Просто так.

От того, что рядом в ванной шумит вода — он умывается.

От того, что на тумбочке уже лежит моя книга.

От того, что утром я проснусь здесь.

С ним.

И это не “случайно осталась”.

Это “я переехала”.

Господи.

Я села на пуф и уставилась в одну точку.

Ну всё.

Теперь я уже не влипла.

Теперь я, видимо, официально счастлива.

А это, как известно, ещё опаснее.

Когда Демид вошёл в спальню, я всё ещё сидела посреди своих мыслей.

Он остановился в дверях.

Окинул взглядом развешанные вещи, сумки у стены, мою косметичку на комоде и меня — немного растерянную, но довольную.

— Что? — спросила я.

— Ничего.

— Врёте.

— Любуюсь.

— Опять?

— Теперь особенно.

Он подошёл ближе.

Сел рядом на корточки, так чтобы быть со мной на одном уровне.

Господи, до чего же это был мужской, надёжный, опасно нежный жест.

— Испугалась? — спросил он.

Я покачала головой.

— Уже нет.

— А что тогда?

Я подумала.

Потом ответила честно:

— Удивилась.

— Чему?

— Что мне здесь так хорошо.

У него дрогнули уголки губ.

— Мне тоже.

— Нет, вам-то не удивительно. Это ваш дом.

Он взял мои руки в свои.

Тёплые пальцы. Крепкие. Спокойные.

Как и он сам.

— Ошибаешься, — сказал тихо. — Это мой дом только по стенам. А по ощущению он стал живым, когда в нём появилась ты.

Ну вот и попробуй после такого не влюбляться ещё глубже, если ты и так уже тонешь.

— Перестаньте, — попросила я тихо.

— Почему?

— Потому что я и так на пределе своей счастливости. Если вы будете продолжать, меня разорвёт.

Он рассмеялся.

Притянул меня к себе.

Посадил к себе на колени так легко, будто я и правда ничего не весила, кроме эмоций.

— Я переживу, — сказал он в мои волосы.

— А я нет.

— Врёшь.

— Нисколько.

Я обняла его за шею и вдруг очень ясно почувствовала: вот так и выглядит покой, которого я всегда искала. Не тишина. Не отсутствие эмоций. А покой рядом с мужчиной, от которого эмоций наоборот слишком много — но они не разрушают, а собирают тебя.

— Демид?

— М?

— А можно я задам дурацкий вопрос?

— Конечно.

— Вы когда-нибудь думали, что всё так быстро пойдёт?

Он чуть отстранился, посмотрел мне в глаза.

— С тобой — да.

Я моргнула.

— Серьёзно?

— Да. С самого начала чувствовал, что это не будет история, которую можно дозировать безопасно.

Я фыркнула.

— Звучит как диагноз.

— Так и есть.

— И вам не страшно?

Он провёл костяшками пальцев по моей щеке.

— Страшно только одно.

— Что?

— Потерять время, которое мог бы прожить с тобой.

И всё.

Дальше я уже не могла.

Просто поцеловала его сама.

Потому что если мужчина говорит тебе такие вещи в вашей уже общей спальне, сидя с тобой на руках, — разговоры временно надо прекращать.

Очень временно.

---

Глава 60. Демид

Глава 60. Демид

Переезд Вари в мой дом был похож не на вторжение, а на возвращение чего-то давно нужного.

Я видел её вещи.

Слышал её шаги в коридоре.

Чувствовал её запах на подушке.

И внутри было не “непривычно”, а “наконец”.

Очень опасное слово для мужчины, который до неё много лет жил в режиме полного контроля.

Но именно так и было.

Когда она уснула, устроившись рядом, я ещё долго лежал на спине и смотрел в потолок.

Нет, между нами не случилось ничего, чего она не хотела бы или к чему была не готова. Я слишком ценил её доверие, чтобы спешить там, где ей важен свой ритм.

Но сама её голова у меня на плече, её ладонь на моей груди, её дыхание в темноте — это уже было интимнее многих прежних близостей в моей жизни.

Потому что настоящее.

Глубокое.

Не телом только.

Судьба, однако, видимо, решила, что если людям слишком хорошо, надо срочно проверить их на прочность.

Утром, едва я вышел из душа, зазвонил телефон.

Лев Борисович.

В семь сорок пять.

Хорошие новости в такое время не приходят.

— Да.

— У нас проблема, — сказал он без предисловий. — В сеть слили фото.

Я замер.

— Какие фото?

— Ты. Варвара. Набережная. Возле офиса. И, кажется, ваш поцелуй у машины тоже попал. Уже ходит по анонимным телеграм-каналам как “роман босса с подчинённой”.

Тишина внутри у меня была секунду.

Потом пришёл холод.

Злой.

Точный.

— Откуда?

— Пока не выяснили. Но фото не изнутри объекта, скорее с улицы и, возможно, кто-то из своих добросил подробности.

Я медленно вдохнул.

Посмотрел в сторону спальни, где ещё спала Варя.

Нет.

Только не это.

Не после вчерашнего.

Не когда она только-только начала дышать рядом со мной спокойно.

— Удаляйте, где можно. Юристов подключить. И найди мне источник.

— Уже.

Я сбросил вызов и какое-то время просто стоял, чувствуя, как внутри поднимается ярость. Не из-за себя. На себя мне было плевать. Пусть пишут, что хотят.

На неё.

Потому что сейчас этой грязью ударят по ней.

По её имени.

По её репутации.

По тому хрупкому спокойствию, которого она только начала касаться.

Я вернулся в спальню.

Варя уже проснулась.

Лежала, щурясь на свет, растрёпанная, тёплая, сонная до невозможности.

— Доброе утро, — пробормотала она.

И у меня сердце сжалось от того, что сейчас я вынужден буду принести в это утро чужую мерзость.

Я сел на край кровати.

Она сразу насторожилась.

— Что случилось?

Вот за это я и любил её. Не за красоту даже. А за то, что чувствует моментально, когда в воздухе меняется температура.

— Есть проблема, — сказал я.

Сон с неё слетел сразу.

Она села.

Подтянула одеяло к груди.

— Какая?

Я провёл ладонью по волосам.

— Наши фото слили в сеть. Пишут про роман босса и подчинённой.

Пару секунд она просто смотрела на меня.

Потом медленно моргнула.

Ещё раз.

И я уже видел, как в ней поднимается волна: шок, злость, унижение, страх.

Чёрт.

Я придвинулся ближе.

— Варя...

— Кто? — спросила она очень тихо.

— Пока не знаю.

— Это уже кто-то видел?

— Да.

Она отвернулась.

И в эту секунду я понял: всё. Сейчас главное не дать ей снова уйти в свою старую броню “я сама, мне не больно, всё переживу”.

Я взял её за плечи.

Осторожно.

Но крепко.

— Посмотри на меня.

Она не хотела.

Видно было.

Но всё-таки посмотрела.

— Ты не одна в этом, — сказал я. — Я это закрою.

У неё дрогнули губы.

— А если не закроете? — спросила она шёпотом. — Если теперь все будут думать, что я...

Не договорила.

Не смогла.

И вот за это мне захотелось кого-то уничтожить не фигурально.

— Мне плевать, что подумают “все”, — сказал я жёстче, чем собирался. Потом смягчил голос. — Мне не плевать только на то, чтобы ты знала правду: ты моя любимая женщина. Не чья-то интрига. Не история “начальник и подчинённая”. И если потребуется, я скажу это вслух кому угодно.

Варя смотрела на меня, и я видел, как слёзы уже близко. Не от слабости. От несправедливости.

От того, что счастье опять кто-то пытается испачкать.

Я притянул её к себе.

И в этот момент уже знал: если понадобится — я сделаю следующий шаг немедленно.

Не из паники.

Не чтобы “прикрыть” ситуацию.

А потому что эта женщина и так уже моя семья, а мир, кажется, слишком туп, чтобы понимать тонкие формулировки без кольца на её пальце.

Глава 61. Варя

Глава 61. Варя

Есть новости, после которых женщина либо начинает плакать, либо злиться, либо сразу хочет сменить фамилию, город и, желательно, эпоху.