— Для тебя может и «самый обычный». А я нервничаю. — хмуро возразил Поттер, усаживаясь напротив. — Как мне выбрать костюм?

— Список источников для кого приложили, скажи мне на милость? — ехидно поинтересовался я. Поттер опомнился и развернул второй листок.

— Чёрт возьми!

— Что? — снова отвлекся от эссе я.

— Да я только эти книги буду читать до Рождества!

— С Падмой поговори. — подсказал я. — Многое из списка — сказки, которые мы все слушали перед сном.

— Хорошо! — с готовностью кивнул Поттер и поднялся. Но вскоре я снова услышал. — Драко…

— Что?

— А ты мне если что подскажешь с чарами? Для образа.

— Подскажу. Ты куда?

— Спросить у мадам Пинс книги.

— Зачем?

— В смысле? Я ведь должен…

— Пошли эльфа в библиотеку домой, садовая твоя голова. Если этого Грейнджер, конечно, ещё не сделала.

Поттер звонко хлопнул себя по лбу, поблагодарил меня и унёсся из библиотеки. Я собрался было снова сесть за эссе, как вдруг…

— Драко!

— Да, Майкл, слушаю тебя? — вздохнул я. И убрал злосчастный пергамент в рюкзак. Видимо, не сегодня.

***

Эльфы работали, не покладая рук. Многие отказались от сна, лишь бы всё успеть и угодить хозяйке. В условный час распахнулись двери. Первым, кого увидел Дон, был Игнотус Певерелл с аккуратно уложенными тонкими усами. Под руку его держала супруга Лиандра, при первом взгляде на которую бросалось в глаза не только пышное чёрное платье, но и короткие светлые волосы, открывающие мраморно-бледную шею. Дон принял запечатанный конверт с приглашениями, поклонился и попросил гостей войти.

Следующими на пороге оказались Моргана Ле Фэй под руку с Мерлином. Высокий лоб Морганы закрывал толстый золотой обруч безо всяких драгоценных камней. По плечам разметались огненно-рыжие волосы.

У Мерлина была густая, седая борода, низкий морщинистый лоб и глаза цвета грозового неба. Темно-зелёный плащ с застёжкой в виде клевера частично закрывал просторную белую рубашку, подпоясанную тонким кожаным поясом.

Дон пропустил группу самых настоящих вейл в сопровождении низенького, полноватого лепрекона, лысеющую голову которого прикрывал огромный зелёный цилиндр. После Дон раскланялся с Сэром Невезучим и его возлюбленной Аматой, которая не оставила и следа печали на благородном лице. Живой, тёплый взгляд карих глаз одарял любовью.

Как только рыцарь прошёл мимо, шумно бряцая доспехами, на пороге возник Кадм Певерелл, гордый профиль которого украшал массивный скрюченный нос. Его спутницей оказалась не менее благородная Альтеда с выразительными острыми скулами. Под её надменным взглядом Дон склонился ещё ниже и спрятал за пазуху очередной конверт. Личности всех приглашенных до самого конца останутся тайной.

Миниатюрная и бледная Аша подала эльфу очередной конверт и мягко, по-доброму улыбнулась. Под руку её вел полный волшебник, следом за ними на единственной ноге прыгал горшок. В зале разгорались свечи.

Годрик Гриффиндор и Салазар Слизерин появились без дам. И оба отрывистыми движениями подали конверты. Одинаково высокие, как два брата, но при этом абсолютно разные. Коричневая борода Годрика, например, выглядела неопрятно и спутанно, в отличие от аккуратно подстриженной с чёрной проседью бородки Салазара. Пронзительный взгляд бесцветный глаз со змеиными зрачками заставлял сердце испуганно замереть. Но вот гости прошли внутрь, и Дон выдохнул, решив, что его уже ничего на свете не способно удивить.

В самом деле, Антиох Певерелл под руку со сгорбленной старухой Шутихой, плечи которой украшала накидка из серого заячьего меха, вызвали куда меньше эмоций. Высокий выступающий лоб и тяжёлый квадратный подбородок придавали Антиоху особенно свирепый и угрюмый вид по сравнению с братьями. Старуха Шутиха косила на эльфа одним глазом и криво усмехалась.

В следующий момент сердце Дона едва не остановилось. Он сгорбился, трясущейся рукой принимая конверт: мимо стремительно прошли Том Реддл и Беллатриса Лестрейндж, будто и не заметив. Перепуганный насмерть Дон подпрыгнул, когда рядом раздался мелодичный смешок.

— Это будет весьма забавно… — на него смотрела высокая волшебница поразительной красоты в белоснежном платье. В голубых глазах плясали игривые огоньки. Сопровождал её молчаливый Чародей с мохнатым сердцем. Видеть, как оно бьётся в разверзнутой груди, оказалось довольно жутко. Эльф протянул руку за приглашением. И подавился вдохом, увидев перстень на руке гостьи.

— Проходите… — низко поклонился Дон. И добавил, понизив тоненький голосок почти до шёпота. — В полночь в синей гостиной вас будет ждать особенный сюрприз.

— Благодарю. — независимым тоном отозвалась волшебница. Чародей даже не повернул головы, только крепче сжав её ладонь.

Сердце колотилось, как сумасшедшее. Вот только хозяйка узнает! Ох, что будет! На эмоциях он почти не заметил Ровены Райвенкло под руку с Королём Артуром, механически убрав приглашение за пазуху.

Через четверть часа, когда гости заполнили зал, двери закрылись. Часть свечей погасла, создавая неуловимую атмосферу интимности. Заиграла музыка. Бал начался.

Музыка наполнила комнату без остатка. Но для него… Существовал только блеск её глаз. Она была самой жизнью, целью и стремлением. Вечностью. Под тканью платья он отчётливо ощущал теплоту её талии. Пальцы поневоле сжались крепче.

Лиандра улыбнулась, проницательно прищурилась. Он обнаружил, что улыбается в ответ. Иногда в свете краем глаза угадывались фигуры других гостей, но… Всё это не имело никакого значения. Эта ночь и этот бал для Игнотуса принадлежала только им двоим.

***

Представить, как танцуют Мерлин с Морганой? Немыслимо! В большинстве легенд и сказок они были, если не злейшими врагами, то, по крайней мере, непримиримыми соперниками. Но даже у этой истории существует и другая трактовка. Не менее популярная. В конце концов, кто не любит трагические истории о неразделённой любви? Будто прочитав его мысли, Моргана улыбнулась.

— Не стоит так явно пожирать меня взглядом.

— Как?

— Будто я принадлежу тебе.

— Но это правда. Или ты предпочитаешь скрываться?

— Ничуть. Я предпочитаю гордость. Гордость и искренность настоящего счастья. Скрывать подобное было бы кощунственно.

— А как же. — сарказм в голосе Мерлина не расслышал бы, разве что, глухой. Моргана прикрыла на долю секунды глаза и поддалась вперёд, невесомо коснулась его губ. Без лишних эмоций и ложной скромности. Поцелуй выглядел молчаливым признанием, констатацией простого, неоспоримого факта.