Стюарт стоял в очереди за кофе. Парень позади него сказал:

— Мне потребуется тройной эспрессо, чтобы дожить до полудня.

Стюарт рассмеялся, обернулся:

— А я-то думал, киберпреступность — увлекательная тема.

— И я. Видимо, семинар мы выбрали не тот. — Парень протянул руку. — Уэбб Макбрайд, из Филадельфии.

Стюарт пожал её:

— Стюарт Нэш, Шарлотт, прокуратура США. Работаю в Министерстве юстиции — пока, во всяком случае. Ещё пара таких семинаров, и я, пожалуй, вообще уйду из права.

Они получили кофе в бумажных стаканчиках и подошли к длинному столу с выпечкой и пончиками. Через антресоль Стюарт заметил Рэй Клэр, но она на него не смотрела.

— Невелик тут выбор, — чуть громче, чем следовало, заметил Уэбб. — Женат?

— Нет. А ты?

— Нет. В Филадельфии я уже перебрал все варианты, теперь расширяю географию исследований.

Один из тех крупных, говорливых парней, у которых всегда наготове шутка или дерзкий ответ.

— Удачи тебе с поисками здесь, — подыграл Стюарт.

— Ты один приехал или с компанией?

— Во всём отеле я знаю только тебя.

— И я. Если доживём до пяти, выпьем и пойдём гулять по городу.

— Отличная идея.

Где-то вдали прозвенел звонок, и стадо поплелось обратно в зал. Уэбб сел прямо за Стюартом; они всё ещё смеялись над замечанием о первом лекторе. Рэй Клэр заняла своё место, не удостоив их улыбки. Когда началось второе занятие, она написала Уэббу:

С восьми футов Уэбб почти мог прочесть текст на её экране. Он ответил:

От скуки Стюарт поискал сведения об Уэббе Макбрайде: учился в Колгейтском университете, юридическая школа при Вилланове, последние четыре года — в антимонопольном отделе Министерства юстиции в Филадельфии.

Жалкие крохи сведений, которые Стюарт собрал о Рэй Клэр и Уэббе, не шли ни в какое сравнение с их досье на него. Они изучили его семейную историю в Северной Каролине. Ничего примечательного, разве что деду принадлежало больше трёх тысяч акров земли. Отец руководил семейной лесоторговой компанией. Богачами они не были, но по меркам своего края считались зажиточными. Сам Стюарт и все его братья и сёстры окончили колледж. У них были его ведомости из Дэвидсонского университета и полное дело из юридической школы Уэйк-Форест. Они знали практически всё о его пяти годах в Министерстве юстиции, включая краткие сведения о делах, над которыми он работал. Во время учёбы на юриста его однажды обвинили в вождении в нетрезвом виде, но дело, кажется, уладили неофициально. Единственная другая неприятность с законом была связана с водяными шариками.

Сидя на местах, слушатели ели сэндвичи из коробок с готовыми обедами и смотрели видео о деле в Аризоне: несколько блестящих студентов обманом вытянули у закупочного управления штата сорок миллионов долларов. Из тюрьмы главарь компании объяснял, как они это провернули. Семинар внезапно стал интересным.

После обеда стало ещё лучше: первой выступила специалистка по интеллектуальной собственности из гигантской лондонской юридической фирмы. Привлекательная, одетая как модель, она почти час удерживала внимание мужской части аудитории.

Когда последнее занятие закончилось в пять, Стюарт и Уэбб поспешили вниз на два этажа, пересекли главный вестибюль и раньше остальных добрались до огромного бара у входа. Заказали пиво, пока бар быстро наполнялся. Уэбб охотно брал разговор на себя. Он как раз рассказывал о бывшем коллеге, который попал в переделку, лишился права на адвокатскую практику, угодил в тюрьму, — но тут резко оборвал рассказ и помахал кому-то рукой. Это была Рэй Клэр. Уэбб предложил ей место за их маленьким столом и представил Стюарта Нэша, своего нового приятеля из Северной Каролины. По их версии, они с Рэй Клэр познакомились несколько месяцев назад на свадьбе общего друга в Балтиморе. История звучала вполне правдоподобно, и Стюарт поверил. А почему бы и нет? Оба притворились удивлёнными, обнаружив друг друга на семинаре.

Рэй Клэр попросила диетическую газировку, и Уэбб отправился за ней к стойке. Стюарт сразу заметил, что разговоры она не любит, предпочитает слушать и, кажется, анализирует каждое его слово, хотя говорил он немного. Обычные сведения о работе, которую он старался не расписывать: интересного в ней было мало. Она работала редактором, не юристом, а её издательство столкнулось с киберпреступностью в виде книжного пиратства. Пока они болтали и ждали Уэбба, Стюарту по крайней мере становилось ясно, что она интересует его сильнее, чем он её.

Уэбб вернулся с напитками и принялся жаловаться на то, каким скучным выдался день. Полная потеря времени. Если к полудню завтра, в субботу, лучше не станет, он, пожалуй, бросит это дело, помчится домой и ещё успеет на стадион «Ситизенс-банк-парк», на матч «Филлис» против «Доджерс». У него сезонный абонемент и всё такое. Спорт Рэй Клэр совсем не интересовал, и она, кажется, была рада просто сидеть, потягивать газировку и слушать нескончаемые речи Уэбба.

Особенной красавицей она не была, и прохожие никогда не замирали при её появлении, но чем больше Стюарт на неё смотрел, тем больше ему хотелось смотреть ещё. Миловидная, с короткими тёмными волосами, тёмными глазами и чудесной улыбкой, которую она редко показывала. Серьёзная, немногословная; казалось, она впитывала всё вокруг — не только разговор, но и оживление зала в вечерний час отдыха.

Рэй Клэр занимала Стюарта больше, чем «Филлис», и он расспросил её о работе и книгах, которые она выпускала. Когда она разговорилась, Уэбб ушёл за новой порцией пива, а Стюарт с удовольствием слушал рассказ об осеннем каталоге «Потомак паблишинг».

Они немного поговорили о книгах и о том, кто что любит читать. По работе ей приходилось читать довольно скучные истории старинных домов, но редактор отвечала за то, чтобы эти книги стали лучше. На чтение для удовольствия времени почти не оставалось, хотя исторические романы она любила. Стюарт предпочитал биографии и как раз заканчивал толстую книгу о Черчилле — своей любимой исторической фигуре. Она мечтала возглавить крупное издательство в Нью-Йорке; сам город вызывал у неё сомнения, но после пяти лет в Вашингтоне ей хотелось перемен. Стюарт не представлял себя прокурором до конца карьеры. Планировал отработать пять лет, получить побольше опыта в суде, а затем устроиться в большую фирму на доходную должность судебного юриста.

Уэбб вернулся с двумя кружками пива и ещё одной диетической газировкой, хотя Рэй Клэр едва пригубила первую. Он притащил и блюдо с орехами и оливками. Это навело всех на разговор об ужасном обеде — тощих сэндвичах из коробок, — а затем о том, где бы поужинать. Планов ни у кого из троих не было. Рэй Клэр жила одна в квартире в центре Вашингтона, в нескольких кварталах отсюда, и знала много хороших ресторанов. Общительный Уэбб любил собирать людей вместе и предложил поужинать втроём, разделив счёт поровну. Стюарту и Рэй Клэр ничего не оставалось, да и затея выглядела весёлой. Она выбрала известный ресторан с пастой и заказала столик на семь вечера.

Они приехали в ресторан на «Убере» и устроились на вечер. Уэбб изучил винную карту и передал остальным. Рэй Клэр призналась, что пьёт мало и почти не разбирается в винах. Стюарт пошутил, что он из Северной Каролины, где предпочитают пиво и бурбон. Уэбб заказал бароло, с которым, по его словам, был хорошо знаком.

Когда принесли салат, телефон у него в кармане завибрировал. Он нахмурился, выхватил его, пробормотал: «Чёрт», — и уставился на сообщение.

— Простите, ребята, это начальник. Нужно ответить.

— Конечно, — пожал плечами Стюарт. — Такое постоянно случается.

— Никаких проблем, — сказала Рэй Клэр.

Уэбб вскочил и вышел на тротуар. Через пять минут вернулся ещё более раздражённый. Не присаживаясь, сказал:

— На работе чрезвычайная ситуация, через полчаса нужно выйти на видеосвязь с начальником. Ноутбук в отеле. Ничего не поделаешь. Простите. Вино за мой счёт. Надеюсь, оно вкусное. Завтра расскажете.