— Молоть травы и кристаллы для зелий. Делать простые снадобья. Это пригодится, если на нас нападут снова.

Что-то подсказывало мне, что тот всплеск силы Галатии, который я застала, скорее порыв. Это не будет происходить постоянно.

— Вы сами знаете, что нам грозят новые вторжения. Пока воинов мало, каждый из них на счету. А когда их станет больше, я перестану справляться. Кроме того… Я сбиваюсь с ног.

Не в моих привычках жаловаться, особенно находясь в положении рабыни. Но в данном случае Хаальд должен знать, как обстоят дела.

— Я пытаюсь найти способ исцелить Герду, но времени катастрофически не хватает. Ведь я пытаюсь наделать зелий впрок и помочь тем раненым, которых зацепили воины Болго.

Увы, снадобья при всей своей силе — не волшебное заклинание, в одно мгновение излечивающее любые раны. При тяжелых ранах их нужно принимать постоянно, постепенно повышая концентрацию и готовить мази для смены повязок.

Хаальд молчал, разглядывая меня. Я выдержала его взгляд.

— Хорошо, — наконец бросил он.

Я гадала: дело в том, как сильно он хочет исцелить Герду? Или в доверии ко мне?

Или в том, что он, как и я, понимает: грядут тяжелые времена?

Главное, разрешение было получено.

Обучать женщин лекарству я начала в тот же вечер.

Вместе с Лейзой, Кэтрин и Альтид мы собрались на кухне главного дома, после ужина, когда воины разошлись по своим делам.

Для начала я показала Лейзе и Кэтрин, как молоть травы, как высушивать корни, чтобы они дольше хранились (на случай, если нам перепадут свежие коренья от местных торговцев) и как вообще их правильно хранить, чтобы не отсырели и не потеряли своих полезных свойств.

Альтид и сама делилась опытом — ведь он у нее куда богаче моего.

Лейза и Кэтрин слушали, ловили каждое слово. Кажется, именно для этого мы здесь и собрались, но…

— В следующий раз я покажу вам, как готовить базовые зелья, — заговорщицким тоном сказала я.

И тогда начнется настоящее обучение лекарскому мастерству.

Пока я занята с Лейзой и Кэтрин, Альтид будет читать мои книги. Я объясню ей все, что успела узнать сама. И потом мы вместе займемся более сложными зельями, призванными помочь Герде.

Я воодушевленно смотрела на Альтид, которая обводила пальцем схему в книге, на Лейзу, растирающую в ступке корень огневки, на Кэтрин, которая уже рвалась готовить снадобья вместо того, чтобы “просто толочь”…

Может, именно для этого я и оказалась здесь?

Не просто выжить. Не просто сбежать. А получить возможность дать этим женщинам то, чего у них не было.

Знания. Силу, таящуюся в лекарском мастерстве.

Шанс стать кем-то большим, чем просто бесправной рабыней.

51. Будь моим Истоком

Хаальд пришел на кухню, когда я уже гасила лампы и собиралась тушить очаг.

— Не уходи, — негромко обронил он.

Я замерла с поднятой рукой.

Хаальд стоял в дверях. Я впервые я видела его таким — не хмурым или мрачным, не яростным, не отстраненным.

Он казался уставшим до самой глубины души.

Нет, дело не в физической усталости. Что-то терзало, беспокоило его.

— Господин, что-то случилось?

Хаальд поморщился. Будто не хотел, чтобы я так его называла.

— Я хочу, чтобы ты стала моим Истоком. То есть… стала Истоком для меня. И помогла мне понять свою силу.

Хаальд прошел мимо меня к окну, застыл напротив.

— Сейчас я не контролирует ее. Она возникает, помимо моей воли. Приходит в моменты отчаяния или ярости.

Он сжал кулаки, положил их на стол. Я смотрела на его руки, оголенные до самых плеч, — сильные, грубые, покрытые рубцами. Боюсь представить, сколько шрамов на его груди и спине.

Почему внутренний свет Хаальда их не исцелил?

Может, он сам не позволил?

— Я хочу управлять этой силой. Как орудием. Чтобы она подчинялась мне, а не наоборот.

— Зачем? — вырвалось у меня.

— Что? — удивленно спросил Хаальд.

— Зачем вам эта сила? Во время нападения Дома Болго я видела, как вы сражаетесь с топором. Умело. Яростно. Вы и без света Галатии искусный воин.

Я не отговаривала его, конечно. Просто хотела знать.

Хаальд смотрел на меня тяжелым взглядом. Я уже думала, что не ответит.

— Я устал, — наконец выдохнул он.

Это не просто признание. Не готовность расписаться в собственной слабости.

Это крик человека, который слишком долго носил броню и не снимал ее даже ночью.

Быть может, даже наедине с самим собой.

— Мне давно уже претит причинять боль. Разрушать. Убивать. Но только это я и умею. Я устал от войны, но не могу иначе. Моему Дому нужна сила. Нужны воины. А элькхе понимают только один язык — язык силы. Только за таким вождем они готовы идти.

Я находилась среди элькхе достаточно, чтобы понять правоту его слов. Вот только слово “сила” я бы заменила на “насилие”. Ведь именно это и происходило в Эль Кхаре каждый божий день.

А сила может быть мягкой. Она может быть иной.

— Тем, что я принял силу Галатии, я оттолкнул от себя многих своих людей. Я добровольно записал себя в изгои. — Хаальд говорил глухо, глядя в стол. — И, честно говоря, я удивлен, что некоторые воины все же остались. Вряд ли потому, что верят в свет. Просто… верят мне.

Он поднял глаза.

— И тогда я подумал… Что, если среди элькхе есть такие же, как я? Не слабые, как я считал раньше. Уставшие проливать кровь во имя могущества собственного Дома или своих вождей. Что, если они примкнут ко мне, первому элькхе с даром Галатии? Да, вечную войну в Непримиримых Землях этим я не остановлю. Но перестану обагрять свои руки кровью. И смогу стать защитником, как ты и сказала.

Я не ждала от Хаальда такой пылкости и… откровенности.

Он до сих пор оставался для меня главной загадкой Эль Кхары.

Человек, который мог быть жестоким лидером, но при этом заботился о своей рабыне. Мрачный, умелый воин, как оказалось, уставший от вечного кровопролития. Огромный, сильный элькхе, взгляд которого в редкие минуты становился лукавым, взволнованным или мягким.

Но я не ожидала, что он будет говорить так, будто снимает слой за слоем, обнажая саму душу. Не ожидала, что он откроется мне — рабыне, чужачке, почти незнакомке.

— Спасибо, что были честны со мной, — тихо сказала я.

— Я знаю, что ты никому не расскажешь о моих словах. — Хаальд усмехнулся, но усмешка вышла какой-то горькой.

— Не расскажу. Но не из-за страха перед вами.

Он выпрямился и сложил руки на груди. Сощурив глаза, окинул взглядом.

— Я не чувствую, чтобы ты вообще боялась меня.

Я закусила губу, пряча улыбку. Пожалуй, стоит пощадить его самолюбие и ничего на это не отвечать.

— Я сделаю все, чтобы помочь вам, — посерьезнев, пообещала я.

— Почему?

Ясно, теперь за каверзные вопросы вопросы отвечал Хаальд.

— Я хочу показать, что для вождя есть иной путь. Путь света, защиты, исцеления и помощи другим. А не крови и боли.

Хаальд смотрел на меня так, будто видел во мне нечто новое. То, чего не замечал прежде.

Но сейчас моя роль и впрямь становилась иной. Мне выпал шанс почувствовать вкус истинной магии. И из рабыни и простой лекарки стать Истоком.

— Я попробую усилить ваш свет.

— Что мне нужно сделать? — с готовностью спросил Хаальд.

— Сделать нужно мне, — невольно улыбнулась я. — Коснуться вас… Если вы позволите.

Помедлив, он проговорил:

— Позволю.

Почему Хаальд смотрит на меня… так? Почему его голос звучит так хрипло? И почему, черт возьми, все это кажется таким волнующим?

Я выбросила посторонние мысли из головы и шагнула к нему. Могла просто коснуться его плеча, как делала это с Вейлром.

Но почему-то мне захотелось коснуться рук Хаальда. Вложить свои узкие ладони в его.

Мысль о том, насколько двусмысленный это жест, мелькнула слишком поздно. И все же Хаальд не отвел рук, когда я протянула свои. Не вздрогнул, когда я коснулась его ладоней.