Проходя мимо элькхе, я видела, как чуть заметно дрогнули его плечи.

Наверное, каждый житель империи ненавидел и боялся немых Знающих. Не так-то просто смириться с мыслью, что твои мысли для кого-то — открытая книга.

Вот только наемник и не подозревал, что мой страх сейчас в разы больше его собственного. Он настолько силен, что почти осязаем.

Каждая клеточка моего тела словно онемела, хотя я и продолжала идти. В голове звенело. Мысли лихорадочно метались в ней, словно рой разбуженных пчел.

Сама не знаю, как умудрилась не потерять сознание и ничем себя не выдать. Упрямо продвигалась вперед на ватных ногах, пока по спине бежал холодок.

В голове вдруг осталась одна-единственная мысль. Какое препятствие ни встанет на моем пути, сколько лишений ни придется пережить в моем странствии, в дом Воргата я больше не вернусь.

И это знание меня окрыляло.

Я уже ощущала вкус свободы на языке. Ветер в волосах, сладковатый свежий воздух, до отказа наполнивший легкие…

Когда до двери оставалась лишь пара шагов, она вдруг… распахнулась. Кто-то сильный, неистовый попросту выбил ее ногой.

А вот и он.

Рослый, широкоплечий элькхе в кожаной броне. Густая щетина, бритые виски и при этом — длинные волосы, часть которых заплетена в косицу.

Истинный варвар, напомнивший мне викингов из истории моего родного мира.

Все это я умудрилась рассмотреть за несколько мгновений, растянувшихся на целую вечность. За спиной элькхе обнаружились его собратья.

Они ринулись в особняк. Смели наемника, который попытался оказать им отпор, словно щепку. А их вожак — это было очевидно по его манере держаться и взгляду — остался стоять напротив меня.

Но хуже всего, что снаружи я видела и двух других элькхе. Наверняка они были приставлены для того, чтобы не позволить никому покинуть особняк живым.

Как это возможно? Как вторжение в Дом Воргат совпало с моим единственным шансом на побег?!

А вожак-элькхе направился прямо ко мне.

Я обреченно прикрыла глаза. Роуз ошиблась. Мой путь не освещают звезды.

Мой путь — непроглядная тьма.

38. Чужестранка

Хаальд

*тремя днями раньше

Все, что у меня осталось, это горстка самых преданных людей. Воинов, готовых идти за мной, несмотря ни на что.

Еще несколько несколько женщин, включая рабынь, пара детей и стариков — те, кто не встанет в строй. И, конечно, Герда.

Ей становилось хуже. Кожа бледная, как воск, глаза запавшие, дыхание тяжелое, с хрипами. Она снова перестала вставать.

Некогда набирающий силу Дом Торн уменьшился в несколько раз и превратился в жалкий отряд с родней и прислугой.

— Что будем делать дальше? — спросил Торвард, становясь рядом со мной у стола.

На ней была разложена карта Эль Кхары с точками, обозначающими чужие дома и нейтральные или незанятые земли.

— Начинать все с нуля, — пожал я плечами. Поправился: — Почти с нуля. У нас остались угодья, укрепления и припасы.

— Вот только каждый, кто ушел, знает все наши уловки и слабости, — заметил Торвард. — А еще, где находятся посты и тайники, где мы выставляем дозорных и где прячутся разведчики.

— Знаю.

— Надо было убить их.

Я посмотрел на него.

— Там были те, кого ты называл братьями.

— Были. Но они выбрали другую сторону. Значит, теперь они враги.

Может, он и прав. Но убить своих, даже предавших, я не мог.

— Будем работать с тем, что есть.

— И? Какая наша цель?

Склонившись над картой, я постучал ногтем по одной из точек.

— Дом Воргат.

— Они сильнее нас.

— Были сильнее. — Я ткнул пальцем в лежащие рядом донесения. — За последний месяц они ввязались в несколько битв. Потеряли немало людей. Сейчас они слабы как никогда.

— А мы?

— А мы отчаянны.

Торвард усмехнулся.

— Что скажешь людям?

— Правду. Что другого выхода нет.

Через полчаса все члены Дома Торн собрались в зале совета. Ульгр благословенный, как же нас мало…

— Мы идем на Дом Воргат, — сказал я без предисловий. — Они ослаблены войнами. Но у них есть ресурсы, оружие, люди. Нам нужно все это.

Владения Гаена Воргата находились далеко, а потому

— Их больше, — подал голос Олав.

— Знаю. Поэтому будем брать не числом, а хитростью.

Я кивнул Торварду. Он вытащил мешок и высыпал содержимое на длинный стол.

Склянки с мутной жидкостью. Стрелы с темными наконечниками. Несколько гильз с порохом.

— Что это? — спросил один из братьев Скель.

Они были близнецами, и я никогда их не различал.

— То, что поможет нам победить.

— Магия? — поморщился он.

— Нет. В склянках — особое масло, которое хорошо горит. Если поджечь и бросить гильзу с порохом — взорвется. Так делают солдаты Империи. На стрелах — яд. Сразу не убьет, но врагу будет не до боя. По периметру возле дома можно расставить ловушки.

Воины переглядывались. Я видел сомнение в их глазах.

Элькхе не привыкли сражаться с помощью хитростей, уловок и обманных ходов. Мы привыкли побеждать в честной, прямой борьбе.

Я оперся о стол, обвел взглядом каждого воина.

— Вы приняли то, что у нас нет ульгрима. Вы знаете, что мы уступаем всем Домам числом. Мы можем восполнить все это лишь особой тактикой и подручными средствами. Если вы хотите выжить — придется драться не по правилам. Но если мы победим, мы заслужим благосклонность Ульгра. Докажем ему, что мы сильны, несмотря ни на что.

Мои воины покивали вразнобой.

Несколько часов спустя мы отправились в поход.

Три дня мы сидели в засаде. Наблюдали. Считали караульных, отмечали смены, искали слабые места и подходящие точки для ловушек.

Припасов взяли впрок, чтобы высидеть так хоть неделю кряду.

Но уже на третью ночь нам улыбнулась удача. Быть может, Ульгр оценил нашу находчивость?

Или увидел наше отчаяние и в кои веки решил помочь?

— Смотри, — Торвард ткнул пальцем в сторону главного дома.

На верхнем этаже загорелся свет.

Нет, не свет — пламя. Небольшое, но яркое.

— Пожар? — изумился я.

Да, мы хотели устроить нечто подобное. Но все склянки с маслом и гильзы с порохом оставались при нас.

— Похоже на то.

В доме поднялась паника. Караульные отвлеклись, замешкались. Часть побежала в дом.

Я лихорадочно соображал. Мы не успели как следует подготовиться. Не успели продумать план и расставить ловушки.

Но не воспользоваться таким шансом — несусветная глупость.

— Выступаем сейчас.

Мы ударили с двух сторон. Склянки с маслом и стрелы с ядом полетели в охранников.

Огонь теперь полыхал и снаружи.

Мы ринулись к дому, из верхних окон которого валил дым. Ворвались туда через главный ход. Я застыл на пороге.

Потому что прямо передо мной стоял человек в черном балахоне до пола и серебряной маской на лице.

Знающий.

Я слышал, что некоторые вожди обращались к колдунам Эллас. Но таких элькхе презирали, считали слабыми.

Вот только мне нечего терять. Дом Торн истощен, ослаблен, и помощь Знающего нам не помешает.

Я легко скрутил Знающего. Торопливо связал ему руки за спиной. Что-то в нем, пусть и наглухо закутанном в черное, казалось мне странным. Но я отмахнулся от посторонних мыслей и оставил пострадавшего в схватке Олава наблюдать за магом.

Часть воинов во главе с Торвардом бросилась вверх по лестнице. Другая рассредоточилась по первому этажу. Я был среди них.

Вести бой в доме не так-то просто, но нам помог внезапно вспыхнувший пожар. Как и эффект неожиданности.

Когда все закончилось, я велел связать даже вождя и вывести всех пленных во двор. Огонь тушить было уже некому. С каждым мгновением он лишь разгорался.

Я оглядывал пленных, когда Торвард вывел еще одного — худого мужчину в одном исподнем, с изуродованным шрамами лицом. Вождь, Гаен Воргат, в этот момент бросил на Знающего свирепый взгляд.