Они смотрели, как он лавирует между столиками и вновь уходит, уже набирая что-то в телефоне.

— Ну что же, на чём мы остановились? — спросил Стюарт.

— Кажется, собирались выпить вина, — ответила она с улыбкой, когда официантка подошла с бутылкой.

В субботу утром собравшиеся выглядели потрёпаннее, чем накануне. Кое-кто допоздна гулял по городу, отрывался вдали от дома и засиживался в барах до закрытия. Столы с крепким кофе, ледяной водой и апельсиновым соком на антресолях пользовались большим спросом. Шум усиливался: участники толпились возле напитков и еды. Не явились, кажется, считаные люди. Среди них должен был быть Уэбб. Поздно ночью он прислал сообщение, снова извинился за внезапный уход с ужина и объяснил, что по срочному делу мчится в Филадельфию.

Стюарт устроился на прежнем месте в пятом ряду зала и с нетерпением ждал возможности пожелать Рэй Клэр доброго утра. Накануне они расстались у ресторана, даже не пожав друг другу руки, но она по-прежнему его занимала. Общего между ними было немного, однако еда, вино и разговор за ужином доставили удовольствие обоим. Стоило попробовать ещё раз — за обедом или ужином. Из Шарлотта до Вашингтона ехать далеко, и возможный роман казался не самым удобным делом. Дома полно женщин куда красивее, и это уж точно. Принимая душ, он всё обдумал и решил пока не ставить на ней крест. Пусть день идёт своим чередом; там видно будет, насколько он ей интересен. Наверное, она уже вычеркнула его из списка.

В восемь сорок пять Рэй Клэр появилась и положила рюкзак туда же, где оставляла вчера. Они обменялись пожеланиями доброго утра, потом она перестала улыбаться и сказала:

— Слушай, мне нужна услуга. Хочу тебя кое с кем познакомить.

Странная просьба в таком месте и в такой час, но как откажешь? Он взял телефон и последовал за ней на антресоли, затем поднялся на эскалаторе этажом выше, ожидая объяснений. С каждым шагом недоумение усиливалось. Они вошли в гостиничный бизнес-центр и подошли к стеклянной двери небольшого конференц-зала. Она открыла её:

— Сюда, пожалуйста. Это всего на минуту.

— Что происходит? — спросил Стюарт с ноткой раздражения.

Уэбб вернулся. Будто возникнув из воздуха, он с широкой улыбкой вошёл в комнату:

— Рад снова тебя видеть.

Все трое неловко переглянулись, пока Рэй Клэр не предложила:

— Давайте сядем, хорошо?

Стюарт не двинулся с места.

— Может быть. А может, и нет. В чём дело? — Он посмотрел на Уэбба. — Я думал, ты вернулся в Филадельфию.

— Стю, дружище, всё не так, как кажется. Дай нам несколько минут, пожалуйста.

— А семинар?

— Тебе правда хочется обратно? Конечно, нет. Киберпреступность тебе до лампочки, и, поверь, никто не заметит твоего отсутствия. У нас тема куда интереснее.

Они сели. Стюарт постукивал кончиками пальцев друг о друга и сердито смотрел на обоих. Рэй Клэр заговорила:

— Хорошо. Мы здесь не ради семинара. И ты здесь не ради него. Тебя пригласили потому, что мы хотели с тобой встретиться и обсудить одно предложение.

— «Мы»? Не знал, что вы вместе работаете. За вчерашними напитками вы об этом почему-то не упоминали.

— Всё не так, как кажется, — повторил Уэбб с неприятной улыбкой.

— Что за предложение?

— Мы действительно работаем вместе, — ответил Уэбб. — У меня своя должность, у Рэй Клэр своя, но настоящая наша работа — не та, что ты думаешь.

Настороженный, но заинтригованный, Стюарт взглянул на часы:

— Ладно. У вас пять минут, чтобы всё прояснить. Не получится — уйду.

— Справедливо, — сказала Рэй Клэр.

Она потянулась к стоявшему на столе ноутбуку, который Стюарт только теперь заметил, нажала клавишу и посмотрела на настенный экран. Появились фотографии трёх молодых мужчин, а под ними фамилии: Шенген, Снайдер, Таннер.

— Все трое отправились в Париж в свадебное путешествие с молодыми жёнами, — сказала она. — Все три пары похитили. Семьи заплатили выкуп, невесты вернулись домой. Женихам повезло меньше. У нас есть веские основания считать, что они живы и их держит одна и та же банда.

Стюарт смотрел на три лица.

— Ничего об этом не слышал.

— В прошлом году по всему миру похитили по меньшей мере два десятка американцев, — сказал Уэбб. — О скольких ты читал?

— Ни одного не припомню.

— Именно. Похищения растянулись на три года. Семьям угрожали и велели молчать. Поэтому в прессе ничего нет.

— Довольно занятно, — сказал Стюарт, — но какое отношение всё это имеет ко мне?

— Позволь продолжить, — сказала Рэй Клэр. — Похитители действуют очень ловко и почти не оставили улик. Практически ни одной. Американская и французская разведка ничего не нашли. Мы полагаем, что всех троих вывезли из Франции и где-то держат в заложниках. Пока главная версия — Северная Африка.

— То есть район поисков — всего-то бог знает сколько квадратных миль, — заметил Уэбб.

— Где бы они ни находились, поисково-спасательная операция невозможна без гораздо более точных разведданных. Полагаем, похитители хорошо вооружены, обучены и образованны. Главарь или по крайней мере тот, кто ведёт переговоры, свободно говорит по-французски и отлично по-английски, хотя оба языка для него неродные.

— А родной какой?

— Арабский. По акценту, вероятно, из Туниса или Алжира.

— Можно спросить, откуда вам это известно?

— Объясним позже. Пока потерпи.

Стюарт покачал головой и закрыл глаза. Рэй Клэр и Уэбб тревожно переглянулись.

Он открыл глаза, посмотрел на часы:

— Продолжайте.

— Мы планируем операцию, чтобы внедриться в банду или хотя бы найти её. Нам нужны жених и невеста. Разумеется, ежегодно в Париже проводят медовый месяц сотни пар, но использовать их нельзя. Нужны подготовленные специалисты.

— А вы оба смотрите на меня.

— План такой: подставить пару, настолько привлекательную для банды, что они решат её захватить. Разумеется, мы будем следить с помощью всех имеющихся средств. Заплатим выкуп, освободим невесту, а потом проследим, куда увезут жениха. Если повезёт, он окажется рядом с Шенгеном, Снайдером и Таннером. Тогда спасём их всех.

Стюарт покачал головой:

— Шансы, похоже, невелики. Очень невелики.

— Возможно. Но Шенген пропал три года назад, и у нас до сих пор нет ни одной зацепки. До известной степени это шаг отчаяния.

— И опасность.

— Ещё какая.

— Откуда вы знаете, что этих ребят не убили, а тела не выбросили в океан?

— Резонный вопрос. Через два месяца после похищения Шенгена его жена получила видео: он говорил в камеру и назвал дату, причём верную. Через три месяца после исчезновения Снайдера случилось то же самое. От Таннера пока никаких вестей.

— Значит, их не просто похитили, но и до сих пор держат в заложниках?

— Мы так считаем.

Стюарт посмотрел на Уэбба:

— Почти всё говорит она. А ты здесь при чём? Кто главный? И хватит уже этого вашего «мы».

Уэбб кивнул на Рэй Клэр:

— Она невеста, она и командует. Операция её. Я — член команды.

Стюарт посмотрел сначала на него, потом на неё и задумался.

— Так. Насколько помню, в нашей стране семнадцать разведывательных ведомств, и это только официально уполномоченные и финансируемые Конгрессом. Верно?

Рэй Клэр кивнула:

— Кажется, семнадцать.

— А сколько ещё тайных контор действует без отчётности — неважно. Насколько я знаю, единственное ведомство, уполномоченное вести тайные операции за границей, — ЦРУ. Не может ли оказаться, что ваше загадочное «мы» и есть ЦРУ? Знаю, знаю, по вашим правилам нельзя сообщать, на кого вы на самом деле работаете. Но если не получу ответов, я уже почти готов выйти вон.

Позже оба агента, разбирая встречу, согласятся: именно в этот момент они поняли, что выбрали правильного человека.

— Мы оба из ЦРУ, — сказала Рэй Клэр. — Работаем под прикрытием в других государственных учреждениях.

— Ну, раз уж мы это раскрыли, — подхватил Уэбб, — пора серьёзно поговорить о конфиденциальности. Нам нужно твоё обязательство держать этот разговор в полной тайне. Этого разговора никогда не было.