«Согласен на добровольную отправку в Мир Разума… подтверждаю отсутствие принуждения…»

«Реально ли это МОЯ воля?» — промелькнуло в голове. Ученый в разуме молчал, Маркиз скрылся в глубинах, но я чувствовал, что меня ведет сама судьба.

Чиновник, лощеный мужчина в безупречном костюме, забрал планшет и с фальшивым пафосом пожал мне руку.

— Мы гордимся вашим мужеством, Вайд Бэзиль. Вы — настоящий патриот. Город никогда не забудет вашей жертвы.

— «Типичный бюрократ», — внезапно раздался в голове новый голос. Он был циничным, усталым и принадлежал, судя по интонациям, какому-то прожженному наемнику. — «Даю голову на отсечение, он забудет твое имя ровно через неделю, когда будет подписывать бумаги на следующего дурака».

«Опять?» — подумал я. Еще один «жилец» в моей голове. Но времени на знакомство не было.

Меня отвезли в специальный блок под Обелиском для встречи с Переселенцем. Переселенцы были легендами — людьми, пришедшими к нам из Мира Разума через Обелиски. Они принесли технологии защиты, но, как и мы, пройдя через портал, они оказывались заперты в нашем мире навсегда.

Переселенец, мужчина с кожей, напоминающей дубленую кожу, и глазами, видевшими слишком много, разложил передо мной карты, которые не найти в сети.

— Мир Разума — это не парк для прогулок, парень, — начал он хрипло. — Это бесконечные территории, где человек — не вершина пищевой цепочки. Большинство земель заселено тварями, которых ты не увидишь даже в кошмарах. Твоя единственная надежда — города-крепости. Это анклавы людей, защищенные такими же куполами Обелисков, как наш.

Я перебил его вопросом, который мучил меня больше всего:

— Мои ноги. Вы сказали, я смогу ходить?

— В Системе Разума было твое сознание, копия, — кивнул Переселенец. — Но через Обелиск ты проходишь физически. Когда ты попадешь в Мир Разума, то излечишься польностью. Как только ты окажешься там, твоя биологическая структура начнет перестраиваться. Травмы, которые считаются неизлечимыми здесь, там затягиваются за считанные минуты. Да, ты встанешь. Но помни: монстры там тоже другие. Твоя первая цель — найти ближайшую крепость. Ты окажешься в случайной точке, так что надейся на удачу.

Изучая информацию, которую он передавал, я наткнулся на странный пробел. В официальных данных не было ни слова о том, что монстры вторгнутся к нам, если мы перестанем отправлять людей. Тогда в чем смысл? Какая польза Администрации от того, что мы уходим навсегда?

Переселенец посмотрел на меня с горькой усмешкой.

— Ты проницателен. Монстры не придут сюда — радиация за куполом убивает их так же, как и людей прошлого. Всё дело в питании. Обелиск — это машина. Чтобы он создавал купол, защищающий город от радиации, ему нужна отправлять людей в Мир Разума. Этой искрой служит человеческий разум, синхронизированный с Потенциалом в момент перехода. Мы отправляем вас туда, чтобы город мог дышать. Ваша жизнь — это батарейка для купола. Обелиски берут энергию от Мира Разума, а чтобы держать связь нужно отправлять людей с Потенциалом, пробужденного в их мозгах. Только они могут выдержать переход

Эта правда была холоднее льда. Мы не герои. Мы — уголь в топке цивилизации.

Мой отец получил перевод. 10 миллионов кредитов. Я видел через окно машины, как он стоит у входа в банк с планшетом в руках. Он плакал, не скрываясь.

«Не плачь, отец», — шептал я, глядя на него в последний раз. — «Ты — единственный человек, которого я могу назвать родным. Я не мог позволить тебе гнить в нищете из-за моих лекарств. Ты дал мне жизнь один раз, а я возвращаю тебе твою жизнь сейчас. Я выживу там. Я обещаю».

Меня подвезли к самому подножию Обелиска. Огромный черный шпиль уходил в небо, вибрируя от скрытой мощи. Вокруг стояла вооруженная охрана, но их взгляды были полны не враждебности, а какого-то суеверного почтения.

— Ваша очередь, Пробужденный Бэзиль, — скомандовал голос из динамиков.

Я подкатил коляску к идеально гладкой поверхности черного камня. Руки дрожали, но в груди разгоралось то самое пламя, которое я почувствовал на тренировочной арене.

— Коснитесь Обелиска, — инструктировал Переселенец. — Сконцентрируйтесь на своем Потенциале. Позовите Глаз Мысли. Подумайте о Мире Разума.

Я протянул руку. Холод камня обжег кожу.

«Глаз Мысли… Потенциал… Мир Разума!»

В ту же секунду всё исчезло. В этот раз это не было погружением сознания в капсулу. Я почувствовал, как пространство вокруг меня буквально рвется на куски. Звуки города, плач отца, запах пыли и тяжесть инвалидного кресла — всё это схлопнулось в одну бесконечно малую точку.

Мир перестал существовать. Осталась только тьма и ослепительная вспышка белого света, в которой я впервые за пять лет почувствовал свои пальцы на ногах.

Я шагнул в бездну.

Глава 16. Белая тишина

Я стою. Нет, я пытаюсь стоять.

Первое, что я почувствовал — это не радость излечения, а сокрушительную тяжесть собственного существования. Воздух здесь был густым, плотным, словно я вдыхал не кислород, а жидкий свинец. Каждое движение век давалось с трудом, а глаза слезились, отказываясь фокусироваться.

Я рухнул на колени. Земля под ладонями была холодной и удивительно мягкой. Сочная зеленая трава щекотала пальцы, но стоило поднять голову, как мир исчезал. Вокруг стоял белый, непроницаемый туман, похожий на парное молоко. Видимость ограничивалась двумя, максимум тремя метрами.

— Где я?.. — прохрипел я. Мой голос утонул в этой белой вате, не встретив ни одного эха.

На мне была грубая одежда: простая льняная рубаха и штаны, напоминающие облачение крестьянина. Никакой высокотехнологичной брони, никакого оружия. Только я и этот странный туманный луг.

— Приветствую, Вайд, — голос прозвучал так отчетливо, словно его обладатель стоял прямо за моей спиной.

Это был Маркиз. В его тоне сквозила привычная аристократическая вальяжность, но теперь в ней слышались нотки искренней, почти отеческой радости.

— Маркиз! — я едва не закричал от облегчения. — Ты вернулся! Ты здесь!

— «Хм, вполне ожидаемо», — вклинился сухой, скрипучий голос Ученого. — «Видимо, тот Переселенец не счел нужным раскрыть тебе всю полноту физиологических процессов. Вайд, ты излечился не благодаря "чудесному воздуху" Мира Разума. Ты излечился, потому что в момент перехода через Обелиск произошло Истинное Пробуждение. Твоя биологическая структура была перестроена твоим же собственным Потенциалом».

— Истинное пробуждение? — я попытался осмыслить сказанное, все еще не рискуя подняться.

— Именно, мой друг, — подтвердил Маркиз. — Твой Потенциал наконец-то начал сбрасывать оковы. Твой мозг теперь классифицируется как Белый ранг. Это низшая ступень по меркам этого мира, но для тебя это прорыв. Теперь ментальная связь между нами укрепилась настолько, что ты слышишь наши мысли почти так же ясно, как свои собственные. Мы больше не шепот на грани сна, мы — часть твоей операционной системы.

Я снова попытался встать. Ноги, которые я не чувствовал пять лет, отозвались тупой, тягучей болью. Колени подогнулись, и я снова повалился в траву.

— Но я не могу идти, — прошептал я, чувствуя, как паника подступает к горлу. — Ноги… они как чужие. Если я излечился, почему они меня не слушают?

— «Всё крайне просто», — отозвался Ученый. — «В Системе Разума ты занимал чужую оболочку, которая уже обладала всеми необходимыми двигательными паттернами. Здесь же тело твое. Истинное Пробуждение восстановило нервные связи, но твой мозг банально забыл, как ходить. Мышечная память стерта годами атрофии. Ты как младенец в теле взрослого мужчины».

— Что будешь делать, Вайд? — в голосе Маркиза послышался вызов. — Ляжешь и будешь ждать, пока туман решит тебя переварить?

— Что он может сделать? — съязвил Ученый. — Помнишь наш разговор, Вайд? Обычный человек, не имея знаний, делает единственный вынужденный выбор. Но у тебя есть мы. Твой Потенциал — это не просто магия огня или льда. Это мы. Мы — твой главный ресурс. Ты можешь спросить нас о чем угодно.