Даже зная, что должна выложить правду, и что если его ранимые чувства не выдержат, он лишь докажет мою правоту, я все равно внутренне съежилась и приготовилась к его резкому ответу.

Но Финли удивил меня во второй раз за последние несколько минут.

— Ты абсолютно права — я крупно облажался. Твой отказ ранил меня, но вместо того, чтобы поступить по-взрослому и дать тебе шанс узнать нас поближе, как это сделали мои братья, я решил оттолкнуть тебя, пока ты сама не ушла. Это была незрелая реакция, и я сожалею о своем поведении. Мне очень жаль. Ты и раньше говорила, что на самом деле я злился на свои прошлые травмы, и ты была права, Льдинка. Ты была права.

Меня мог бы сбить с ног сраный легкий ветерок. Я уставилась на него, пытаясь понять, как он умудрился взять свое прежнее язвительное прозвище и перефразировать его в такое мягкое и нежное.

— И как ты собираешься это исправить? — вмешался Хантер, пока я мысленно пыталась прийти в себя.

Финли снова ответил без малейшего колебания.

— Я стану оборотнем, которого заслуживает Эмми. — Он не сводил с меня глаз, и меня настолько смутила тяжесть его скорбного взгляда, что я едва не сломалась. — Я докажу, что достоин, и приму нашу истинную семью, когда буду знать, что заслуживаю ее.

Пока я смотрела на эту подмененную версию Финли, Келлан захлопал в ладоши, как гордый отец, и бросился обнимать своего соратника по стае.

— Я знал, что ты разберешься в себе, — радостно воскликнул он, сжимая объятия крепче, когда Финли попытался его оттолкнуть.

Медведь в конце концов сдался и принял объятия, похлопав Келлана по спине чуть сильнее, чем следовало.

— Это только начало, — пробормотал он, но мы все его услышали.

Что до меня, я пока воздерживалась от суждений, но теперь во мне крепла надежда, что это действительно поворотный момент для нас. Оставалось лишь ждать и смотреть, что принесет будущее.

Для Финли и Тэлона. Для всего нашего квинтета, или сикстета, или чем бы мы в итоге ни стали.

Слэйд, хранивший молчание во время откровений Финли, наконец подал голос:

— Нам нужно разобраться с пленником.

В его ровном, раздосадованном тоне послышались новые тревожные нотки — Слэйд отдалялся от нас. От нашей связи.

Хантер, должно быть, подумал о том же, потому что, оставив прощальный поцелуй на моей щеке, он подтолкнул меня в сторону брата.

— Идите вдвоем, посмотрите, сможете ли вы вытянуть из этого ублюдка хоть какую-то полезную информацию, пока мы продолжим угрожать всем, кого знаем, пока кто-нибудь из этих придурков не выследит Флетчера, ведьм из Термейн, стаю Соренсон и всех остальных причастных.

Я замерла, за неделю выпечки пропустив все новости.

— С нашего возвращения о них ничего не слышно? Ни единого следа?

— Ни волоска, черт побери, — прорычал Хантер, и его глаза потемнели, как грозовые тучи. — Можем лишь предполагать, что их всех защищает магия, а это мешает нам их выследить.

Тяжело сглотнув, я подавила гнев, пульсирующий внутри. С тех пор как Челси подчинила мою волю и доставила меня к Флетчеру, я пыталась понять ее мотивы.

— Нас в мире осталось так мало, — процедила я, нахмурившись. — Омеги и так были редкостью, а Флетчер помог подтолкнуть нас к грани вымирания. Чтобы другая омега нас предала… Даже если она пыталась защитить свою стаю, этому нет оправдания. И где они теперь? Готова поспорить, Флетчер все это время ей врал и все равно забрал ее.

Это было меньшее, чего она заслуживала, и я лишь слегка пожалела, что ее стая оказалась втянута в этот обман. Хантер пожал плечами, словно ему было все равно.

— Если они с Флетчером, пусть надеются, что он будет прятать их вечно. Как только я доберусь до стаи Соренсон, они все умрут. Никакое, черт возьми, объяснение не оправдает того, что случилось.

Слэйд согласно хмыкнул, и я услышала, — Блядь, да, — от Келлана и увидела кивок Финли — все альфы были единодушны в этом вопросе.

— Вы не думаете, что Сорен и его стая заслуживают хоть какого-то снисхождения? — спросила я, сама не понимая почему, ведь я тоже была на них зла. — В смысле, вы бы ведь бросились защищать меня, верно?

Хантер зарычал, и этот резкий, угрожающий звук разнесся по комнате.

— Я бы сделал все, что угодно, чтобы защитить тебя. Бежал, сражался, уничтожил бы жизнь на этой планете. И если бы тебе грозила смерть за твои поступки, я бы встал перед тобой и умер первым. Но я и так знаю, что мне не пришлось бы с этим столкнуться, потому что ты никогда бы не сделала такой выбор, как Челси. У тебя есть принципы, и ты бы сражалась на ее стороне.

Воздух в прихожей накалился, когда Слэйд и его дракон присоединились к разговору.

— Согласен, — коротко бросил он. — А теперь пойдем в изолятор к Тэлону. Мы теряем время, давая этому ублюдку прийти в себя.

Прийти в себя. Звучало не очень.

Слэйд, с ног до головы облаченный в форму силовика, отлично отвлекал внимание, но я все же заметила мазки крови у него на руках и лице. Неужели он почти всю неделю допрашивал Тэлона?

Больше никто из альф нас не остановил, пока Слэйд вел меня вниз, в гараж, и я гадала, неужели до этих камер содержания нужно ехать на машине. Я была уверена, что Тэлон находится в доме, судя по тому, какой спокойной ощущалась наша связь. Впрочем, это не имело значения, ведь я безоговорочно доверяла Слэйду, и если он вел, я шла за ним.

— Как ты справляешься со всеми этими новыми открытиями? — спросила я, пока мы шли между машинами.

Ответа не было, лишь спустя мгновение он хмыкнул.

— И какое именно открытие ты имеешь в виду, Эммелин?

Когда мое полное имя сорвалось с его суровых губ, я с трудом сглотнула. Он был еще злее, чем я думала.

— То открытие, что когда я отключил камеры во время твоей выходки, чтобы насладиться ею без спойлеров, это привело к твоему похищению и насильственному созданию связи? Или ты про то открытие, что оборотень, который насильно связал тебя, носит мое гребаное лицо? Оборотень, который, очевидно, и был тем зовом, что заставил меня вернуться на родину много лет назад, и все это время он строил козни против нас.

Его дыхание стало тяжелее, а я вся взмокла от жара, повисшего в воздухе.

— А может, про то открытие, что если бы я много лет назад не помешал Хантеру разорвать Флетчера на куски, ты бы сейчас не рассыпалась на части?

Снова наступила пауза, и я отчаянно искала слова, чтобы убедить его — ни в чем из этого нет его вины.

— Я обещал, что буду тебя защищать, — продолжил он, — а тебя похитили у меня под носом и ранили сильнее, чем когда-либо. Так что мне особо нечего сказать о том, как я справляюсь со всеми этими открытиями.

Это была одна из самых длинных речей, что я от него слышала, и каждое открытие разбивало мне сердце.

Слэйд ускорил шаг, словно мог помешать мне ответить, просто сбежав от меня, но он жестоко ошибался. Я побежала, чтобы не отстать.

— Нам нужно об этом поговорить, — крикнула я в его широкую спину. — Ничто из случившегося — не твоя вина, и я не уверена, что это полностью вина Тэлона.

Его недовольное хмыканье не дало мне понять, что он об этом думает, но звучало оно нерадостно. У меня не было времени настаивать на разговоре, потому что он остановился перед слегка выступающей панелью у дальней стены гаража. Я никогда раньше ее не замечала — она почти идеально сливалась со стеной, но это явно была дверь. Ручки не было, только кодовая панель, и я украдкой подсмотрела код, который Слэйд ввел для доступа. Раздалось шипение, будто дверь была герметичной, а затем панель уехала в стену.

Слэйд вошел без единого слова, и я последовала за ним, вдыхая новые запахи, не связанные с гаражом. Я уловила нотки клена и металла. Коридор был белым и блестящим, создавая впечатление стерильности, и лампы над головой зажигались по мере нашего продвижения, пока мы наконец не вошли в большую комнату, одна из стен которой была отгорожена решеткой.