Эви, испытывая неловкость, невнятно поблагодарила его. Она только успела подумать, насколько подозрительной и беспокойной стала в последние дни, как герцог вновь приблизился.

Нагло ухмыляясь, он очень тихо пробормотал:

— Я бы очень хотел помочь вам сам: принести вечерний чай, распутать завязки корсета вашего платья, подготовить ванну, но всё же хочу, чтобы у вас был выбор.

Щёки Эвелин горели. Девушка думала, что она покраснела так, что это никак не скрыть от её дяди и внимательного взгляда миссис Рейнольдс. Но те двое лишь отдали багаж портье и направились к поезду.

Поездка тянулась мучительно долго. Эвелин сидела рядом с миссис Рейнольдс, а напротив неё сидел герцог. Он несколько раз отлучался из купе: принёс газеты, заказал чай с десертами.

— О, как замечательно, Ви. Твои любимые эклеры! Пожалуйста, порадуй старика, поешь! — воскликнул дядя, как только на их маленький столик поставили маленькие чашечки с чаем. Он уже давно был обеспокоен и худобой девушки, и её частыми пропусками завтраков и ужинов.

— Как замечательно, что вы заказали именно их. Эти пирожные очень любила моя сестра. Даже став взрослой, она всегда просила их на день рождения! — обратился к герцогу господин Крайслер.

Эвелин так и замерла, положив ладони рядом с блюдцем. Девушка внимательно смотрела на десерт. Она за многое винила себя: именно она была очарована не тем мужчиной, вопреки всему просила отца о совсем неподходящем браке, сама дала Дейтону надежду на то, что его план сработает. Сейчас ей очень сильно не хотелось есть этот десерт.

Первым грустный, поникший взгляд девушки заметил Александр. Его ранило то, как упорно она отдалялась и снова закрывалась от него, а ещё необходимость всё это время вести себя так, словно они чужие люди. И вот сейчас, когда он так ясно чувствовал её уязвимость, он протянул руку и накрыл её ладонь.

От господина Крайслера не укрылся ни этот взгляд, ни этот жест. Мужчина встал и протянул согнутую в локте руку в сторону бывшей управительницы тайного особняка:

— Пройдёмте, дорогая миссис Рейнольдс, закажем вафли. Такому старику, как я, не повредит минут десять размять ноги.

Как только за парой закрылась дверь, герцог тут же обхватил ладонь Эви двумя руками и притянул к своим губам, оставив на ней лёгкий поцелуй.

— Никогда не вините себя в том, чего вы не совершали. Запомните, Эвелин: даже если обстоятельства были такими, ответственность всегда лежит на том, кто совершил преступление.

Девушка кивнула, смахивая слезу рукой. Она смотрела ему в глаза и искренне улыбалась, благодаря за такую поддержку. Он снова был здесь ради неё.

— Знаете, я бы очень хотел вам сказать одну вещь. Вы такая же как и я, вы тоже любите решать за других людей.

Не выпуская её руки, он придвинулся всё ближе к ней, облокотившись на маленький кофейный столик, стоящий между ними. Эвелин лишь вздохнула. Она не могла и не хотела врать. Девушка давно поняла, что чувствует к нему.

— Я просто осознал, что вы лишили меня выбора. Именно вы, Эвелин. Вы решили, что мне не нужны такие сумасшедшие дочери или сыновья, как вы. Вы, наверное, подумали, что я не смогу передать никому титул. Так вот если у нас не будет детей, то у меня уже есть племянники, и они не так плохи, немного похожи на сестру, но у всех есть недостатки.

Его нелепые шутки заставляли её смеяться даже в такой ситуации.

— Знаете, что на самом деле расстроило меня? — тихо прошептал он. Так тихо, что Эви пришлось наклониться вперёд, ближе к его лицу.

— Я тут вспомнил ваше признание…

Девушка с недоверием посмотрела на него.

— Понял, что у наших детей точно не будет одной важной черты.

О чём именно он говорит? — не понимала она.

— Этих ярких рыжих волос. Эвелин, так какой у вас натуральный цвет волос?

Прежде чем Эви успела возразить или возмутиться, в коридоре поезда раздались шаги. Стоит отдать должное: дядя громко разговаривал, миссис Рейнольдс смеялась ему в тон. Через секунду дверь купе отворилась. Эвелин сидела, облокотившись на спинку своего кресла, и смотрела вдаль. Герцог молча смотрел на неё.

Ближе к четырём, идеальному для вечернего отдыха времени, Эвелин стояла у порога маленького особняка. Девушка смотрела на здание, не в силах сделать шаг. Та же аккуратная кирпичная кладка, небольшой цветник у крыльца, резная ковка калитки. Всё осталось прежним. Дом всё это время пустовал. Странно, что Дейтон его не сдал.

У ворот дежурил полицейский, который поднял свой цилиндр, когда увидел герцога, и указал им на главный вход.

Эвелин с большим трудом отговорила дядю идти с ней. Она не любила показывать слабость другим людям, даже близким. Но присутствие герцога здесь, рядом с ней, придавало ей сил. Его тёплая ладонь, всё так же лежащая на её пояснице, успокаивала её.

— Детектив уже там, — герцог показал на тень в одном из окон.

Эвелин, разгладив юбки платья, словно она собиралась не в свой старый особняк, а на приём к самой королеве, выпрямила спину и гордо шагнула вперёд.

Она открыла дверь: маленькая прихожая, деревянная вешалка для плащей, подставка для зонтика, большое зеркало в резной раме — всё на своих местах.

Эвелин шагнула внутрь. Ничего не произошло: всё было как прежде. Девушка снова сделала шаг.

— Абберлайн? — позвал Александр.

Никто не ответил. Эви сделала ещё один шаг. И всё повторилось вновь. До неё донёсся неприятный звук, как будто по паркету катили большую вазу, свет начал мигать. Эвелин, едва сдерживая слёзы, шагнула назад.

Она снова видит это! Неужели призрак до сих пор здесь?

Эвелин решила бежать: она ни за что не окажется в этом доме ещё раз. Озираясь по сторонам, девушка пятилась назад, не в силах оторвать взгляд от портретов на стене, бумажных обоев, украшенных нарисованными веточками с цветами. Всё оживало в её воображении, приобретало ужасающий вид.

Эвелин больше не могла этого выносить. Только она обернулась назад, как тут же оказалась в крепких мужских объятиях.

— Не может быть. Вы не понимаете!

Эви вцепилась в рукав Александра.

— Эви, всё в порядке…

Свет в газовой лампе снова дрогнул. Герцог, не выпуская Эвелин из объятий, сделал шаг вперёд, утягивая её внутрь комнаты. Ещё один шаг. И вновь этот ужасный гудящий звук. Девушка попыталась его остановить, она качала головой, сомневаясь в услышанном.

— Вы не понимаете, это снова происходит.

Не в силах выносить этот давящий звук и мигающий свет, Эвелин уткнулась лицом в его рубашку. Слёзы текли по её щекам. Но Александр не выглядел испуганным. Он внимательно оглядывался по сторонам, пытаясь понять источник звука.

— Эвелин, в этой комнате мигает свет, а стоило нам шагнуть внутрь, как раздался странный звук. Я вижу то же самое, что и вы!

Девушка, не веря, посмотрела ему в глаза.

— Как так?

Вновь мигнул свет. Герцог улыбнулся и посмотрел на газовую лампу.

— Детектив Абберлайн! — позвал Александр.

Они так и стояли посреди прихожей: Эвелин прижималась к нему, а Александр заботливо гладил её по спине, когда в комнату влетел детектив. Ни его присутствие, ни внимательный взгляд не смогли заставить их оторваться друг от друга.

— Не наступайте на вот ту паркетную секцию, — детектив указал на пол, — Под доской скрыт рычаг. Он одновременно изменяет подачу газа и приводит в движение вот этот кожаный шар. Тот трётся о камень — отсюда и звук.

Детектив наступил на пол, вновь запуская механизм.

— Я подумал, что вам будет интересно узнать то, что скрыто в вашем доме, мисс.

Детектив прошёл внутрь, увлекая Эвелин и герцога за собой.

— Некоторые стены толще обычного, между ними скрыт тайный ход. Например, за вот этой стеной можно двигать этот портрет.

Детектив указал на портрет актрисы, висящий на стене.

— И в скольких комнатах есть такие стены? — тихо прошептала Эвелин, с трудом осознавая, что происходит.

— Один скрытый проход для прислуги, несколько тайных дверей. Господин Дейтон отрицает сговор с Глорией, хотя факт их знакомства и их совместной работы мы уже установили. А когда мы обнаружили все эти приспособления, он заявил, что это были безобидные розыгрыши.