Он распластал язык и провел им от моего ануса до самого клитора, и если бы не его сильная хватка на моих бедрах, удерживающая меня на ногах, я бы рухнула. Желание закричать нарастало, пока он продолжал это медленное исследование моего тела, пока из меня не вырвались прерывистые вздохи.

По краям зрение потемнело, возможно, из-за нехватки кислорода, пока я изо всех сил пыталась одновременно все чувствовать и дышать.

Хантер был безжалостен: он удерживал меня на месте и пожирал. Он намеренно наращивал удовольствие медленно и равномерно, пока мой центр не запульсировал в тяжелом ритме, и я была так близка к тому, чтобы сорваться с вершины этого невероятно острого пика.

Мои ноги и бедра дрожали, а давление внизу живота вызывало ту самую настоящую боль, которой я так жаждала. Струйка соков скользнула между моих бедер, но Хантер не дал ей исчезнуть. Его пальцы ловили то, что упускал рот, и я чувствовала, как он втирает мою смазку обратно в меня. Богиня, каким бы мучительным ни было это доведение до грани, это было также и потрясающе, и он определенно претендовал на звание хорошего мальчика.

Вот только это был не его фетиш.

Его фетишем был контроль, и сегодня я ему покорилась.

Зная, что умолять бесполезно, я прикусила губу до крови и закрыла глаза, пытаясь справиться с пульсацией. Он вонзил язык внутрь, в то время как его большой палец кружил вокруг моего клитора, и на этот раз он не отступил. Он столкнул меня с этой проклятой грани, и я кончила так сильно, что затылком ударилась о кафельную стену душа.

Когда он двинулся, чтобы проверить, в порядке ли я, я крепче сжала его волосы и сомкнула бедра вокруг его лица, пока он не понял намек. Он погрузил в меня пальцы, сильно толкаясь, пока его язык кружил вокруг моего клитора, и всего через несколько секунд я кончила снова, мои сверхчувствительные нервные окончания кричали.

К тому времени, как он встал и подхватил меня на руки, я была готова отключиться от сытого облегчения и истощения.

— С головой все в порядке, милая? — спросил он, осторожно ощупывая небольшую шишку, которая скоро заживет.

— Все идеально, — сказала я охрипшим голосом. — Я в полном порядке. Это было именно то, что мне нужно.

Моя голова безвольно опустилась ему на грудь, пока он поддерживал мой вес.

— О, мы еще не закончили, детка, — сказал он, и его правая рука обхватила мое горло, пока он не запрокинул мою голову для поцелуя. Он боготворил мой рот, и я была одурманена поцелуями, держась за его мощные бицепсы, чтобы не упасть. Поцелуй был преображающим, и я не была уверена, что останусь той же, когда он закончит.

Хантер выключил воду, вынося меня из кабинки на коврик для ванной, и за секунды высушил нас обоих. Он снова поцеловал меня, пока я не превратилась в пульсирующий, нуждающийся комок нервов, готовый взорваться от малейшего прикосновения. Когда мы вошли в темную, прохладную спальню, я направилась к кровати, но обнаружила, что пространство наполняют ароматы карамели и корицы. А вместе с ними — один из моих любимых оборотней.

— Что ты здесь делаешь, надоедливый щенок? — прорычал Хантер, когда мы оба уставились на почти обнаженного оборотня, развалившегося на кровати в своих черных боксерах и внимательно наблюдавшего за нами.

Ленивая ухмылка Келлана не соответствовала фиолетовой вспышке в его глазах.

— Тренировка закончилась раньше, и песнь сирены моей пары позвала меня на вечеринку.

Он приподнялся на локтях, и мой взгляд тут же устремился к его рельефным мышцам пресса, мощным и выразительным в этой позе.

Эти альфы и их стремление во всем преуспевать действительно начинали мне нравиться.

— Ты ведь не думаешь оставить ее всю себе, правда? — добавил Келлан, переводя взгляд с Хантера на меня. — В конце концов, делиться — значит заботиться.

Грудь Хантера вздымалась, но он не стал упрекать брата.

— Наша пара хочет забыть сегодняшний вечер, — пробормотал он, проводя рукой по моему плечу, отчего по мне пробежала дрожь. — Она хочет, чтобы мы взяли все под контроль. Ты справишься с этой задачей, щенок?

Когда энергия его волка поднялась, глаза Келлана потемнели еще больше.

— Черт возьми, да. Что бы ни понадобилось моей Крошке, я готов.

— Вот мой хороший мальчик, — прошептала я, потому что это не было игрой в одни ворота. У всех нас были свои нужды и желания.

Келлан застонал и сжал свой член сквозь боксеры; его внушительные очертания были так же очевидны, как и кубики пресса.

— Кажется, я только что кончил. К счастью, я быстро прихожу в себя.

Его рефрактерный период был исключительным. У Хантера тоже.

Я была очень везучей омегой.

Хантер подтолкнул меня вперед, и я забралась на кровать, продвигаясь к центру. Келлан тут же пристроился слева от меня, его руки заскользили по моей груди, обхватывая ее. Он провел языком по левому соску, а затем втянул затвердевший кончик в рот, посылая искру удовольствия прямо к моему клитору.

В ответ я раздвинула ноги, и он провел одной рукой вниз по моему животу и проник в мое лоно, не встретив почти никакого сопротивления. Он вошел в меня, жестко и быстро, и мой крик утонул во рту Хантера, когда тот подполз с другой стороны и поцеловал меня.

— Я никогда не смогу тобой насытиться, — выдохнул он, его язык скользнул по моему, снова оставляя меня с этим одурманенным, отчаянным чувством. — Такая сладкая и острая. И вся, блядь, моя.

Большой палец Келлана коснулся моего клитора, и от его прикосновения и слов Хантера я устремилась к новому оргазму, наполнив спальню своими стонами.

Когда он закончил вытягивать из меня последние вихри удовольствия, Келлан выпустил мой сосок изо рта и провел своими влажными пальцами вверх по моему телу, размазывая мою смазку по животу.

Хантер присоединился к нему, и они вместе принялись вылизывать дорожки на моей коже, причмокивая и постанывая, пробуя на вкус соки моего оргазма. В итоге Келлан добрался до моего рта, и хотя его прикосновения были нежнее, чем у Хантера, они были не менее властными.

Хантер спустился ниже, к моей киске, и его язык прошелся по остаткам моего извержения. Он снова скользнул пальцами к моей попке, используя мою смазку, чтобы подготовить меня.

Никто никогда не был в моей попке, но я не нервничала и не беспокоилась.

Того, что было в душе, хватило, чтобы понять: анальный секс мне понравится. Я не могла дождаться момента, когда смогу принять обоих своих альф одновременно. Когда-нибудь.

— Мой волк просто сходит с ума от мысли, что мы будем первыми, кто овладеет твоей попкой, — пророкотал Хантер, вдавливая в меня свой большой палец. Мышцы моего ануса сопротивлялись лишь пару секунд.

— Я больше не хочу быть анальной девственницей, — выдохнула я, и от охватившей меня нужды мозг превратился в кашу.

Воздух был густо пропитан запахами альф. Я схватила Келлана за затылок, когда он снова вернулся к моим соскам и втянул в рот чувствительный кончик.

— Расслабься, — приказал Хантер, продвигая палец глубже и наклоняясь, чтобы вылизать мой клитор.

Мои бедра выгнулись навстречу его прикосновениям. Был легкий дискомфорт, но удовольствие оказалось сильнее… и каким-то другим. Когда мое тело расслабилось, Хантер добавил второй палец, и всякое сопротивление моей попки исчезло с каждым его приятным толчком.

— Она сейчас снова кончит, — пробормотал Келлан, снова поднимая голову к моему рту, словно хотел попробовать мой оргазм на вкус. Он неумолимо и безжалостно накатывал, и я бессвязно закричала, пока два альфы держали меня между собой.

Когда я окончательно выдохлась, Хантер вынул из меня пальцы. В его взгляде появилось что-то дикое, когда он приказал: — Перевернись и хватайся за изголовье кровати.

Мои конечности превратились в желе, но я была бессильна ослушаться. Я перевернулась на живот, подтягивая все еще дрожащее тело, чтобы вцепиться в темные деревянные планки изголовья. Каркас кровати был толстым и прочным, и я знала, что Хантер собирается проверить его на прочность.