— Не врите.

— Любуюсь.

— Вы всё время этим занимаетесь.

— У меня красивая невеста. Чем ещё мне заниматься?

Она закатила глаза, но улыбнулась.

Потом выключила воду, вытерла руки и подошла ближе.

— Знаешь, что меня пугает? — спросила тихо.

— Что?

— Что я уже не могу представить, как жила без тебя.

Вот так.

Просто.

Без пафоса.

И от этого во мне снова всё тихо перевернулось.

Я обнял её.

Медленно.

Прижал к себе.

— Привыкай, — сказал в волосы. — Я теперь надолго.

Она тихо рассмеялась мне в грудь.

Потом подняла голову.

И я увидел в её глазах то самое выражение, от которого мужчина или идёт за кольцом, или за детьми, или сразу за всем.

— Мне так хорошо, что даже страшно, — призналась она.

— Это уже твоя любимая фраза.

— Потому что это правда.

Я провёл пальцем по её нижней губе.

— А мне впервые за много лет не страшно вообще.

Варя моргнула.

— Совсем?

— Совсем. Даже если всё будет сложно. Даже если мы будем ругаться, мириться, притира́ться и спорить из-за кружек. Всё равно не страшно. Потому что это с тобой.

У неё снова задрожали ресницы.

Опасная женщина. Каждой такой реакцией пробивала во мне что-то всё глубже и глубже.

— Я тебя очень люблю, — сказала она шёпотом.

— Я тебя тоже.

— Очень?

— До неприличия.

Она фыркнула.

Слава богу.

Пока шутим — не утонули в эмоциональном сиропе насмерть.

Но потом вдруг стала серьёзной.

— Демид?

— М?

— А если у нас дети будут такие же упрямые, как мы?

Я усмехнулся.

— Тогда начнём тренироваться заранее.

— На ком?

— На себе.

Она рассмеялась.

Но я заметил, как после шутки её взгляд на секунду задержался где-то внутри себя. Там, где уже жила эта мысль. Не сегодняшняя. Не случайная.

О наших детях.

Не “когда-нибудь вообще”.

А когда-нибудь у нас.

И, пожалуй, это было самое сильное ощущение за весь день после её “да”.

Потому что любовь — это прекрасно.

Но момент, когда женщина уже мысленно впускает в вас общее будущее с детьми, — это совсем другой уровень близости.

Гораздо глубже.

Гораздо тише.

И гораздо страшнее красивого поцелуя.

Я поцеловал её в лоб.

Потом в висок.

Потом притянул к себе совсем близко.

— Будут, — сказал тихо. — Если ты захочешь, у нас будет всё. И шум. И дети. И бардак. И жизнь, от которой ты когда-то боялась ждать слишком многого.

Она смотрела на меня и молчала.

Потом улыбнулась той самой мягкой, полной улыбкой женщины, которая уже перестала отмерять счастье по чайной ложке.

— Тогда ладно, — шепнула она. — Я согласна даже на бардак.

И в этот момент я понял: да. Это и есть то самое настоящее, о котором я когда-то мечтал, но почти перестал верить.

Глава 73. Варя

Глава 73. Варя

Если женщина говорит: “Я хочу небольшую, уютную свадьбу”, это не значит, что вселенная её услышит.

Это значит, что вселенная усмехнётся и отправит к ней:

1. маму,

2. Ингу,

3. Жанну,

4. триста сорок семь ненужных мнений,

5. и каталог платьев, от которого даже у психически устойчивого человека начнётся дрожь.

Я сидела за кухонным столом с ноутбуком, образцами тканей, списком гостей и лицом человека, который уже на этапе шрифта готов отменить брак и уйти жить в лес.

— Не понимаю, почему мы просто не можем расписаться и потом поесть, — буркнула я.

— Потому что это скучно, — жизнерадостно ответила Инга, перелистывая подборку площадок так, будто лично организовывала коронацию.

— Нет, это разумно.

— Варя, — возразила мама, — женщина выходит замуж один раз.

Я подняла глаза.

— А если нет?

— Тогда в следующий раз будешь умнее. Но сейчас у нас первый, значит, надо красиво.

Жанна тем временем уже что-то яростно печатала в телефоне.

— Что ты делаешь? — насторожилась я.

— Ищу пример букета, — не отрываясь, ответила она.

— Зачем?

— Ну ты же не пойдёшь к алтарю с авоськой.

Я закрыла лицо ладонями.

Господи.

Да за что мне это всё?

Нет, я любила их всех. Правда любила.

Но когда три женщины одновременно начинают планировать твою свадьбу, а ты в этот момент пытаешься решить, хочешь ли вообще платье без корсета, — внутренняя стабильность очень быстро уходит в запой.

— Мне нужен Демид, — простонала я.

— Не нужен, — хором ответили все трое.

Я убрала руки от лица.

— Это что сейчас было?

— Заговор, — честно призналась Инга. — Мужчины в вопросах свадьбы либо мешают, либо всё портят своей логикой.

— А если логика у меня? — возмутилась я.

— Тогда ты исключение, — махнула рукой Жанна. — Но мы тебя тоже временно не слушаем.

Вот так.

Меня на моей же свадьбе объявили декоративным элементом.

Прекрасно.

Я уже собиралась встать, уйти и сделать вид, что меня вообще в этом доме нет, как в кухню вошёл Демид.

Оценил взглядом картину:

три женщины,

разложенные ткани,

ноутбук,

мама с глазами полководца,

Инга с жаждой великолепия,

Жанна с букетами,

и я посреди всего этого, морально очень близкая к побегу.

— Мне вызвать спасателей? — спросил он спокойно.

— Да, — сказала я мгновенно. — Срочно. И желательно вертолёт.

Демид подошёл ко мне сзади, положил ладони на плечи и чуть сжал.

И вот от этого простого жеста мне стало легче почти неприлично быстро.

— Что случилось? — спросил он.

— Меня хотят выдать замуж организованной группой лиц.

Инга хмыкнула.

— Драма преувеличена.

— Нет! — возмутилась я. — Меня уже пытаются завернуть в кружево против воли!

Демид наклонился и шепнул мне на ухо:

— Хочешь, я тебя украду и мы распишемся в тайне?

Я замерла.

Потом медленно повернула голову.

— Ты сейчас серьёзно?

— Абсолютно.

Мама тут же вскинулась.

— Даже не думайте!

Инга ахнула.

Жанна сказала “о-о-о”.

А я... я вдруг так отчётливо поняла, что если бы он правда сейчас взял меня за руку и увёз, я бы поехала не задумываясь.

И от этого осознания мне самой стало страшно и смешно одновременно.

— Нет, — сказала я, вздохнув. — Не надо. Я хочу красиво. Просто не хочу умереть на этапе салфеток.

— Тогда салфетки отменяем, — спокойно заявил Демид.

— Как это отменяем? — возмутилась мама.

— А так. Варя выходит замуж за меня, а не за текстильную индустрию.

Господи.

Ну почему он опять так идеально появляется ровно в тот момент, когда мне уже хочется лечь лицом в стол?

Я откинулась на него спиной.

Он чуть сильнее сжал мои плечи.

И вот в этот момент, среди свадебного хаоса, женских голосов и угроз в адрес салфеток, я вдруг ощутила то самое тихое счастье.

Да.

Это будет свадьба.

Да.

Будет шумно, нервно и местами безумно.

Но в центре всего этого стоим мы.

А значит, переживём.

Даже скатерти.

---

Глава 74. Демид

Глава 74. Демид

Если мужчина думает, что подготовка к свадьбе — это милый процесс выбора даты и пары красивых деталей, значит, этот мужчина никогда не сидел на собственной кухне напротив четырёх женщин, обсуждающих оттенки кремового с лицами людей, от которых зависит судьба государства.

Я вошёл и сразу понял: Варя на грани.

Не истерики — нет. До неё она слишком разумная.

До убийства.

Тихого.

Эстетичного.

С последующим аккуратным сокрытием тел под белыми скатертями.

Поэтому мой долг как будущего мужа заключался не в выборе салфеток, а в спасении невесты от передозировки женским коллективным энтузиазмом.

Когда я предложил украсть её и расписаться втихую, она посмотрела так, будто всерьёз прикидывала маршрут побега.