Ему тяжело ещё было стоять. Мышцы, отвыкшие от нагрузок, совсем сходили с ума.

— Альваро, не смей!

— Элайджа, помоги! — рявкнул я, запуская процесс того, что портал должен пойти по нитке, найти то место, где вывалилась Арина.

И Элайджа помог.

— Хоть я и бракованный дракон, — тихо произнёс он, вспарывая своё запястье, — но мало ли.

И снова нить заклинаний, руническая вязь стали проступать на портальной арке, и она почти так же засияла мутным цветом набрякшего неба.

— Отец, я надеюсь, что мне кто-то что-то объяснит.

— Если ты сейчас не закроешь портал, — раздалось позади, — я тебя сама лично придушу здесь.

И в этот момент я понял, что Иоланта не выпустит меня, поэтому сработал на опережение — выбросил руку вперёд и кастанул на неё заклятие стазиса. Она его разрушит очень, очень быстро, изнутри разрушит. Но за это время я успею.

— Отец, мне нужно что-то знать?

— Да тебе нужно что-то знать! — холодно произнёс я. — Сейчас Айра непонятно где, непонятно в каком портале, непонятно где вывалилась. Но они все решили за меня, посчитав, будто бы наш эксперимент не будет удачным. И дети лишатся ещё и отца.

— О чём ты? Какой вы эксперимент ставили?

— Ой, не надо мне здесь сейчас задавать вопросы!

Арка полыхнула голубизной. Я, тряхнув плечом, которое кровило, стиснул зубы покрепче.

— Дождись, когда с Иоланты упадёт заклятие. Я скоро вернусь — либо один, либо с Айрой.

Я шагнул в портал. Это не был обычный пространственный переход — слишком много развилок, слишком много холода, причём такого холода, который даже мне, носителю драконьей крови, мешал прорваться сквозь барьеры. И мне казалось, что вот-вот будет финал портальной арки. Мне казалось: вот, вот я вывалюсь с той стороны. Но только когда действительно сделал последний шаг, вывалился я на заснеженном склоне, таком, что неподготовленный в обычных летних туфлях я тут же навернулся, больно ударившись рёбрами о мелкие выступы камней.

— Арина! — рявкнул я, перекрикивая ледяной воздух, а ещё ужасный северный ветер, который бывает только в горах.

Я понял, что меня тащит по склону вниз, и в этот момент взмахнул рукой, обнажая огненную печать. Понял, никуда мы не переместились. Нет никакого другого мира. Либо мы переместились в другой мир, но этот мир с магией, потому что моя при мне. Либо мы в моем мире.

— Арина! — в рот летел снег колючий и почему-то безумно горький. Я вцепился в небольшой выступ и подтянулся, надо было выбраться на ровную поверхность, а склон как будто бы не кончался.

Где я вообще? И что примечательно, здесь время было другое — почти кромешная ночь. Но я отдавал себе отчёт, что здесь может быть просто элементарно разница во времени. Если это северные склоны Арегата, тогда ничего страшного, тогда мы вернёмся домой. Но если это другой мир, то с этим будут большие проблемы.

— Арина! — снова заорал я, и мне показалось, что в голосе зазвучал драконий рёв.

Вот сейчас зверь чувствовал: что-то его отобрали, что-то его ушло навсегда.

— Арина!

Да, дракон чувствовал потерю и не мог её никак принять, поэтому бесновался, поэтому сводил с ума каждым рыком изнутри, своим мельтешением, тем, что не давал сосредоточиться. Но я ж сильнее зверя.

— Молчать, — хрипло выдохнул сам себе, заставляя дракона присмиреть, свернуться в клубок. — Я всё и так знаю.

Но дракон бил лапами и припадал к земле, склоняя голову и вытягивая длинную чешуйчатую шею.

— Арина!

А в ответ — тишина и только завывание ветра, который путался между пиками гор.

Я выбрался, подтянулся. Да, теперь не склон, теперь площадка. Но не пещера, а просто скат, драконьи демоны.

Она же могла не удержаться. Я посмотрел вниз и следом за взглядом пустил несколько световых сфер, которые должны были осветить дорогу вниз. Никого. Дёрнулся, подпрыгивая, слевитировал несколько саженей, подтянулся, хватаясь за очередной выступ. Выше, выше. Где она?

Поисковой маячок сработал практически мгновенно. И заметался среди каменной породы.

— Арина, — хрипло выдохнул я, пытаясь понять, где она.

Но маячок потянуло наверх, выше, ещё выше. Я никогда не был хорошим скалолазом, но сейчас на что только не пойдёшь? Пальцы леденели, и каждый раз мне приходилось запускать драконью регенерацию для того, чтобы справиться с этим подъёмом.

Поисковой светлячок схлопнулся с противным звуком лопнувшей колбы на масляной лампе. Оглушило порывом ветра. Принёс аромат крови. Я взобрался на очередную площадку. Сюда ветер почти не попадал, здесь было тише. Сильно много тише. Здесь было ужаснее.

Разбитый висок. И кровь на нём почти запеклась. Вывернутая под неправильным углом шея.

— Арина, — выдохнул я, дёргаясь и тут же взмахивая ладонью, кастуя заклинание стазиса и магическую руну спасения.

Да, только она была человеком. Да только в ней не было ни капли драконьей крови для того, чтобы на неё подействовала моя магия.

— Арина.

Подняв её на руки, прижал к себе. Ледяная, с синими губами. Пространственный переход разрезал временную петлю: то, что было секундами в Шантильи, здесь могло обернуться более чем десятком минут.

— Арина, посмотри на меня, посмотри, — хрипло попросил я, расстёгивая камзол, стараясь её прижать к телу, чтобы хотя бы драконий жар попытался её согреть.

Сведённые пальцы скользнули по шее. Искал нитку пульса. Ну же, пожалуйста. Один. Два. Он же должен быть где-то здесь. Он же должен был проступить под моими пальцами.

— Арина, не надо. Арина.

Альваро

С третьего раза я смог открыть телепорт в Шантильи. Но поскольку портальная арка была перекорёжена межмировым переходом, сам портал сбоил несколько раз, выбрасывая меня сначала вместе с Ариной на руках, которая уже не дышала, на островах, потом возле водопада Ликинара, и в третий раз только в Шантильи.

Элайджа пристально наблюдал за тем, как я, выскочив из арки, начал судорожно сталкивать все склянки с алхимического стола.

— Что? Что делать?

— Где Иоланта?

— Я её оттащил до диванчика.

Бросив косой взгляд, я увидел, что действительно Иоланта лежала также в состоянии стазиса, но уже на диване.

— Она умирает.

— Так в чём дело? Кастуй заклинание, — холодно произнёс Элайджа.

Я на него посмотрел пристально, в упор, драконьим взглядом.

— Это не твоя мачеха.

Элайджа сделал неуверенный шаг назад, взмахнул руками, губы затряслись.

— А я знал, — зло произнёс он. — Я знал, что от меня что-то скрывают. И то, что это не Айра.

— Она человек. На неё не действует магия.

— На любого человека действует магия, — не поверил Элайджа.

Я щёлкнул пальцами, накладывая аркан, который запускает регенерацию даже у человека. Но ни черта не произошло.

— Этого не может быть. Есть же, есть же манускрипты, говорящие о том, что на человека магия действует.

— Да, если этот человек из магического мира, — у Элайджи забегали глаза.

— Я не верю.

— Произошёл межмировой переход, — коротко, быстро объяснял я, переворачивая склянки одну за одной, пытался найти хоть что-нибудь, что могло помочь. Зелье на основе драконьей крови. Надо было влить, влить в рот.

Пальцами разжал зубы.

— Ну же, давай, давай. Ты же сильная. Ты же взрослая.

— Что с ней произошло?

— Я не знаю. Межмировой переход не сработал. Она вывалилась на севере, в горах. Разбитая голова. Отсутствующее сердцебиение. По-моему, сломана шея.

Элайджа засуетился. И в этот момент я понял, что мне единственное, что может помочь в этом случае — это действительно настоящая, живая драконья кровь. Та самая, которая течёт в жилах зверя, а не человека. Истинная драконья кровь.

— Я обернусь, — произнёс надтреснутым голосом, потому что никогда этого не делал. — Тебе надо будет распороть чешую, набрать в пиалу крови зверя и напоить её.

Элайджа дёрнулся всем телом.

— Ты понимаешь, что это из невозможного?