Судя по характеру порезов и тому, что я видела под разорванными жилетом и рубашкой, его пытали.

Не Хаальд, конечно. Он бы не стал.

Я внимательно осматривала раны, как вдруг пленник заговорил.

— Айрис? — ошеломленно спросил он.

Я в то же мгновение узнала этот голос, несмотря на его слабость и хрипоту.

Холодея, подняла взгляд.

Передо мной на цепях висел Рейвен Легранд. Мой бывший муж.

57. Быть рядом

Я буквально остолбенела.

Рейвен Легранд висел на цепях в подземелье элькхе, избитый и окровавленный. И смотрел на меня с тем же презрением, что и прежде.

— Айрис, — прохрипел он. Его разбитые губы растянулись в ухмылке. — Значит, мой план удался. Ты — рабыня. Пленница этих варваров.

Я расправила плечи и приподняла подбородок, заглядывая этому уроду прямо в глаза. Точнее, в единственный открытый.

— А ты нет? — с достоинством осведомилась я.

Он побледнел. Глаз сузился, в нем вспыхнула ярость. Но ответить Рейвен не успел.

— Вы знакомы? — раздался голос Хаальда.

Он стоял чуть позади меня, но я отчетливо чувствовала исходящее от него напряжение.

— Почему он называет тебя Айрис?

— Потому что она — Айрис Торнвуд, — выплюнул Рейвен. — Моя бывшая жена.

— Которую ты лишил магии, чтобы передать ее своей любовнице, — процедила я. — И продал на рынке, как вещь.

Рейвен перевел взгляд на Хаальда. Ухмылка вернулась на его лицо.

— Может, я заслуживаю послабления за то, что привел вам такую лакомую добычу? Вы уже успели ее опробовать?

Меня всю передернуло от отвращения. Руки сжались в кулаки.

Хаальд шагнул вперед.

— Я скажу, чего ты заслуживаешь.

Он ударил.

Резко, коротко, без замаха. Кулак встретился с лицом Рейвена. Голова герцога мотнулась в сторону. Из носа хлынула кровь.

Рейвен ошарашено таращился на Хаальда.

“Элькхе, который заступился за рабыню?” — вот что сквозило в его взгляде.

Я прикрыла глаза, делая глубокий вдох.

Галатия, спасибо тебе за то, что в этом мире я очнулась только в момент развода. И мне не пришлось делить постель с этим мерзким напыщенным червяком.

Я взглянула на Хаальда.

— Что он здесь делает?

— Он колдун. Или маг. Или как вы, даневийцы, называете таких, как он? В общем, он использовал свой дар, чтобы вытянуть магическую силу из вождей и передать ее Торварду.

Я вскинула брови. Разумеется, я помнила его бывшего соратника. Того, кто отплатил за спасенную Хаальдом жизнь предательством и уходом из Дома Торн.

— Так Торвард завладел силой ульгрима.

Вот значит как…

Я повернулась к герцогу. Едко осведомилась:

— Что, не договорились с ним о цене? Или он не предложил цену вовсе? Поэтому тебя пытали, пока ты не согласился? Ведь ты вряд ли так принципиален, что отказывался красть у чужих людей дар. Раз сделал это с собственной женой.

Рейвен стиснул зубы, мрачнея с каждым моим словом.

Значит, я угодила в цель.

— Хорошо. Надеюсь, это было больно.

Я подошла к нему вплотную.

Рейвен дернулся, прижался спиной к стене. Его взгляд в панике заметался по моим рукам, будто он ждал, что в них окажется оружие.

Герцог что, боялся меня? Хрупкую молодую женщину, которую когда-то вышвырнул на улицу?

Видимо, уловил нечто новое в моем тоне и в моих глазах.

Да, урод, я не Айрис. И жизнь среди элькхе еще больше закалила меня.

Я бесстрастно осмотрела его. Ощупала ребра — кажется, целы. Проверила пульс — частый, слабый. Гематомы на лице и корпусе. Обезвоживание, запавшие глаза. Некоторые порезы и более глубокие раны воспалены.

— Его жизни ничего не угрожает, — заключила я, глядя на Хаальда. — Но он потерял много крови. Нужно обработать раны и напоить восстанавливающим зельем.

— Ты будешь его лечить? — с нескрываемым удивлением спросил он.

Я пожала плечами.

— Я врач. Кроме того, у него будет ребенок. Уж лучше такой отец, чем никакого.

Тут же задумалась: а так ли это?

Для ребенка, который появится на свет, может, и лучше вовсе не знать этого человека. Но я не имею права решать за него. И уж точно не оставлю Рейвена медленно умирать от заражения крови. А оно непременно начнется, если не обработать раны.

— Я принесу все необходимое.

Хаальд кивнул. Его взгляд скользнул по Рейвену, и в голосе зазвенела сталь:

— А я пока присмотрю за твоим гостем.

Почудилось, что герцог поежился.

Я вернулась несколько минут спустя, но не одна, а с Лейзой.

Она несла миску с теплой водой и чистые тряпицы, я — флаконы с мазями и зельями. Рейвен смотрел на нас обеих исподлобья и с явным подозрением. Хаальд небрежно прислонился к стене, сложив руки на груди.

— Сегодня ты будешь наглядным пособием и манекеном, — почти ласково сказала я Рейвену.

Я уже не раз объясняла Лейзе, как правильно промывать рану, чтобы не занести грязь. Как накладывать мазь — тонким слоем, не втирая, чтобы не повредить воспаленную кожу. Как бинтовать запястья — не слишком туго, чтобы не нарушить кровоток.

Теперь же мне выпал шанс проверить, чему она научилась.

И да, Лейза была не самой старательной из моих учениц. Но ведь все мы когда-то начинали… Учения без практики не бывает, верно?

А у нас как раз появился своеобразный медицинский манекен-тренажер.

Под моим надзором Лейза приступила к обработке и перевязке. К отсутствию всяческого опыта прибавилось то, что она резковата и несколько… равнодушна.

Перетянула повязку на левой ноге так, что Рейвен зашипел. Надавила на рану на груди, заставив его дернуться и выругаться сквозь зубы. Мазь в ссадины втирала слишком сильно, задевая поврежденные ткани.

Я поправляла ее, наставляла на будущее, но позволяла продолжать.

К концу лечения Рейвен был еще бледнее, чем прежде. Я заглянула ему в глаза.

— Ну что, нравится чувствовать себя бездушной вещью?

Рейвен молча буравил меня ненавидящим взглядом.

Я кивком отпустила Лейзу. Бросила грязные тряпки в миску с отваром. Хаальд вызвался помочь донести до комнаты рядом с кухней таз с водой.

На днях я убедила его, что еда и зелья должны вариться и храниться в разных комнатах. Так что рядом с кухней я оборудовала нечто среднее между аптечным пунктом и алхимической лабораторией. Хаальд соорудил там очаг, грубый стол и шкаф для снадобий.

— Мне называть тебя Айрис? — спросил он, задумчиво глядя на меня.

Я покачала головой.

— Айрис Торнвуд больше нет.

Слова прозвучали горько, но быть правдой от этого не перестали.

Женщина, чье тело я носила, исчезла. Растворилась в прошлом, которое я не выбирала.

— Мне понравился урок, который ты преподала бывшему мужу.

— Надеюсь, Рейвен его запомнит. — Я усмехнулась. — Хотя с большей вероятностью он просто возненавидит меня. И при любом удобном случае отомстит.

— Я никогда этого не допущу, слышишь? — твердо сказал Хаальд. — Никто не посмеет причинить тебе боль.

От его слов что-то перевернулось у меня внутри.

Я смотрела в темные глаза Хаальда и чувствовала, как стена льда, что держала меня на расстоянии от него, неумолимо тает. Хочу я этого или нет.

Но…

— Никто не посмеет причинить мне боль, пока я служу вам, верно?

Он с досадой поморщился. Поправил:

— Пока я рядом.

В воздухе повисло невысказанное. Мы молча стояли друг напротив друга в пропахшей травами комнатке.

Уверена, Хаальд думал о том же, о чем и я.

Он — хозяин, господин. Я — его рабыня.

Между нами не может быть ничего.

Но почему тогда он смотрит так, будто хочет признаться, что хочет быть рядом со мной… всегда?

58. Другой путь

Хаальд

Я смотрел в глаза Евгении и не мог заставить себя отвести взгляд.

Мир, казалось, остановился. В груди разгоралось что-то теплое, живое. Не то, что приходило с силой Галатии. Другое. Свое.