Ну конечно.

Даже в такой момент он умудряется быть мужчиной, от которого мне одновременно спокойно и смешно.

— Господи, — выдохнула я. — Нам же через несколько дней свадьба.

— Значит, будет весело.

— Демид!

— Что? Ты же любишь, когда не скучно.

Я уткнулась лбом ему в плечо.

— Я тебя сейчас ударю.

— Только аккуратно. Я теперь отец.

Вот на этом месте я уже рыдала и смеялась одновременно, как совершенно счастливая ненормальная женщина.

И поняла простую вещь:

моя жизнь только что снова перевернулась.

Но впервые в жизни я не чувствовала, что падаю.

Я чувствовала, что меня ловят.

---

Глава 90. Демид

Глава 90. Демид

Я, наверное, мог бы сказать, что в тот момент думал очень рационально.

Что сразу начал просчитывать сроки, врачей, самочувствие Вари, переносы, как организовать свадьбу так, чтобы ей было легче, какие анализы, какие риски, что делать первым.

Это всё действительно пришло.

Через минуту.

Через две.

Но в самую первую секунду у меня внутри было только одно:

оглушающее,

яркое,

совершенно мальчишеское счастье.

У нас будет ребёнок.

Мой.

Её.

Наш.

И, господи, если бы мне кто-то полгода назад сказал, что две полоски на тесте способны сделать меня настолько счастливым, я бы, пожалуй, посмотрел на этого человека с профессиональной жалостью.

А сейчас стоял посреди собственной спальни, держал Варю в руках, смотрел на её слёзы и понимал:

вот.

Вот оно.

То, чего я, оказывается, ждал всю жизнь, даже когда сам уже устал в этом признаваться.

Но счастье быстро учит мужчину дисциплине.

Особенно если счастье стоит напротив тебя бледное, растроганное, ранимое и с абсолютно новым уровнем ответственности под сердцем.

— Так, — сказал я, включая в себе человека, который умеет не только любить, но и организовывать мир под важное. — Сейчас мы звоним врачу.

Варя моргнула.

— Уже?

— Конечно.

— А если...

— Никаких “если”. Нам надо всё подтвердить.

Она уставилась на меня.

Потом вдруг хмыкнула.

— Ты прямо сразу стал отцом в режиме управления.

— Я давно готовился внутренне.

— По тебе видно. Ещё немного, и ты выдашь мне памятку “как носить Воскресенского младшего”.

— Или младшую, — поправил я.

Она снова посмотрела на тест.

Потом на меня.

И в глазах у неё вспыхнуло что-то невероятно тёплое.

— Ты рад, да?

Вот ведь.

Как будто это не очевидно.

Но я понимал, о чём она спрашивает на самом деле.

Не “ты счастлив”.

А “ты не жалеешь, не пугаешься, не считаешь это не вовремя?”.

Я подошёл ближе.

Взял её лицо в ладони.

— Варя, я так рад, что у меня сейчас, кажется, все внутренние органы поют, — сказал тихо. — И если ты ещё раз посмотришь на меня так, будто боишься обратного, я обижусь как мужчина и будущий отец.

Она шмыгнула носом.

Улыбнулась.

Господи, какая же она у меня.

— Ладно, — выдохнула. — Звони.

Я записал нас к врачу уже на этот же день.

Разумеется.

Какая ещё могла быть реакция у мужчины, который привык решать всё быстро, если речь идёт о главном.

По дороге в клинику Варя держалась храбро.

То есть внешне.

Внутренне же её трясло так, что я чувствовал это даже по тому, как она сжимала мою ладонь.

— Больно? — спросил я.

— Нет.

— Страшно?

Она кивнула.

— Очень.

— Мне тоже.

Она повернулась ко мне так резко, будто я признался в чём-то неожиданном.

— Тебе?

— Конечно. Думаешь, только у женщин есть право бояться, когда им приносят счастье размером со вселенную?

У неё дрогнули губы.

Потом она тихо засмеялась.

— Это очень странная метафора для врача-ожидания.

— Но точная.

В клинике я, кажется, нервировал персонал больше, чем сама Варя.

Потому что задавал вопросы.

Много.

Сразу.

И смотрел на всех так, будто от их интонации сейчас зависит судьба мира.

Варя потом шепнула мне в коридоре:

— Ты сейчас похож на мужа из анекдотов, который готов рожать сам, лишь бы мне было легче.

Я посмотрел на неё.

— Если бы мог — сделал бы.

И вот после этой фразы она уже не смеялась.

Только смотрела как-то очень глубоко.

УЗИ делали недолго.

Но мне эти минуты показались отдельной жизнью.

Я сидел рядом.

Держал Варю за руку.

Смотрел то на неё, то на врача, то на экран, где пока ещё почти ничего не понимал, кроме того, что там — наше.

— Беременность есть, — сказала врач спокойно.

У меня внутри всё остановилось.

А потом рвануло заново.

Варя резко повернула ко мне голову.

Глаза огромные.

Счастливые.

Напуганные.

Я сжал её руку крепче.

— Срок маленький, всё соответствует, — продолжала врач. — Пока плодное яйцо одно.

Одна фраза ударила меня сразу в два места.

Первое:

всё хорошо.

Второе:

одно.

Господи, я и правда уже морально готовился к двойне.

Варя, по-моему, уловила это по моему лицу мгновенно.

— Что? — шепнула она, когда врач отвлеклась. — Ты сейчас чуть-чуть расстроился, что там не сразу футбольная команда?

Я едва не рассмеялся в голос прямо в кабинете.

— Нет, — шепнул в ответ. — Я просто понял, что один ребёнок — это тоже уже очень серьёзно для моей психики.

Врач закончила осмотр, всё объяснила, выдала рекомендации и отпустила нас с явным ощущением, что наблюдала пару людей, которым надо бы или поесть, или поплакать, или оба варианта сразу.

Когда мы вышли из кабинета, Варя остановилась посреди коридора.

Посмотрела на меня.

И вдруг сказала:

— Всё. Теперь точно.

Я обнял её.

Прямо там.

Не думая о людях.

— Да, — ответил я. — Теперь точно.

И в этот момент понял:

свадьба через несколько дней уже перестала быть только свадьбой.

Она стала началом нашей семьи сразу в полном составе.

Пусть пока самый маленький её участник только начал расти.

Но он уже с нами.

---

Глава 91. Варя

Глава 91. Варя

После врача мир почему-то стал выглядеть иначе.

Не ярче даже.

Глубже.

Как будто всё вокруг внезапно обрело второй слой смысла.

Кольцо на пальце — уже не просто помолвка.

Свадьба — уже не просто праздник.

Дом — уже не просто наш.

Я — уже не просто женщина.

А место, в котором начинается жизнь.

Господи.

Вот это меня и шокировало сильнее всего.

Я ехала домой рядом с Демидом, слушала, как он вполголоса и очень серьёзно обсуждает по телефону перенос каких-то рабочих встреч “в связи с семейными обстоятельствами”, и думала только об одном:

семейные обстоятельства — это я. И наш ребёнок.

У меня аж мурашки шли от собственной же реальности.

Когда он отключился, я посмотрела на него.

— Ты что, правда всё переносишь?

— Конечно.

— Зачем?

— Потому что у меня беременная невеста.

Я закрыла лицо ладонью.

— Не говори так слишком часто, а то я перестану функционировать.

— Поздно. Я уже начал.

— Я серьёзно.

Он усмехнулся.

Взял мою руку.

Поднёс к губам.

— Варя, мне сейчас хочется орать от счастья на весь город. Так что давай ты не будешь ждать от меня скромности.

Я фыркнула.

Потом вздохнула.

Потом снова посмотрела в окно, а ладонь сама легла на живот.

Пока ещё ничего не чувствовалось.

Ни тяжести.

Ни движения.

Ни даже толком осознания.

Но врач сказала:

беременность есть.

И теперь всё внутри отзывалось на это знание так, будто во мне включили новый центр гравитации.

Дома нас ждал хаос.

Потому что, конечно же, первым делом надо было сказать маме.