8. Знакомство

Я переступила порог вслед за хозяином дома и невольно замерла. Не ловушка ли это?

Правда, какая-то уж очень странная.

Внутри пахло травами. Сухие пучки висели над очагом, занимающим половину кухни. Другие листья и корешки булькали в котелке, подвешенном над огнем. Пахло терпко, горьковато, но почему-то успокаивающе.

Мужчина прошел дальше, не оборачиваясь. Я машинально двинулась за ним.

В соседней комнате стояла необычная кровать — на возвышении, как операционный стол. На нее он и опустил Эби.

Девушка и впрямь спала. Дыхание стало глубоким, размеренным, лицо разгладилось. Хотя бы во сне ее покинул страх.

Сощурившись, я смотрела на незнакомца.

— Ты говорил, ей нужна помощь. Как ты собираешься ей помогать?

— Я целитель.

Я вытаращилась на него.

— Оборотень-целитель?

— Да что ты заладила про оборотня? — вспыхнул он. — Стал бы дракон, по-твоему, ютиться в хибаре в лесу?

Кажется, жители этого мира ровным счетом ничего не знают о “классических” оборотнях. То есть о тех, что превращается в волков. А вот в драконов — всегда пожалуйста.

Бр-р-р.

— Но я же видела у тебя клыки, — растерянно проговорила я. — Там, в лесу.

— Какие еще клыки?

Целитель посмотрел на меня с таким искренним недоумением, что я засомневалась в собственной адекватности.

— У меня отродясь клыков не было! Да и с чего бы они у меня были? Я ж не зверь какой!

Я открыла рот. И тут же со щелчком его захлопнула. Нервно рассмеялась.

На ум пришли лекции по психиатрии, которой я когда-то увлекалась. Куда меньше, чем клинической реаниматологией, конечно, но все же.

То, что со мной произошло — конфабуляция, только в реальном времени, а не в прошлом. Игра воображения. Иллюзия восприятия, позволяющая мозгу “дорисовывать” реальность.

Эби кричала про чудовище. Я и ждала его. Приглушенный лунный свет и страх сделали свое дело.

В момент наивысшего страха и напряжения мой мозг увидел то, на что был “настроен”.

— Ты чего? — насторожился целитель.

— Ничего. Я в порядке.

Или буду в порядке, когда все это останется позади.

Он пожал плечами — дескать, тебе лучше знать. Перевел взгляд на спящую Эби.

— Как только она выспится, я начну исцеление.

— Ты опоил ее чем-то, верно? Но когда успел?

Он поднял руку, демонстрируя простой кожаный браслет. Крутанул запястьем, и из плетения выскользнула тонкая игла. На кончике блеснула капля.

— Сонное зелье.

— Зелье? — удивилась я. — Разве целители не лечат прикосновением? Ну, с помощью своих чар?

Во всяком случае, так их обычно изображали в фэнтезийных книгах.

— Да, конечно. Но и зелья могут сослужить хорошую службу. Особенно подобные, с успокаивающим или снотворным эффектом. Полезная штука, когда больные… буйные. — Он вздохнул. — А таких в последнее время большинство.

— Почему?

Целитель пожал плечами. Выйдя из комнаты на кухню, помешал варево в котелке.

— Никто не знает. Что-то в нашей деревне происходит неладное, да только всем все равно. Герцогу особенно.

Меня словно током ударило.

— Герцогу? — сглотнув, переспросила я. — Рейвену Легранду?

Целитель обернулся. В карих глазах мелькнуло удивление.

— Ты знаешь его?

Я покачала головой. И это было правдой — я действительно его почти не знала. Мы виделись с ним лишь пару часов.

И этого хватило, чтобы возненавидеть на всю оставшуюся жизнь.

— Знаю только, что он последняя сволочь, — мстительно прошептала я.

Целитель одобрительно хмыкнул.

— Кстати, я Вейлр, — протянув мне руку, проговорил он.

Я замешкалась. Чужой мир, чужое имя… Однако представляться Айрис не хотелось.

Вейлр явно не испытывает к герцогу теплых чувств. Но может знать о его жене. А объяснять постороннему человеку то, что случилось между нами, мне не хотелось.

Выдумывать же новое имя не хотелось.

— Евгения, — сказала я, пожимая его ладонь.

— Необычное имя, — удивился Вейлр. — Никогда такого не слышал.

— Я не отсюда. Пришла сюда из далеких земель.

Вейлр склонил голову набок.

— И оказалась в лесу одна, ночью? — Он прищурился. — Погоди... ты что, сбежала от элькхе?

— От кого? — не поняла я.

— Ну, элькхе, — повторил Вейлр, пристально глядя на меня. — Эти варвары женщин ни во что не ставят.

Я покачала головой. Однако слова целителя заставили меня задуматься.

Раз он высказал предположение о моем побеге, значит, земли элькхе совсем недалеко. Скорее всего, граничат с герцогством.

Мне нужно быть еще более осторожной. И держаться от этих варваров как можно дальше.

Вейлр воспринял мое молчание по-своему. Поднял руки в примирительном жесте.

— Даже если так, я никому ничего не скажу. Мое дело — лечить, а не доносить. А тебе нужно отдохнуть. Ты едва на ногах стоишь от усталости.

Я потерла переносицу.

— А у тебя можно что-нибудь поесть?

От одной мысли о еде живот предательски заурчал. Громко и требовательно.

Вейл заразительно расхохотался.

— Ох, прости, — выдохнул он сквозь смех. — Конечно, ты хочешь есть! Сейчас, только зелье доготовлю.

Уже пару минут спустя он снял с очага котелок и поставил новый. Загремел горшками и большими жестянками на полке.

Вскоре передо мной на столе стояла глиняная миска с дымящейся кашей. Рядом легла краюха черного хлеба.

Забыв про приличия, я набросилась на еду. Каша оказалась пресной, без соли, но горячей и сытной. Хлеб — грубым, с отрубями.

— Лучшая еда в моей жизни, — с набитым ртом сообщила я.

В новой — так уж точно.

Вейлр смотрел, как я уплетаю кашу, и улыбался.

— Я ем только то, что деревенские приносят, — сказал он с толикой смущения. — Денег у них немного. За мою помощь отдают кто что может. Кто хлеба даст, кто крупы, кто корнеплодов, кто ягод.

Я оторвалась от миски.

— Так что же все-таки произошло в деревне? И почему Эби убегала от тебя? Почему называла чудовищем?

Улыбка Вейлра погасла.

— Одним богам ведомо, что это за напасть, — тихо проронил он. — Я лишь знаю, что заболевшие ею видят в людях монстров. В тех, кто, как им кажется, угрожает им.

Я замерла с ложкой у рта. Это еще как понимать?

— Сначала я думал, у больных лихорадка, горячка. Они кричали от ужаса, называли меня чудовищем. Монстром. Зверем.

Невероятна. Неужели эта загадочная напасть меняла сознание людей?

Я открыла было рот, чтобы расспросить Вейлра подробнее… Но тут раздался стук в дверь.

Мощный, оглушительный.

Сердце пропустило удар, ложка выпала из моих рук и звякнула об пол.

Я вскочила, охваченная плохим предчувствием. Даже Вейлр насторожился.

Стук повторился и стал лишь громче. Как в замедленной съемке я наблюдала, как Вейлр направляется к двери.

Что, если это герцог? Вдруг он передумал? Или его кровожадная любовница велела все же убить меня?

9. Помочь Эби

Дверь распахнулась с таким грохотом, что я подпрыгнула.

В проеме застыл мужчина. Огромный, высоченный, широкоплечий, он заполнял собой весь дверной проем. Ручищи — каждая толщиной с мою ногу. Лицо красное, злое, глаза мечут молнии.

Предчувствие не обмануло — от этого человека исходила отчетливая угроза.

Но это был не герцог. Слава богам, не он.

— Где моя дочь?! — рявкнул мужчина.

Вейлр выставил перед собой руки в успокаивающем жесте. Однако это все равно что пытаться утихомирить разгневанного быка.

— Томас, тише. Эби здесь. С ней все в порядке. Я пытаюсь ей помочь.

— Помочь? Так же, как помог моей жене?!

Мужчина шагнул внутрь. Пол старенькой хижины жалобно скрипнул.

— Тебе напомнить, что с ней случилось? Она убежала от меня, как от прокаженного. И сгинула в этом треклятом лесу!

— Томас, я делал все, что в моих силах. И делаю до сих пор.