Я молчала под его испытующим взглядом.

Поверит ли мне герцог? Он ведь и впрямь наверняка думал, что я в последнее время веду себя странно.

Интуиция подсказывает, Айрис, его настоящая бывшая жена, не огрызалась и не задавала лишних вопросов. Иначе она бы не допустила, чтобы Кларисса и Рейвен так легко обвели ее вокруг пальца.

— Тебя воспитывали как дикарку, — не скрывая презрения, проговорил герцог. — В тех краях, откуда ты родом, магия не в чести. Тебя учили скрывать ее, прятать. И ни в коем случае не использовать. А знаешь, что я еще я узнал уже после свадьбы?

Рейвен угрожающе надвинулся на меня, но я подавила порыв вжаться в стену.

Лишь приподняла подбородок, с вызовом глядя ему в глаза.

— Я узнал, что женщины, благословленные Сестрой Очага, не могут зачать свое собственное дитя. Такова цена их силы.

— Поэтому ты возненавидел меня?

— Мне нужен был сильный наследник! — рявкнул Рейвен. — Который унаследовал бы мой дар!

— Красть чужие дары? — усмехнулась я.

Герцог дернулся, будто я ударила его.

— Замолчи.

— Но это правда, — пожала я плечами. — Ты — вор. Украл у жены ее силу, отдал любовнице…

Терпение Рейвена лопнуло. Он схватил меня за грудки, притянул к себе. Ткань платья под его руками протестующе затрещала.

— Я спрашиваю в последний раз. Откуда. В тебе. Эта сил?

— Не знаю, — выпалила я ему в лицо. — Она просто проснулась во мне. Я варила зелья, и она проявилась.

Рейвен смотрел на меня несколько долгих секунд. Потом медленно разжал пальцы.

— Что ж, давай проверим, что это за магия, — вкрадчиво проговорил он.

Он толкнул меня к стене, прижал к холодному камню. Ладонь легла мне на грудь — туда, где билось сердце.

И снова я чувствовала, как из меня тянут силы — сильнее, отчетливее, чем это было с Вейлром.

Возможно, оттого, что сейчас мою магию забирали без спроса. Без моего желания.

Рейвен просто брал все, что хотел.

Я протестующе вскрикнула. Дернулась, пытаясь вырваться. Лягнуть, ударить, укусить.

И вдруг все прекратилось.

Рейвен отшатнулся. Его лицо исказилось от боли. Он схватился за грудь, упал на колени и закричал.

Пронзительно, страшно, будто его жгли изнутри.

— Нет! Не отдам!

Я ошеломленно смотрела на герцога, прижимаясь к стене, и не понимала, что происходит.

Руки бессильно повисли вдоль его тела как плети. Он медленно поднял голову.

В его глазах застыло такое опустошение, что мне стало страшно.

— Моя сила, — прошептал он. — Вся моя сила... исчезла.

— Что?

Рейвен тяжело поднялся. Бросился ко мне, схватил за плечи, тряхнул — раз, второй.

Моя голова с глухим стуком ударилась о стену.

— Что ты сделала?! — заорал он, брызжа слюной. — Как ты ее забрала?!

— Я ничего не делала! — закричала я в ответ, пытаясь вывернуться.

— Ты забрала мою силу! Ты! Пустышка! Ничтожество!

Держа меня за горло, он приблизил свое лицо к моему. В глазах — ярость. А еще — жгучая ненависть.

— Кларисса была права. Я действительно трус. — В голосе Рейвена звучала мука. — Я не могу убить тебя, хотя так было бы проще.

Он разжал пальцы. Я сползла по стене, хватая ртом воздух.

— Но я придумал для тебя наказание получше. За то, что отобрала мою силу.

— Я не отбирала! — выдохнула я.

Он не слушал.

— Льюис! — крикнул он, не оборачиваясь.

Дверь открылась. На пороге возник один из стражников.

— Слушаю, ваша светлость.

Рейвен выпрямился. Поправил камзол. Посмотрел на меня с таким превосходством и предвкушением, что у меня внутри все оборвалось.

— Отвези ее на невольничий рынок. И продай.

У меня кровь застыла в жилах.

— Что?

— Посмотрим, поможет ли тебе твоя магия, когда ты станешь вещью, — холодно улыбнулся Рейвен.

— Нет, — прошептала я. — Нет, ты не можешь...

— Могу. — Он шагнул к двери. — Я герцог. Я могу все.

Стражник схватил меня за локоть, повел вверх по лестнице. Ноги не слушались, я спотыкалась, падала, но он продолжал волоком тащить меня вперед. Пыталась вырваться — бесполезно.

— Прощай, бывшая жена, — донесся мне в спину голос Рейвена.

Я его почти не слышала. В голове билась только одна мысль: меня повезут на невольничий рынок.

Чтобы продать, как вещь.

22. Невольничий рынок

Наш путь продолжался несколько часов.

Находясь словно в полузабытьи, я смотрела прямо перед собой. Шторки на окнах все равно были плотно задернуты, так что я не видела ничего.

Знала лишь, что мы долго ехали по главному тракту, затем повернули куда-то, а потом еще и еще. Никакой пользы эта информация принести мне не могла, а расспрашивать стражей Рейвена было бесполезно.

Так что я откинулась на спинку сидения и, прикрыв глаза, ждала, когда закончится выматывающая дорога. Меня страшило то, что ждало нас за пределами родного города. Но неопределенность казалась еще страшнее.

Любой путь рано или поздно закончится. Этот подошел к концу куда быстрей, чем я предполагала. Ожидала, что меня вывезут за пределы герцогства Легранд, а потому путь займет несколько дней. Однако меня, вероятно, привезли в какой-то приграничный город.

Ворота распахнулись. Карета загромыхала по мостовой.

Миновав несколько улиц, мы остановились на широкой, просторной площади. В самом центре возвышалась статуя мужчины, держащего в руках мешочек монет. А поодаль я увидела помост с установленными на нем деревянными шестами.

Карета остановилась. Стражи Рейвена схватили меня за локоть и вытащили наружу.

Что бы ни находилось здесь раньше – площадь для увеселений, где проходили городские праздники, или рынок, изобилующий специями, фруктами, овощами и мясом, теперь это место превратили в рынок рабов.

У помоста застыли повозки, прибывшие из других городов. Клетки с живым товаром – испуганными, бледными девушками, женщинами и даже старухами. Их окружали рослые, широкоплечие мужчины. Те самые варвары-элькхе.

Раздался скрежет задвижек – пленниц выпускали на свободу, которую вот-вот у них же и отберут. Времени до торгов, вероятно, осталось немного.

Я закусила губу, чувствуя змеей свернувшийся в животе холодный, скользкий страх.

Пока меня держали за локти, один из стражников Рейвена подошел к широкоплечему мужчину с замашками истинного варвара. Тот, глядя на меня, оскалился.

Какое у людей герцога может быть дело с работорговцем? Охранник говорил с ним так, будто хорошо его знал. Будто это далеко не первая их встреча, и тот уже не раз оказывал ему — или самому герцогу — некие… услуги.

Я услышала и его имя — Кьярго. И накрепко запомнила его.

А вместе с тем элькхе одну за другой повели рабынь на помосты. Поставили возле деревянных шестов и связали за спиной руки. Тем самым лишая возможности побега и позволяя покупателям по достоинству оценить живой товар.

Кьярго схватил меня за локоть и заставил подняться на помост. А после привязал тоже. Задерживаться рядом со мной не стал.

— Я Роуз, — заметно нервничая, представилась светловолосая девушка примерно одного со мной возраста.

Ее привязали к соседнему шесту.

Я до сих пор находилась в некотором оцепенении, потому в первое мгновение решила не отвечать. Мне сейчас не до новых знакомств. Да и какой в них смысл?

Все равно нас разбросают по разным уголкам чужой земли.

Взгляд против воли метнулся к элькхе, дожидающихся начала торгов. Что-то холодное снова заворочалось в желудке.

Я прикрыла глаза, по капле собирая остатки храбрости.

Нет, глупо сейчас блуждать в собственных мыслях. Я знаю, как далеко они могут завести.

— Я — Евгения.

— Оу, чужестранка? — почему-то обрадовалась Роуз.

Я усмехнулась.

— Можно и так сказать.

Задумалась. А ведь эта девушка откуда-то отсюда, а значит, знает местные порядки. Может, знает и что-то об элькхе?

— Роуз… Почему здесь только девушки?