— Тебе стоит быть более благодарным, парень, — внезапно подал голос другой обитатель его разума. Этот голос звучал сухо, поучительно, напоминая старого ученого или профессора, который всю жизнь провел в пыльных библиотеках. — Маркиз перенес больше страданий, чем ты можешь вообразить. Он сражался, связывая свою истинную силу узлами, только чтобы не разорвать твои неокрепшие нейронные каналы. Десятая часть его истинной мощи превратила бы твои мышцы в пепел за секунду. Он берег тебя, Вайд. Даже ценой собственного истощения.

Вайд замолчал, осознавая пугающую цену своего спасения. В этот момент полог палатки откинулся, пропуская внутрь полосу вечернего света, и в помещение вошел человек.

— Командир! — воскликнул он, бросаясь к кровати.

Это был Томас. Его лицо было пересечено свежим шрамом, левая рука висела на перевязи, но он был жив и стоял на своих двоих. Вайд почувствовал, как с его сердца свалился огромный, неподъемный камень.

— Томас… Ты выжил, — Вайд заставил себя улыбнуться, стараясь придать голосу ту самую командирскую твердость, к которой привыкли солдаты. — Я же обещал тебе, парень. Я не мог позволить твоему будущему сыну, моему маленькому тезке, расти без отца. Командиры не бросают таких слов на ветер.

Томас шмыгнул носом, отчаянно пытаясь сдержать слезы.

— Половина нашего отряда… Командир Вайд, они не дожили до рассвета. Эрик чудом спасся, он сейчас помогает раненым в соседнем секторе, но остальные…

Парень подошел совсем близко и понизил голос до едва слышного шепота. Его взгляд стал серьезным, почти пугающим.

— Командир, я видел всё. Там, на аванпосте. Я видел, как вы двигались. Это не был человек. Это было что-то… другое. Я… я никому не сказал ни слова. Всем остальным я говорю, что вы просто впали в священную ярость боя, которую даруют боги. О вашей реальной… природе никто не узнает от меня. Даю вам слово чести.

Вайд молча кивнул, понимая, что его главная тайна теперь разделена с этим солдатом.

Наступил вечер. Лагерь гудел, как встревоженный улей. Повсюду слышались крики офицеров, ржание лошадей и звон затачиваемого оружия. Вайд, превозмогая жгучую боль в каждом суставе, с помощью Томаса натянул чистый, хотя и грубый поддоспешник.

— Тебе нужно идти туда, Вайд, — проскрипел в голове тот самый «голос ученого». Маркиз молчал, видимо, окончательно погрузившись в восстановительный сон. — Там соберутся те, для кого война — это сухая арифметика смертей. Сделай лицо суровым и непроницаемым. Представление не окончено, оно лишь перешло во второй акт. Ты теперь не просто инвалид из капсулы. Ты — герой, легенда, сокрушитель капитанов. Играй эту роль так, будто от этого зависит твое существование. Потому что так оно и есть.

Вайд глубоко вдохнул, расправил плечи и, слегка прихрамывая, направился к самому большому шатру в центре лагеря. Это было массивное сооружение из тяжелой ткани, у входа в которое замерли гвардейцы в полной броне.

Когда Вайд откинул полог и вошел внутрь, гул голосов мгновенно стих. Внутри, за огромным столом, заваленным картами и магическими кристаллами, сидело около пятнадцати человек. Несколько магов в богатых мантиях высокомерно поглядывали на вошедшего, остальные были суровыми офицерами в запыленной военной форме с знаками различия высоких рангов.

Все взгляды — подозрительные, обнадеженные, а некоторые и откровенно испуганные — скрестились на фигуре молодого командира. Совещание в самом сердце испытания началось.

Глава 8. Шахматы на костях

Вайд переступил порог командного шатра, и тяжелый, многослойный полог за его спиной отсек гул лагеря, оставив лишь приглушенное эхо сотен голосов. Внутри царил торжественный полумрак, разбавляемый лишь мягким, пульсирующим свечением магических кристаллов, расставленных по периметру массивного круглого стола. Пятнадцать пар глаз — опытных, усталых и проницательных — мгновенно скрестились на его фигуре. Вайд невольно выпрямил спину, чувствуя, как взгляды старших офицеров прощупывают его, словно лезвия скальпелей.

В самом центре, возвышаясь над разложенными картами, стоял мужчина лет пятидесяти. Его доспехи, украшенные тончайшей золотой гравировкой и фамильной эмблемой в виде грифона, свидетельствовали о принадлежности не только к высшему генералитету, но и к знатному аристократическому роду. Лицо командующего, пересеченное парой тонких, едва заметных шрамов, напоминало вырубленный из гранита монумент — суровое, непоколебимое, лишенное лишних эмоций.

Рядом с ним расположились маги. Селену Вайд узнал сразу по её золотистым волосам — она ободряюще кивнула ему, хотя в её взгляде читалась крайняя степень истощения. Вторая женщина-маг выглядела значительно старше, её лицо застыло в маске надменной строгости. Но подлинное внимание Вайла привлек третий — седовласый старец, от которого буквально волнами исходила физически ощутимая энергия. В его груди через «Глаз мысли» Вайд увидел насыщенное, ярко-изумрудное Зеленое ядро. Остальные присутствующие были офицерами регулярной армии, и каждый из них по званию стоял значительно выше Вайла.

Когда Вайд закончил беглую оценку присутствующих, в его голове раздался новый голос. В нем не было ни капли изящества или вальяжности Маркиза. Это был сухой, скрипучий звук, напоминающий шелест старого пергамента.

— Визуальный анализ структуры командования завершен, — академично произнес «Ученый». — Объекты классифицированы по уровню угрозы и потенциальной полезности. Наблюдается высокая концентрация нейронной энергии у субъекта с Зеленым ядром. Похоже, уроки Маркиза по социальному позиционированию не прошли даром для твоего неразвитого сознания. Продолжай действовать в рамках заданного алгоритма.

— Командир Вайд Бэзиль, — голос командующего экспедицией был низким и властным, заполняющим всё пространство шатра. — Мы наслышаны о вашем подвиге на аванпосте. Редко кто выживает там, где пали целые гарнизоны, а вы не только удержали позицию, но и уничтожили командный состав врага. Присаживайтесь к столу.

Вайд занял единственное свободное место. На расстеленной карте Пятый сектор выглядел как классическая ловушка.

— Ситуация критическая, — констатировал командующий, указывая на позиции врага. — Я доложил в столицу о маге-предводителе кентавров. Это существо Синего ранга, и оно ведет за собой орду. Через десять дней к нам прибудет мечник Синего ранга с основным войском. До этого момента мы предоставлены сами себе.

Маг с Зеленым ядром тяжело оперся о стол, его голос звучал как скрип сухой кожи:

— Командующий, с точки зрения магической теории, наши полторы тысячи солдат — это статистическая погрешность против воли Синего ранга. Я лично зафиксировал эманации ядра их предводителя. Без эквивалентного противодействия — без мага или мечника Синего ранга — он дезинтегрирует этот лагерь одним направленным импульсом, как только мы решим принять бой.

Командующий повернулся к Вайду. В шатре повисла давящая тишина.

— Командир Вайд, вы единственный, кто вступил в контакт с авангардом и сохранил боеспособность отряда. Какова ваша оценка вероятности успеха текущей оборонительной доктрины?

— Внимание, Вайд, — сухим тоном произнес Ученый в его мозгу. — Текущая модель поведения ведет к гарантированной аннигиляции. Требуется внедрение переменной децентрализации. Инициируй вербальный контакт.

Вайд откашлялся, чувствуя на себе груз пятнадцати выжидающих взглядов.

— Полагаю, что выжить в течение десяти дней, придерживаясь стратегии пассивной защиты, невозможно, — произнес он, и его голос прозвучал удивительно твердо. — Сидеть в одной точке — значит позволить противнику завершить подготовку к магическому удару, который нас сотрет. Идти вперед или назад одинаково бессмысленно — именно там концентрируются их основные силы, готовые к перехвату.

Он указал на карту, разделяя их позиции надвое.

— Социум кентавров глубоко иерархичен и централизован. Все решения замыкаются на их лидере. Я предлагаю разделить наше войско на две автономные армии. Одна уйдет вправо, в густые леса, вторая — влево, к каменистым холмам. Одному магу кентавров будет крайне затруднительно принимать оперативные решения при атаке на две удаленные друг от друга цели. Это дезориентирует их систему управления и даст нам искомое время.