Поняв, что по внешнему виду ничего не разобрать, военачальник положил ладонь на массивную рукоять своей тяжелой портупеи и раскатисто, громогласно расхохотался:

— Я генерал Истомин! Позволь узнать, как звать-величать тебя, юный герой? Нам определенно стоит познакомиться поближе и пропустить по чарке за такую славную встречу!

Его зычный голос прозвучал подобно удару храмового колокола, отчего у уставшего Алексея на секунду снова заложило уши.

Алексей удивленно сморгнул и на автомате произнес: — Так вы и есть легендарный генерал Истомин — Договорив, он округлил глаза и принялся заново, с ног до головы, разглядывать этого еще не старого, но уже умудренного опытом военачальника.

Имя этого человека Алексей мельком слышал еще в своей прошлой жизни, так как же он мог теперь сдержать легкий трепет и волнение от личной встречи?

Его бурная реакция искренне позабавила военачальника. Тот открыто, добродушно рассмеялся: — Истомин — это действительно я. Вот только слово «легендарный» — слишком громкое, сей скромный слуга его явно не заслужил. Так что заберите-ка, господин, эти похвалы обратно.

Никогда прежде не слышав столь необычной и скромной формулировки от высокопоставленного чина, Алексей на секунду растерялся. Не понимая, говорит ли генерал от чистого сердца или же тонко над ним подтрунивает, он натянуто улыбнулся и ответил: — Что ж, генерал, тогда приберегите эти слова на будущее. В конце концов, признание вашей славы — это лишь вопрос времени.

Истомин раскатисто хохотнул: — Ну, раз так, то ловлю вас на слове! Я приложу все усилия, чтобы оправдать ваши ожидания.

Теперь Алексей окончательно убедился, что генерал человек прямой и бесхитростный. Юноша мысленно отметил: «Похоже, сейчас он надо мной не иронизировал».

В этот момент стоявший рядом Никита решил официально представить их друг другу. Он повернулся к Алексею и пояснил: — Генерал назначен императорским указом на должность командующего гарнизоном. Он со своим войском проходил маршем мимо нашего окружного города и как раз наткнулся на гонца, которого мы отправляли с криком о помощи. — Никита восторженно выставил вверх большой палец и с глубоким уважением добавил: — Генерал без лишних слов тут же развернул армию и помчался нам на выручку!

Лицо генерала внезапно сделалось строгим и серьезным, и он отчеканил: — На то есть непреклонная воля главнокомандующего провинций. Его превосходительство постановил: если нет военных приказов чрезвычайной важности, все регулярные части обязаны оказывать содействие местным властям в искоренении пиратов. Защита жизни и безопасности мирного населения — наша главная обязанность!

Алексей поспешил выразить почтение: — Господин главнокомандующий проявляет истинное милосердие к народу, а вы, генерал благородство и верность долгу.

Однако в душе юноша глубоко изумился: «Этот генерал с виду кажется грозным, суровым рубакoй, но почему он ведет себя так поразительно осторожно и строго следует каждой букве инструкций? Неужели в прошлом его сильно прижали или наказали за самовольство?»

Пока Алексей витал в своих мыслях, генерал перешел ближе к делу: — Прошу вас двоих ввести меня в курс дела. Какова сейчас обстановка на рубеже?

Алексей, не теряя времени, четко, лаконично и без утаек разложил генералу всю подноготную о численности, маневрах и текущем положении банды пиратов.

Выслушав доклад, генерал тяжело вздохнул и медленно произнес: — Да уж… Дело дрянь. Ситуация непростая.

Алексей от удивления даже вскинул брови: — Генерал, но сколько именно солдат вы привели с собой?

— Три тысячи, — с некоторой неловкостью в голосе признался генерал. — Вот только все они столичные «барчуки» из гарнизона Петербурга. Избалованные, необстрелянные тыловики. В лобовой жестокой схватке против этих морских волков они и пяти минут не продержатся.

— Я имел в виду совсем не это — покачал головой Алексей. — Я хотел спросить: неужели вы не взяли с собой вашу личную армию?

— Личная армия⁈ — генерал опешил и испуганно уставился на парня.

— Так вы еще не набрали и не обучили собственное войско?.. — изумился Алексей.

Не успел он закончить фразу, как огромная ладонь генерала намертво запечатала ему рот. Лицо генерала мгновенно побледнело от ужаса и он в крайней панике зашептал: — Скажи на милость, сколько серебра я тебе задолжал, что ты решил меня так жестоко подставить и оболгать⁈

Алексей попытался было убрать его руку от своего лица, но сколько бы сил он ни прикладывал, железная хватка военачальника не сдвинулась ни на миллиметр.

Стоявший рядом Никита тоже испуганно зашипел на Алексея, тихо коря его за длинный язык: — Молодой господин, ну как можно быть настолько неосторожным в речах⁈ В нашей Великой империи кто посмеет создавать «собственную» армию⁈ Да за одно только это упоминание полагается смертная казнь через медленное разрезание на куски с полным истреблением рода!

Капитан перевел дыхание и уже веско, назидательно добавил: — Все войска в империи принадлежат исключительно Его Императорскому Величеству!

Раз уж легендарный генерал прибыл самолично, да еще и привел с собой три тысячи регулярных солдат, Алексею сугубо гражданскому человеку и полному дилетанту в военных делах больше не нужно было слепо и на ощупь командовать обороной.

Поэтому, как только все карты были раскрыты и обстановка на рубеже прояснилась, Алексей сослался на крайнюю усталость и сонливость. Он решил подыскать себе какое-нибудь сухое, укромное местечко у костра, чтобы наконец-то поспать по-человечески.

Когда он уже собирался уходить, генерал вдруг заговорщически подмигнул ему, а затем едва заметно кивнул головой куда-то назад, словно указывая на кого-то за своей спиной.

Алексей намека не понял, но и расспрашивать не стал, а просто молча направился вглубь лагеря.

Пока он шел, сидевшие и лежавшие на земле ополченцы какими бы изнуренными и уставшими они ни были, один за другим поднимались на ноги. Они горячо, с искренней теплотой приветствовали его и с глубочайшим почтением величали не иначе как «господин». Своей отвагой и умом Алексей сумел завоевать безоговорочное уважение этих простых деревенских мужиков.

Слушая доносившиеся со всех сторон искренние хвалы, юноша, однако, чувствовал, как его лицо заливает густая краска стыда. Исход этой ночной битвы наглядно доказал ему одну простую истину: он, Алексей, совершенно не годится на роль боевого командира — роль, которая со стороны казалась такой яркой и эффектной.

Посудите сами: пиратов было от силы три сотни, у большинства из них не имелось ни тяжелого вооружения, ни числа, да к тому же им приходилось вплавь добираться до суши. С его же стороны была устроена засада, расставлены хитроумные ловушки, а под рукой находилась тысяча ополченцев, которые занимали господствующую высоту. Время, место, численное преимущество — всё было на его стороне! Перед боем он самонадеянно полагал: «Если эти заморские твари не сунутся к нам — их счастье. Но стоит им приблизиться и они найдут здесь свою смерть».

А что вышло на деле? Пираты без труда перехватили инициативу. Несколькими обманными маневрами они заставили ополчение метаться по берегу, разорвали единый фронт и растянули крестьянские силы так, что в одних местах густо толпились по триста-пятьсот человек, а в других оставалось от силы тридцать-пятьдесят защитников. Что уж говорить о финальном аккорде, когда под яростным натиском главного пиратского кулака вся его хваленая линия обороны едва не рассыпалась в прах. Если бы Никита вовремя не подоспел со своими людьми, Алексею, скорее всего, пришлось бы проводить работу над ошибками уже на том свете.

Юноша не хотел искать себе дешевых оправданий вроде «пираты оказались слишком сильны, а ополченцы слишком трусливы». Он прекрасно помнил из исторических хроник, что несколько десятилетий назад его великий земляк и духовный учитель, философ прошлого умудрился с десятью тысячами наспех набранных ополченцев наголову разбить стотысячную профессиональную армию мятежных сил. И тот сотворил это чудо в военной истории вовсе не потому, что его люди были прекрасно обучены — на самом деле ополченцы вообще не знали, что такое муштра. Секрет крылся в непревзойденной военной мудрости самого полководца, в его уникальном чутье, которое позволяло всегда оказываться в нужное время в нужном месте и добиваться победы самыми неожиданными методами.