Девушка прекрасно понимала, что такой район как Сохо относительно безопасен. Никто не удивится, увидев среди его жителей актрису. Более того, никого не смутит и навещающий её состоятельный джентльмен.

Каково же было её удивление, когда в окне экипажа промелькнула совсем другая застройка. А её нога ступила на мягкий гравий дорожки у недавно построенного особняка в Южном Кенсингтоне. Месте, где совсем недавно вырос академический квартал, раскинулись парки и которое так удачно граничило с богатейшими районами города, где проживал и сам Александр Блейкстоун.

Небольшой по сравнению с резиденцией герцога дом, но всё же значительно больше особняка леди Торпенгейм, располагался в глубине сада. С улицы, сквозь забор и деревья, было практически невозможно разглядеть не только обитателей этого дома, но даже сам фасад здания.

Эви посмотрела на кучера, который учтиво ждал, пока девушка отойдёт в сторону на безопасное от кареты расстояние. Девушка перевела взгляд на надёжную дубовую дверь, забор, наполовину выполненный из каменной кладки, а наполовину из железных прутьев, а затем снова посмотрела на безмятежное лицо кучера.

— Простите, вы ведь не собираетесь возвращаться в особняк герцога?

Кучер выразительно посмотрел на девушку, явно не собираясь отвечать на этот вопрос.

— Простите, вам дали распоряжения насчёт меня? — настойчиво уточнила Эвелин. — Вы отвезёте меня обратно?

— Разумеется, мисс Харлоу. Его светлость велел оставаться здесь, в конюшне, и ждать столько, сколько потребуется. Я в вашем распоряжении.

Эвелин словно нуждалась в доказательствах или хотя бы в минутной паузе, остановилась посреди двора и внимательно проследила за тем, как карета скрылась под навесом.

Разгладив юбку пальцами, девушка вновь посмотрела на массивную резную дверь.

Когда во двор въехала карета, навстречу не вышли слуги. Никто не открыл дверь, и даже свет в прихожей не загорелся. Эви осмотрела окна дома. Лишь в одной комнате, выходящей на главную улицу, горел свет. Эвелин подошла к двери, взялась за дверной молоточек и неуверенно постучала несколько раз.

Никто не открывал. Девушка невольно наклонилась к двери, прислушиваясь к звукам дома, и снова постучала. На этот раз раздался едва уловимый шум шагов. Эви выпрямилась как раз вовремя.

Дверь тут же открылась. И перед ней предстала женщина в платье из тёмной шерсти, с белым накрахмаленным фартуком и чепцом ему в тон, с тёмной шалью на плечах и небольшой связкой ключей на поясе. Она удивленно посмотрела на Эвелин и тут же, словно опомнившись, отступила в сторону, пропуская актрису в дом.

— Его светлость занят, мисс Харлоу. А я старшая экономка. Пока в этом доме нет дворецкого, я буду выполнять и его обязанности. Меня зовут миссис Рейнолдс. Миссис Бейкер готовит ужин. Подождите здесь, а я сию секунду уведомлю герцога Ашмора о вашем визите.

Более чопорную и правильную экономку Эви не могла себе представить.

Может, намекнуть Александру, что это крайне странный выбор прислуги для дома любовницы?

Эвелин не хотела и не видела необходимости демонстрировать свой авторитет или важность в глазах экономки. Поэтому покорно осталась ждать в прихожей, разглядывая редкие предметы интерьера.

Через несколько минут экономка вернулась.

— Пройдёмте со мной. Герцог Ашмор вас примет.

Эвелин с каждой секундой всё труднее было сдерживать улыбку, но она лишь кивнула и последовала за миссис Рейнольдс. Они прошли по коридору первого этажа, миновали гостиную и остановились у закрытых дверей.

Экономка мимолётно осмотрела актрису, вложив в свой взгляд всё допустимое неодобрение, которое воспитание и этикет позволяли ей при данных обстоятельствах, постучала в дверь кабинета и тут же отворила её.

Александр держал в руках письмо, но как только дверь открылась, встал из-за стола и направился навстречу девушке.

— Спасибо, миссис Рейнольдс. Когда будет готов ужин, пригласите нас к столу.

— Да, хозяин.

Экономка практически бесшумно исчезла, закрыв за собой дверь.

Александр подошел к Эви, внимательно разглядывая её наряд. Волосы собраны в простую причёску, платье без лишних деталей, отсутствие украшений и лёгкий, едва заметный оттенок румян на щеках. Хоть девушка и нарядилась слишком просто, Александру на удивление это понравилось, ведь именно в таком виде она казалась ему хрупкой и по-домашнему уютной леди.

— Вам налить что-нибудь выпить? Или дождёмся ужина?

— Ужин — отличная мысль.

Неловкость завладела комнатой.

Александр понял, что впервые в жизни не знает, как начать беседу.

Он не мог говорить с ней о своих вкусах и пожеланиях — каким бы он тогда предстал в глазах невинной девушки? Ещё не время. Начать неловкий разговор о погоде? Так на дворе почти ночь. Делать вид, что они находятся в светском обществе, и обсуждать искусство? Что за бред?

Они так и стояли у двери. Эви чувствовала, как герцог пристально смотрит на неё. Она была уверена: от его взгляда не укрылась ни одна деталь её наряда. Девушка видела, с каким явным удовольствием собственника он рассматривает её фигуру и лицо.

— Интересный выбор работников...

— Ах это, — рассмеялся он. — Миссис Рейнольдс служит моей семье столько лет, сколько я себя помню...

Эви удивлённо посмотрела на герцога. А тот, не растерявшись, жестом предложил ей присесть. И словно отвечая на её немой вопрос, пояснил:

— И как, по-вашему, я мог успеть так быстро найти новых надёжных слуг?

— Вы правда сняли этот дом четыре дня назад?

— Три.

— Но как...

— Как и обещал вам. Я выбрал дом для вас.

Эвелин не была наивной и всерьёз полагала, что, если герцог так быстро пригласил её сюда, скорее всего, контракт был подписан уже давно. Возможно, герцог снял дом, и тот пустовал. А может, в нём кто-то жил до неё. И она вовсе не собиралась обижаться. Как любая актриса, она знала мужчин.

Но в то, что он снял дом специально для неё и сумел сделать это за такой срок, верилось с трудом.

— Вы уже успели обустроить здесь кабинет?

— Эта комната больше напоминает библиотеку. Из моего здесь только письма и отчётный журнал с фабрики.

Эви под пристальным взглядом мужчины осмотрела несколько пустых стеллажей, книжный шкаф, стол, на котором находилась одинокая чернильница, несколько стальных перьев и небольшая стопка писем.

— Я думал, что успею быстро ответить подрядчику.

— Ответили?

— Нет.

Он смотрел ей в глаза и так хитро улыбался, что с каждой секундой разговора Эвелин чувствовала себя всё более уязвимой. Девушка думала, что ничего не может быть более неловким, чем находиться в его семейном доме рядом с вдовствующей герцогиней, его сестрой и полным штатом слуг. Она ошибалась. Как только они остались одни в практически пустом доме, Эви растерялась и не знала, как себя вести.

— Если хотите, вы можете закончить работу. Я с радостью почитаю книгу.

Она прошла вглубь комнаты и осмотрела огромный шкаф за его спиной. Девушка внимательно изучала корешки книг, выискивая то, что уже читала ни раз.

— Не берите эту, там печальный конец, — вскользь бросил герцог, возвращаясь за стол.

Эви прислушалась к совету и взяла небольшой приключенческий роман, после чего устроилась в маленьком кресле. Перо тихо царапало бумагу, а напряжение пропитывало воздух кабинета. Мысли герцога всё чаще возвращались к девушке, а Эвелин и вовсе не видела перед собой текста.

Потом экономка пригласила их к столу, сопроводила в столовую и тут же удалилась в своё крыло. Они остались одни. Эвелин разрезала рыбу на мелкие кусочки, вздрагивая от каждого неловкого скрипа столового прибора о фарфор. С каждой минутой ожидания, неловкости и томления Эви всё сильнее сомневалась в правильности своих решений.

А он, напротив, расспрашивал её о прошедшем дне: как прошла репетиция в театре, чем были заняты Натан и София.

В какой-то момент, немного расслабившись от вина и непринуждённой беседы, Эви замолчала и внимательно посмотрела на него. Чёрные волосы непослушно упали на лоб. Падающие тени лишь подчёркивали острые, резкие черты лица, хитрую улыбку, расчётливый и цепкий взгляд.