Я мысленно тяжело вздохнул, перехватывая поудобнее самодельное снаряжение:

— Поздравляю, сегодняшняя порция твоего фирменного бреда официально подана к столу. Выкладывай, что на этот раз.

— Говорят, мир изначально состоял из чистой энергии, сконцентрированной в невероятно маленькой точке, — не обращая внимания на мой сарказм, затараторил Безумец. — И кроме этой точки не было вообще ничего. Внутри этой мощнейшей энергии, сжатой до бесконечно малого размера, не существовало абсолютно ничего — ни времени, ни пространства, ни даже намека на разум. Не было никакой вселенной, эта сгущенная энергия и была самой вселенной! Но почему-то в какой-то момент этот сгусток вместо бесконечного сжатия начал расширяться. И в итоге он породил пространство, время, всю материю этого мира… а со временем, по мере усложнения систем, живые организмы начали обретать разум.

Я усмехнулся про себя, узнавая в его потоке мыслей знакомые концепции:

— Вообще-то это называется теория Большого взрыва. Как мне кажется, всё твое так называемое безумие заключается просто в идеальной памяти: ты запоминаешь абсолютно все вещи, которые проносятся в моих мыслях, и конкретно эту теорию ты вытащил из моих воспоминаний о лекциях Ученого.

— Хм-м-м… — на секунду задумался он.

— Да ты реально шизофреник, — покачал головой я. — Скажи мне, что еще ты умудрился вытащить и сохранить из моих разговоров с другими?

— Если абсолютно всё в этом мире можно объяснить физикой и энергией, то как, черт возьми, объяснить природу разума? — словно пластинку, заело у Безумца.

— Послушай, почему ты вечно пытаешься снести мне мозг? Если я от твоих бредней окончательно сойду с ума, то ты, как жилец в моей голове, попросту лишишься своего уютного места жительства! И вообще, с чего ты взяв, что я знаю ответ? Спроси у тех же стариков, у них спроси про строение человеческого мозга и биологию… Отстань.

— Называешь меня безумцем, хотя сам ведешь себя как последний идиот, — обиженно фыркнул он и на какое-то время затих.

Когда назойливый голос наконец умолк, погрузив сознание в относительную тишину, я смог на сто процентов сконцентрироваться на том, что делал.

Я упорно пытался улучшить свои боевые навыки, а конкретно — научиться правильно и эффективно усиливать собственное тело с помощью внутренней энергии. Перед глазами до сих пор стояли те голографические кадры, которые прокрутил передо мной Генезис-01 в подземном Фабрикаторе. Там было наглядно показано, как эти механические создания обретают жизнь: мощные потоки чистой энергии из ядра растекались по всему их каменно-металлическому телу, укрепляя броню, увеличивая скорость и выводя прочность конструкции на совершенно запредельный уровень.

Только тогда до меня дошло, почему мне было так невероятно тяжело пробить защиту того же Тектона! Дело было вовсе не в толщине его панциря — точнее, не только в ней. Главная проблема заключалась в том, что Тектон умел динамически подпитывать свою броню мощнейшими импульсами энергии из собственного ядра, создавая невидимый энергощит.

Обычные Белые ВГ были примитивны и не обладали таким функционалом, но Зеленый ВГ — да. И от одной мыслей о том, на что способны Синие ВГ, у меня по спине пробегал холодок.

Моей главной целью на ближайшее время стало освоение этого навыка. Я хотел научиться точно так же закачивать энергию из своего зверя-ядра в мышцы и конечности, чтобы использовать её одновременно и для атаки, и для абсолютной защиты.

Конечно, встреча с Генезисом-01 и увиденные в Фабрикаторе произвели на меня колоссальное, почти шокирующее впечатление. Синие ВГ… Там были тысячи модификаций. Тысячи Зеленых ВГ самых разных форм, размеров и специализаций: летающие, плавающие, тяжелые наземные, быстрые разведчики, копирующие анатомию самых разных животных.

Но самое страшное было даже не это.

Их ПЕЧАТАЛИ. Их массово производили!

Того самого мощного Зеленого ВГ, победа над которым едва не стоила мне жизни и заставила пройти через ад… их там штамповали тысячами. Как вообще цивилизация, обладавшая такими технологиями, могла проиграть? Кто или что их уничтожило?

Стоило мне углубиться в эти размышления, как в голове вновь всплыли бесконечные вопросы, на которые у меня не было ответов. Почему в этом проклятом мире действует правило: чем больше узнаешь, тем больше новых вопросов порождается?

— Если весь мир состоит из энергии, то и разум — тоже, ведь изначально, кроме энергии, вообще ничего не было, — вновь подал голос неугомонный Безумец, словно читая мои мысли.

Я лишь мысленно отмахнулся от него, сохраняя полное молчание.

Так пролетело десять долгих, изнурительных дней.

Я тренировался на пределе возможностей, доводя тело до судорог, оттачивая технику циркуляции энергии и доводя до автоматизма движения. Наконец наступил тот самый день. Я чувствовал себя максимально собранным, отдохнувшим и готовым.

Пришло время выйти на настоящую охоту. Настала очередь обезьян.

Глава 64.2. Кровавая бойня и неведомый враг

Несколько дней ушло на разведку и скрытное наблюдение за лагерем обезьян. Внимательно изучая обстановку вокруг их территории, Вайд отметил важный нюанс: единственной постоянной угрозой в округе оставались стаи летающих птиц. Это был ключевой фактор, позволявший просчитать риски и знать, как действовать в случае непредвиденного столкновения.

Странно, но в последнее время приматы перестали отправлять патрули и выходить на масштабную охоту, а общая защита их гнездовий заметно ослабла. Как бы то ни было, такая расслабленность врага играла Ваиду на руку.

Наступила глубокая ночь. Благодаря многодневным тренировкам и постоянному контролю внутренней энергии Вайд заставил свои глаза адаптироваться к кромешной тьме почти идеально. Однако у этой трансформации была своя цена: пытаясь перенаправить максимум энергии в глаза, он потерял «Глаз Разума».

Устроившись в тени массивных бетонных обломков разрушенного здания, Вайд достал из заплечного мешка тяжелую самодельную рогатку, вырезанную из прочной кости монстра, и высыпал рядом горсть смертоносных снарядов. Эти камни были непростыми — осколками сверхпрочной брони разбитого Тектона, сохранившими остаточную плотность материала.

Натянув тугую тетиву, Вайд прицелился в силуэты вдали.

Шух!

Свист рассек воздух. Камень, выпущенный с чудовищной силой за счет влитой в мышцы энергии, пробил голову дежурившей обезьяны насквозь, не оставив ей шанса даже пирикнуть.

Вторая обезьяна, не до конца поняв, что произошло, ошарашенно бросилась к упавшему сородичу, пытаясь поднять его тело.

Шух!

Второй выстрел вошел точно в цель, и вторая тварь рухнула на землю замертво.

Разобравшись с внешним патрулем, Вайд бесшумными, выверенными движениями соскользнул со стены и углубился в чащу одичавшего парка, переходящего в лес. Внутренние сенсоры работали на пределе. Первое, что ударил в нос — резкий, удушливый запах свежей крови. Она тянулась со всех сторон, пропитывая ночной воздух.

Аккуратно вскарабкавшись на раскидистое дерево, Вайд затаился в густой листве и прислушался. Прямо под ним две обезьяны о чем-то взволнованно переговаривались. Благодаря постоянному контакту со Сердцем Зверя и крупицам опыта Вайд уже мог частично понимать их примитивную речь. Их язык состоял из обрывков образов и грубых звуков, но смысл был ясен: паника. Они говорили о надвигающейся опасности, о том, что даже самые сильные воины их клана сейчас бессильны и находятся под угрозой уничтожения.

Пока перепуганные монстры продолжали дрожать внизу, Вайд не стал тратить время. Бесшумной тенью сорвавшись с ветки, он двумя мощными ударами звериных лап одновременно снес им головы.

Ориентируясь по густеющему запаху крови, который теперь шел сплошной волной, Вайд двинулся дальше вглубь леса. Мотивация была комплексной. Во-первых, его снесало банальное любопытство хищника. Во-вторых, он надеялся найти здесь нечто ценное, способное подсказать новый путь к развитию силы. Но была и третья, главная причина — Сердце Зверя в его груди буквально выло и ревело, требуя немедленно идти вперед, на этот зов бойни.