Сначала беседа не особенно клеилась, главным образом потому, что двое из четверых играли роли. Нэш рассказывал о работе в Министерстве юстиции лишь в ответ на вопросы и сумел представить её ровно такой скучной, какой она и была. Он говорил как можно меньше и с удовольствием слушал женщин.

Дженн и Шэрон ничего не знали о настоящей работе Рэй Клэр. Она не раз объясняла Стюарту, что для семей сотрудников ЦРУ совершенно обычно оставаться в неведении. Когда они спросили о книгах, которые она издаёт, Рэй Клэр уверенно поддержала разговор. В конце концов, это были настоящие книги, которым предстояло оказаться у кого-нибудь на журнальном столике.

Дженн приближалась к шестидесяти и была весьма привлекательна — на взгляд Стюарта, красивее дочерей. К тому же она была общительной, в отличие от обеих тихих дочерей. Нэш предположил, что годы препирательств с мужем отточили её словесное мастерство. Он размышлял об этом, чтобы хоть как-то пережить ужин. Странно было смотреть на троих женщин и изображать интерес к их разговорам, зная, что менее чем через год они исчезнут из его жизни. Тем не менее они ему нравились. Все трое были приятны, хотя он понимал, что мать и сестра оценивают его. Он усмехнулся про себя: для семьи, в которую предстоит временно влиться, можно было выбрать и похуже.

Но мысль вернулась: Лишь бы я вообще был жив через год.

Женщины отказались от второго бокала вина. Нэш подумывал заказать третий мартини, но Рэй Клэр его предупреждала. Дамы ели словно птички, а он расправился со стейком из филейной части весом двенадцать унций.

Позднее Шэрон отметит его «отличную форму» и прекрасный костюм.

Сейчас у неё был перерыв между романами, и новых отношений на горизонте не было, но за ужином об этом не говорили. Дженн, напротив, меняла мужчин с такой скоростью, что дочери тревожились. Она выбрасывала их из жизни, как прошлогодние туфли, и любила шутить о расставаниях. Нынешний кавалер был семидесятипятилетним миллиардером, разбогатевшим на опилках и обожавшим рассказывать об этом. Его ужасные дети с большим подозрением следили за романом. За шоколадным муссом и кофе Дженн со смехом сказала:

— Наверное, в следующем месяце я его брошу.

Они вышли из ресторана и прошли два квартала до дорогого бара. По дороге влюблённые не забывали держаться за руки и немного обниматься — для правдоподобия. Мать и сестра заметили и подумали: Как мило. Одного долгого ужина вполне хватило для плана Рэй Клэр. В субботу Стюарт был не нужен и сказал, что собирается с друзьями на матч университетского футбола. Сочинять небылицы у него получалось всё лучше.

Женщины побывали в Смитсоновском институте и провели долгий день на ногах. Поздно поужинали в ресторане при отеле, где Шэрон и Дженн настойчиво расспрашивали Рэй Клэр об отношениях. Она призналась, что влюблена и дело становится серьёзным. Откуда им было знать, что всего через три недели они будут потрясены приглашением на декабрьскую свадьбу.

Когда она возвращалась в свою квартиру, ей было приятно снова остаться одной. И всё же настроение было подавленным. Она выбрала карьеру в разведке самого высокого уровня, мечтая проводить операции в малоизвестных местах, встречать необычных и опасных людей — и всё ради высокой цели защиты страны. Шэрон по-прежнему жила в Акроне, общалась со школьными и университетскими друзьями и надеялась встретить своего прекрасного принца. Карьера в финансах складывалась успешно, деньги она зарабатывала, но из родного города так и не уехала. Рэй Клэр всегда мечтала увидеть мир, возможно, потому, что детство провела прячась в своей спальне.

Срок её третьей кабинетной должности подходил к концу, и для карьеры наступал переломный момент. Разведка всегда была мужским миром, а женщин держали в кабинетах и лабораториях. Всё медленно менялось, но недостаточно быстро. У неё были короткие командировки за границу — хватило, чтобы разжечь аппетит и не дать мечтам умереть, — однако папки и бумажная работа опротивели. Она не собиралась проводить всю карьеру внутри укреплённого комплекса в Лэнгли или в вашингтонском офисном здании. И уж точно не собиралась домой.

В самолёте из Национального аэропорта Рейгана в Шарлотт они сидели рядом. На такси добрались до квартиры Стюарта на четвёртом этаже современного дома в центре города, затем пообедали в устричном баре.

Чтобы заманить родителей в город, Стюарт сказал им, что они должны познакомиться с одним особенным человеком. Его сестра Минди тратила добрую половину времени бодрствования на соцсети и быстро заметила новую девушку на фотографиях, которые он время от времени выкладывал. Стюарт не то чтобы приглашал её на ужин, но не удивился, когда она сама себя включила в число гостей.

Семья приехала из небольшого округа в часе езды к западу от Шарлотта. Деду Стюарта принадлежала половина округа, хотя земля никогда не приносила достаточно дохода для настоящего богатства. Как многие старые семьи, они владели обширной землёй, но денег у них было мало. Отец Стюарта заготавливал и продавал лес и управлял единственной в округе лесоторговой компанией. Мать когда-то преподавала математику в старшей школе, но рано вышла на пенсию по состоянию здоровья. Минди всё ещё жила дома. Старший брат в молодости пошёл вразнос и теперь обитал где-то в Орегоне. О нём почти не говорили. Маленький город был полон тёток, дядюшек и кузенов, и именно поэтому Стюарт не мог подвергнуть невесту их пристальному разглядыванию и любопытству. Рэй Клэр благоразумно не хотела иметь с этим местом ничего общего.

Прежде её ещё ни разу не представляли семье возможного жениха, и событие не вызывало энтузиазма. Но оно было частью операции, игры, проекта. Если она смогла выдержать два дня заточения почти без еды, то уж как-нибудь сыграет свою роль на двухчасовом ужине в хорошем ресторане. Стюарт выбрал превосходное место. «Анджелинс» был дорогим рестораном, столик в котором трудно забронировать. Он задействовал связи и раздобыл стол на пятерых. Ему хотелось произвести на семью впечатление новой престижной работой в Вашингтоне. За ужин он платил сам, хотя знал, что Рэй Клэр возместит расходы: у неё был доступ к одному из бесчисленных тайных фондов ЦРУ. Пока что за время своего короткого ухаживания они питались весьма недурно.

К счастью, Минди оказалась болтушкой и поддерживала разговор весь вечер. Она искренне радовалась, что старший брат кого-то нашёл, и сразу приняла новую девушку. Рэй Клэр никто не назвал бы компанейской, но ей удалось словно щёлкнуть выключателем и изобразить общительность. Минди постепенно выведывала подробности: происхождение, семья, колледж, работа. Миссис Нэш вступала в разговор, когда появлялась возможность, и расспрашивала о книгах издательства «Потомак паблишинг груп». Рэй Клэр едва ли не захлёбывалась от энтузиазма, описывая их. Под общим разговором мистер Нэш умудрялся вполголоса перекидываться со Стюартом замечаниями об университетском футболе. Он был преданным болельщиком Клемсона и до сих пор притворялся обиженным: сын выбрал другое место учёбы.

Несколько раз за ужином Стюарт улыбался про себя, представляя: А что, если бы они знали, что на самом деле она работает в ЦРУ?

И несколько раз Рэй Клэр напоминала себе: Приятные люди, но, к счастью, вместе нам осталось недолго.

К удивлению Стюарта, ужин не показался бесконечным. Еда была исключительной, и все её обсуждали. Благодаря Минди беседа ни разу не прервалась. На прощание они обнялись и пообещали вскоре увидеться снова.

В целом актёрская игра была безупречна.

Судя по всему, Набид и его банда были заняты чем-то в другом месте. Возможно, новым похищением? Или взрывом машины на переполненном рынке? Пол мог лишь надеяться, что бомба сработает, пока они ещё будут в автомобиле. Он вспоминал рассказы о заложниках, которые пережили тяжёлые, даже жестокие условия заключения, но годы спустя каким-то образом смогли оглянуться назад и почувствовать сочувствие к своим тюремщикам. Может, он тоже попробует. А может, и нет.