Я стоял перед вратами, и по моей спине пополз настоящий, первобытный холод. Я искал следы павшей человеческой цивилизации, а наткнулся на гнездо бессмертных роботов.

— Если это их город… — я сглотнул ком в горле. — То что находится за этими вратами?

— То, что дает им жизнь, — ответил Археолог.

Я посмотрел на надпись на вратах. Теперь она не казалась мне просто набором знаков. Она выглядела как предупреждение. Или как приглашение, которое я, возможно, уже принял, просто переступив порог этих катакомб.

Глава 52. Эхо человечности

Обыскав каждый сантиметр каменной кладки вокруг врат и не обнаружив ни малейшего намека на скрытый механизм или замочную скважину, я почувствовал, как азарт сменяется глухим раздражением. Тяжелые врата стояли незыблемым монолитом, словно издеваясь над моими жалкими попытками их потревожить. В конце концов, я сдался. Исследование «нижнего города» в этот раз не принесло мне ни артефактов, ни оружия, и я решил возвращаться на поверхность.

На обратном пути монстры больше не встречались. Тоннели затихли, наполненные лишь звуком моего собственного дыхания. Несмотря на разочарование от пустых рук, Археолог и Архитектор в моей голове не унимались.

— Не опускай руки, Вайд, — наставлял Архитектор. — Если есть врата, значит, существует и способ их открыть. Просто нужно найти ключ. В таких автоматизированных системах ключом может быть что угодно: от специфического резонанса энергии до определенного рунного кода.

— Я почти закончил с расшифровкой надписей на створках, — добавил Археолог, и в его голосе сквозило предвкушение. Им не меньше моегоо интересно, что скрывается за этими вратами, подумал я. Постепенно я начал замечать детали, которые упустил во время спуска. В городе роботов, лишенном солнца и почвы, всё же были растения — странные, коричневые сорняки, напоминающие окаменевшие лианы. Если здесь есть жизнь, пусть и такая причудливая, значит, где-то должна быть вода или иные источники питания. Возможно, здесь скрыты породы камней или уникальные расстение, которых не встретишь больше нигде в Мире Разума.

— Молодец, Вайд, — похвалил Археолог. — Ты начинаешь учиться видеть не только то, что лежит на поверхности.

Весь долгий путь наверх я провел в раздумьях. Как вскрыть те врата? Что именно зашифровано в их рунах? И главное — как я могу использовать особенности тех подземных тварей? Реакция кислотных личинок, многоуровневая маневренность пауков, эхолокация летучих гадов — всё это было идеальным материалом для развития моего зверинного стиля. Идея вплести их таланты в свой звериный стиль манила меня, обещая сделать из меня по-настоящему совершенного хищника.

— Вот теперь ты больше похож на настоящего исследователя, — заметил Архитектор.

Когда я наконец выбрался наружу, яркий дневной свет ударил по глазам так сильно, что на мгновение я ослеп. Я никогда не задумывался о том, насколько агрессивным может быть солнце на поверхности. Мои глаза, звук, который я слышал, — всё казалось слишком резким.

«Над этим нужно поработать», — решил я. — «Монстры рождаются с острыми чувствами, это их инстинкты и рефлексы. Я же не рожден таким, но я могу использовать свой разум, чтобы точечно развить эти качества через тренировку».

Вернувшись в поселение, я нашел Лунарию. Она лежала в тени разрушенного портика, и я заметил на её теле множество мелких царапин. На мой вопрос она ответила неохотно: столкнулась на окраине с монстром Зеленого ранга, который оказался гораздо опаснее, чем предполагалось. Когда же она спросила, где пропадал я, я коротко ответил: в подземном городе. Лунария лишь удивленно вскинула брови, но расспрашивать не стала.

— Тренируй меня, — попросил я.

Она согласилась подозрительно быстро. На её лице промелькнула странная полуулыбка, от которой мне стало не по себе. «Она что, съесть меня хочет?» — промелькнула параноидальная мысль.

Тренировка которую я придумал сам оказалась форменным издевательством. Задача была простой: я с закрытыми глазами должен уклоняться от маленьких камней, которые Лунария швыряла в меня с невероятной скоростью. Половину дня она с видимым удовольствием «избивала» меня этими булыжниками. Мне казалось, что она не столько оттачивает мои рефлексы, сколько получает искреннюю радость от процесса. Сами камни были не такими уж большими, но сила, с которой мастер Синего ранга вкладывала их в цель, была более чем ощутимой. К вечеру на моем теле не осталось живого места.

Залечив синяки и искупавшись в прохладном бассейне на краю поселения, я вернулся к костру. Уже стемнело. Лунария сидела одна под покровом почти ночи, глядя на огонь. В её позе было что-то непривычное — словно она грустила.

Я подошел и тихо спросил, о чем она думает. Она долго молчала, прежде чем ответить:

— Тот монстр… Зеленого ранга. У него была жуткая способность — он имитировал людей. Пожирал головы своих жертв и пытался воспроизвести их речь. Когда мой меч коснулся его горла, он закричал: «Нет, не надо!», «Я хочу жить!». Он просто копировал предсмертные вопли тех, кого убил.

Она замолчала, и тени от костра заплясали на её лице. Должно быть, это было то еще зрелище — убивать тварь, которая молит о пощаде человеческим голосом. Лунария не была сентиментальной, но этот инцидент явно задел в ней какие-то эмоции. Связано ли это с её прошлым? С той местью, которую она лелеет? С «монстром в человеческом обличии»?

Я хотел спросить, но вовремя прикусил язык. Вместо этого я решил разрядить атмосферу глупой шуткой.

— Луна, знаешь, как быстрее всего прекратить спор глухих?

— И как же? — она посмотрела на меня с легким недоумением.

— Просто выключить свет.

Лунария замерла на секунду, обдумывая сказанное, а затем негромко, но искренне засмеялась.

— Очень глупая шутка, Вайд, — сказала она, и её взгляд наконец немного потеплел. — Действительно глупая.

Глава 53. Инерция и детонация

Рано утром меня разбудил зычный голос Лунарии. Она не принимала возражений: завтрак и немедленная тренировка. В последнее время в ней проснулась какая-то пугающая мотивация. В отсутствие Учителя она, видимо, решила, что на её плечи легла обязанность «старшей» — следить за тем, чтобы я не расслаблялся. Как будто в этом мире вообще можно было расслабиться.

С рассвета до самого обеда она методично «воспитывала» меня градом камней. К полудню я представлял собой жалкое зрелище: одна половина тела еще слушалась, другая была превращена в сплошной синяк. После короткой передышки я снова уходил в руины. Глаза могли подвести в лабиринте обломков, но мой нос теперь работал как идеальный навигатор, запоминая запахи пыли, застоявшейся воды и холодного металла.

Проходя мимо монументальных арок, я снова наткнулся на тот самый символ, который встречался здесь повсюду. Круглый, сложный, напоминающий схему лабиринта.

— Это не просто знак, Вайд, — отозвался Археолог, когда я в очередной раз замер перед барельефом. — Это имя. Точнее, символ принадлежности. Если расшифровать его значение, получится «Тектон» (Tekton). Оно объединяет в себе понятия развития, цивилизации, технологий и высшего мастерства созидания.

«Тектон»… Название узнал, но легче не стало. Вопросов только прибавилось. Если подземные врата и этот патрульный робот Зеленого ранга отмечены одним клеймом, значит, они связаны. Я должен победить его, несомненно.

Две недели я жил в режиме жесткого графика: утреннее избиение камнями от Лунарии, а после обеда — слежка за Зеленым рангом или охота на каменных истуканов Белого ранга для отработки движений. К концу второй недели я почувствовал, что готов. Мои «руки-базуки» (как я про себя называл модифицированные конечности примата) теперь отзывались на малейший импульс Сердца Зверя, а когти выскакивали мгновенно.

Я дождался, когда робот выйдет на финишную прямую своего маршрута у Башни Шпиля. Я не стал нападать со спины. Помня судьбу той птицы, я боялся неожиданных «сюрпризов» в тылу машины. Прыгнул прямо перед ним, приземлившись в клубах пыли.