- А вот с Долиной он вполне может быть и прав. Стало известно, что Петир Бейлиш смог жениться на Лизе Аррен и стал лордом-регентом при несовершеннолетнем Робине Аррене. Так что быть может Тайвин не зря рассчитывает на помощь рыцарей гор и долин. Правда их мнение на это счёт может существенно отличатся, ведь не зря они в период восстания Баратеона бились бок о бок с северянами и речниками. – заметил Доран, поделившись одними из последних новостей, которые явно не могли столь быстро добраться до Эссоса.
- Если всё так, то у нас нет никого кто бы стал союзником нам самим, разве нет? – задал риторический вопрос командир Золотых мечей, привлекая к себе взгляд всех присутствующих. – Северяне и речники сражаются за отмщение и свою независимость. Просторцы за веру и их короля с сомнительным происхождением. – начал рассуждать Стрикленд, правда на последней фразе он получил краткую насмешливую улыбку со стороны Аррианы Мартелл. О происхождении сейчас вообще говорить не приходилось. Пожалуй, из всех претендентов на власть в Вестеросе только Молодой Волк не вызывал вопросов подобного рода. В иное время эту войну легко можно было назвать «Войной Самозванцев или Лжекоролей». – На стороне Ланнистеров по понятным причинам Запад, Королевские и Штормовые земли. У нас же сейчас есть только Дорн, и мы сами. Как ни посмотри, но расклад явно не в нашу пользу. – закончил рассуждать генерал-капитан, заработав недовольство со стороны Джона Коннингтона.
- Не стоит беспокойства, сир Стрикленд. – уверенно отбил все сомнения Эйгон, заражая присутствующих своим энтузиазмом. В чём-чём, а в умении вести за собой людей ему точно нельзя отказать. – Уверен, что как только осядет пыль и лорды Вестероса узнают о возвращении их короля, то не останется сомнений и преткновений для моего воцарения. Нужно лишь заявить о себе. – убежденности с которой молодой человек произносил эти слова мог бы позавидовать любой мечтатель. Принц Дорна с осуждением посмотрел на наставника Молодого Грифа сира Коннингтона. Быть может, тот и получил хорошее образование и имел живой ум, но похоже, что голова Таргариена была целиком и полностью забита нереалистичными представлениями об отношении лордов Вестероса к его семье.
- Я бы не был так уверен в этом, племянник. – осторожно осадил Эйгона Доран. – За время правления Баратеона многое успело поменяться. Северяне объявили о своей независимости. Просто объявил о своей независимости. Причём возглавляют эти королевства те, кто, согласно истории, не мало пострадал от рук твоих предков. Не думаю, что они так просто согласятся сложить оружие. Это будет долгая и кровопролитная борьба, не говоря уже о том, что церковь успела настроить и простой люд против правления драконов. – подбирая слова расписал существующую картину владыка Солнечного копья.
- Я понимаю к чему вы клоните, дядя. Мой дед был не самым достойным королём, но я - не он, и люди увидят это. Что же касается Простора, то в Эссосе о нём ходит не так много слухов, но все они вызывают много вопросов. Какой он? – поинтересовался Эйгон, принимая сказанное Дораном, но при этом оставаясь уверенным в собственном успехе.
- Он называет себя Гарденером. И только это уже делает вас врагами, племянник. – без лишних прикрас или подробностей отозвался на вопрос Эйгона Доран. – Ты можешь думать, что угодно, но сейчас Простор твой главный враг. Король в Хайгардене не потерпит в Вестеросе Таргариенов и это понимают все. Не после того, как семья Зелёной Длани была уничтожена Эйгоном Завоевателем. – болезненно прикрыл глаза от спазмов в ногах принц Дорна. – Но, если ты хочешь узнать какой он из себя лично, то стоит спросить мою дочь. Она провела в Хайгардене при Дубовом троне примерно полгода. – перевёл всё внимания на Арриану мужчина, давая себе возможность немного отдохнуть.
- Что скажете вы, миледи? – выжидающе перевёл взгляд на принцессу Эйгон.
- Он странный. – потянулась девушка всем телом, демонстрируя себя во всей красе и не проявляя к обсуждению несостоявшегося жениха большего интереса. – Слух о том, что он обладает магией полностью правдив, но при этом он практически не использует свою власть и положение, предпочитая либо работать в своём кабинете, либо отдыхать в своём саду. Он не устраивает пиров и не выезжает на охоту, и всё же каждый из его людей обласкан почестями и наградами, отчего те хранят ему верность подобно фанатикам, связывая своё благополучие именно с ним. У него нет любовниц и в борделях его никогда не замечали. Можно было бы подумать, что тот урод, мужеложец или импотент. Однако, всё это разбивается о его вечно молодое личико и неустанное пребывание в компании девицы из Тиреллов, что вечно вьётся возле него. – в красках рассказал Арриана о своём впечатлении, скрывая своё задетую королём Простора женскую гордость, вызванную его открытым пренебрежением всем её попыткам сближения. – Что же касается его характера, то, как правило он сдержан. Я бы даже сказала мягок, если не знать, что именно по его приказу все Железные острова превратились в одни сплошные голые скалы.