Конечно, заметь я снитч сейчас и поймай его, райвенкловцев мы победим. Но в данном случае дело в балансе очков. Нам нужно набрать минимум 75 очков, чтобы поимка снитча принесла нам не только победу, но и выход в финал со Слизерином. И пусть в Кубке школы слизеринцы по очкам уже выиграли, но за Кубок по квиддичу мы ещё можем побороться. По факту, это наш последний шанс в этом году, так что упускать его просто неприлично.

Несколько раз мне пришлось уворачиваться от бладжеров, впрочем и братья Криви не отставали, доставляя сопернику проблемы. Мы набрали уже тридцать очков, снитча пока не было видно. Заметив, что Чжоу начинает оглядываться, я изобразил бурную деятельность, сорвавшись прямо к гриффиндорским кольцам. Как я и ожидал, Чжоу бросилась за мной, не раздумывая. Увидев, как Колин замахивается битой, я про себя выдохнул и начал считать. Время в очередной раз как будто замедлилось, я стал замечать подобное всё чаще. Раньше такое возникало только в моменты, когда я вот-вот схвачу снитч, теперь — каждый раз при исполнении особенно сложных приёмов в воздухе. Подсчитав момент, я поднырнул точно под руку Колина с битой и улыбнулся, услышав за спиной длинное ругательство: Чжоу была вынуждена затормозить, чтобы не получить битой по лицу. Колин поспешно извинился и полетел меняться позициями с братом. Чжоу безнадежно отстала, а самое главное — потеряла время для поиска снитча. Тем временем, наша команда уже набрала пятьдесят очков. Ещё чуть-чуть и всё кончится, остается только найти снитч.

В хорошем настроении я вернулся на свою прежнюю позицию и обернулся. Улыбка тут же исчезла с моего лица. Как в замедленной съемке я увидел, что кулак Кормака летит точно Падме в живот. Увернуться она явно не успеет… Уже додумывая эту мысль, я сорвался прямо к ней, по пути облетая своих товарищей по команде.

Удар. Пусть это было и не настолько больно, насколько я мог себе представить, но самого факта для меня стало достаточно, чтобы почувствовать поднимающуюся в душе холодную ярость. Впервые я отчётливо пожалел о том, что не взял в этот раз на поле волшебную палочку, пусть это и было запрещено правилами. Падма охнула, расширив глаза, и выпустила квоффл из рук, который тут же подхватила Алисия. Раздался свисток судьи. Но я оказался рядом раньше остальных, поймав Падму одной рукой и прижав к себе.

— И это у меня мания самоубийства? — нервно отшутился я.

— Я не виновата! — пытаясь отдышаться, открестилась Падма. Судья уже направлялась в нашу сторону.

— Знаю, но ты меня перепугала. — тихо отметил я. Падма покраснела, рядом с нами начали останавливаться другие игроки.

— Двойное пенальти! — сурово крикнула судья, указывая пальцем на Маклаггена. Подлетевшая ближе Анжелина смерила нашего вратаря многообещающим взглядом. Судья обернулась ко мне. — Всё в порядке, мистер Поттер?

— А, да. — опомнился я, кашлянув от смущения. Как-то я забыл, что нужно выпустить Падму из объятий.

Как только она снова взобралась на свою метлу, я от греха подальше поднялся как можно выше. Оба квоффла попали точно в среднее и правое кольцо, сокращая разрыв. Маклагген, и так мрачный после того, как ему засчитали нарушение правил, теперь скис окончательно. Очень хотелось полететь и «случайно» скинуть его с метлы, но я сдержался. В конце концов, без вратаря выиграть игру будет гораздо сложнее.

Чжоу теперь практически дышала мне в затылок, что жутко нервировало. Поднялся холодный ветер, игра становилась жёстче. При любом раскладе нам нужно обыгрывать райвенкловцев на 75 очков, и чем раньше это произойдет, тем лучше. Но охотники соперника тоже не собирались оставаться в стороне. В частности, Падма забросила уже свой шестой квоффл, чему я про себя даже в этой ситуации порадовался. Но игра затягивалась.

Сколько прошло времени, прежде чем счёт на табло выровнялся до необходимого, я не знаю. Но увидев знак Анжелины, я быстро кивнул и начал набирать высоту. Трюк был рискованным. Никогда раньше мне не приходилось выполнять его в игре, но чтобы поймать снитч, нужно избавиться от сопровождения в виде Чжоу. А она сама же облегчала мне задачу, неотступно следуя за мной. Я свечой поднимался вверх, пока даже кольца и фигуры вратарей не начали казаться размером со спичечную головку. Снитча пока я нигде не вижу, но это сейчас не главное.

На нужной высоте я ненадолго остановился и стрелой полетел к самой земле, неожиданно изменив направление. Чжоу запоздало метнулась за мной, но ей не успеть из-за метлы. И именно это станет решающим фактором. Если бы не чары на очках, я бы давно ничего не видел, но заклятье мне помогло, надёжно защищая глаза от встречного, холодного ветра, который свистел в ушах и щипал кожу. Уже на середине «падения» я перестал считать, ориентируясь на собственные ощущения. В последний момент выравниваю метлу в самой критической точке, заставляя траву пригнуться к земле. За моей спиной раздался глухой звук удара и какой-то треск, ахнули трибуны… Но я не обратил на это внимание. Будто по мановению волшебной палочки всего в паре сотен метров вспорхнул снитч. Раздался свисток, я сорвался с места, пролетев мимо шокированного Дениса Криви и обхватил пальцами холодный и скользкий шарик, размером с грецкий орех. На трибунах воцарилось ошарашенное молчание. В следующий момент на стадионе включили звук: раздался ещё один свисток, комментатор объявил результат. Гриффиндор не только победил, но и прошёл в финал школьного чемпионата по квиддичу. Меня буквально оглушил шум, я сделал круг почета над полем, ответил на объятья команды, Анжелина и Алисия расцеловали меня в обе щеки, уже на земле я попал в плен сотен рук, прежде чем сумел отделиться от толпы и подхватить Падму в объятья. Её лицо оказалось так близко, что я мог бы сосчитать каждую ресничку, её губы накрыли мои и… И на кой черт мне всё остальное?

Всё необходимое для вечеринки появилось в гостиной словно по волшебству. В воздухе буквально витало ощущение всеобщего ликования. И всё бы было прекрасно, если бы не одно «но»… Гермиона хоть и села по настоянию Рона рядом со мной, продолжала молчать, обойдясь сухими словами поздравления. И на это бы можно было даже постараться закрыть глаза, если бы она поминутно не сверлила меня взглядом, переместившись при этом в дальнее кресло, как будто я был болен чем-то заразным. Присутствующая тут же Падма заметила перемену моего настроения и мягко сжала мою ладонь, губами приблизившись к уху, чтобы не перекрикивать музыку.

— Думаю, вам стоит поговорить, Гарри. — произнесла она.

— Я тоже так думаю. Но что я могу поделать, если со мной разговаривать не желают? — нахмурился я. Падма отняла у меня бутылку со сливочным пивом и поставила на стол.

— Если она не может уступить, попробуй сделать первый шаг. В конце концов, тебе это самому не нравится, разве нет?

— Ты права. — неохотно признал я. — Но если не получится…

— То ты будешь знать, что хотя бы пытался. — ободряюще улыбнулась Падма.

— Всё, что хочешь. — отозвался я, чувствуя себя полностью обезоруженным при виде этой улыбки. Быстрым касанием поцеловав девушку в губы, я вышел из-за стола и направился к Гермионе. Та упорно делала вид, что смотрит в другую сторону, хотя могу спорить: моё приближение она однозначно заметила. Поравнявшись с её креслом, я прочистил горло и не нашел ничего лучше, чем постучать костяшками пальцев по журнальному столику. — Поговорим где-нибудь, где потише?