Или мы так отдалились друг от друга в последнее время? Я погрязла в заботах о детях, о доме. И совершенно не замечала перемен, происходящих в нём. Или же он всегда был таким, просто это мне нравилось?

Его внутреннюю силу я принимала на свой счёт. И никогда не думала, что она обернётся против меня.

— Какого чёрта тебе от меня нужно? — прошипела я.

— Мне нужно, — вкрадчиво произнёс Филипп, — Чтобы ты как можно скорее помирилась с дочерью.

— А что такое? Мешает? — я посмотрела на бывшего мужа с усмешкой.

— Значит, я был прав! — сощурился он, — Ты специально устроила всё это. Специально Катьку ко мне подослала, чтобы следить?

— Что? — от негодования я аж дар речи потеряла.

— Заело, да? Не живётся спокойно? Обидно, понимаю! Но так уж устроена жизнь, — притворно спокойным тоном начал он рассуждать о чём-то своём.

Я вообще не понимала, о чём речь. В голове вертелось только одно… Как же он бесит меня!

— Ты сейчас сам с собой? Я тебе не мешаю? — я схватилась за ручку дверцы его машины.

— Подожди! — рявкнул Филипп, — Лиля! — сказал он моё имя так, будто готов был убить, — Если это твой план, то он провалился!

— Какой план? Что я, по-твоему, планирую? — активно замахала я руками у него перед лицом. Мне действительно было интересно понять ход его мыслей…

— Как, что? — удивился Филипп, — Вернуть меня, естественно.

Это прозвучало так искренне, что я на секунду обомлела. А потом разразилась немыслимым смехом. Вернуть? Господи! Какая чушь! Вернуть… Нет, он действительно верит в это? В то, что на нём свет клином сошёлся? Что я только и делаю, что сплю и вижу, как вернусь к нему.

— Ты на таблетках, что ли? — понаблюдав мой истерический смех, недоумевающее произнёс Филипп.

Я, отсмеявшись, вытерла глаза кончиком рукава:

— Вот за что я тебя полюбила однажды, — сказала сдавленным голосом, — Так это за твоё неиссякаемое чувство юмора.

— Лиля! — воскликнул он, но я уже вышла из машины. И на этот раз окончательно.

… Принимаю душ в номере отеля. Ну, прямо как в фильме каком-то! Когда выхожу, то Тимур уже разлил по бокалам шампанское. Вижу, как он выбирает, какую клубничку съесть первой.

Выбрав самую большую, протягивает мне.

— М-м-м, — откусываю, и тут же получаю от него поцелуй в губы.

Выпив шампанского, я закрываю глаза и не верю, что это происходит наяву. Остановись мгновение, ты прекрасно!

— Завтра выходной? — уточняет Тимур и предлагает улечься ему «под крылышко».

— Ага, — я уютно устраиваюсь, держа бокал в одной руке, и ощущая второй его тело.

— У меня тоже, — приглушённо шепчет он мне в волосы.

— Ты на что намекаешь? — заинтересованно вскидываю брови.

— Ну-у-у, — тянет он, — Номер в нашем распоряжении до полудня. Так что…

Остаться с ночёвкой? Заночевать с мужчиной в отеле? О, господи! Совесть моя тут же взывает быть благоразумной. Но тело просит обратного…

Напишу маме. Она поймёт. Накормит малышей завтраком. А я тем временем уже вернусь.

Тим, уловив мои сомнения, стремится склонить на свою сторону. Отобрав бокал, ныряет рукой мне подмышку. И прижимает к себе с мягкой силой.

— Я не наелся, — шепчет мне на ухо.

Я отстраняюсь игриво:

— Ты же съел целый стейк с гарниром! Да ещё и пироженку вдобавок!

Тимур усмехается и кусает меня за ухо:

— Я в другом смысле.

Я тут же его понимаю и расстилаюсь под ним, как «ковёр-самолёт». И уже готовлюсь опять улететь в неведомые дали.

Этот мужчина создан для меня! А я — для него! И весь мир подождёт до полудня…

Алина

Ненавижу! Убила бы! Эту мелкую сучку...

Я смотрю на свой халат, безнадёжно испорченный этой уродиной. Это натуральный шёлк, между прочим. Я покупала его в дорогущем бутике домашней одежды и белья. А она вылила на него тюбик лака. Между прочим, тоже не дешевого. Да ещё и мой любимый цвет!

Уродина. Вся в мать, я так думаю. Хотя его бывшую я видела только один раз вживую. Ничего особенного! Такую на улице встретишь и даже не запомнишь. Вот и дочурка вся в неё. Да ещё и лошадь, каких поискать!

И главное, ничего не сделаешь. И не уйдёшь! Это означало бы сдаться. И её Филя не спешит выгонять. Хотя, мне кажется, ему вся эта ситуация тоже поперёк горла. Хотя он напрямую так и не скажет.

— Она ко мне пришла, она мне доверилась, понимаешь? — вот так он сказала. Как будто сам себе пытался объяснить, что за хрень происходит.

Я, конечно, балдею с его бывшей жены! Это такой ход конём, чтобы сплавить хотя бы одного отпрыска из трёх? Нарожала, блин! Чем только думала?

А ведь всё пошло на лад. Я даже и мечтать не могла о таком! Филя развёлся, позвал меня жить. Это ли не намёк на серьёзные намерения? Я старалась. Запаслась кулинарными книгами. Вела себя как положено. Никаких наездов, никакого пилежа. Чтобы он чувствовал разницу!

И тут это явление на пороге. Блин! Ну, точно подстава!

Входная дверь хлопает... Я замираю с халатом в руках. Филя? Нет, вряд ли. Он домой на обед не ездит. Это может быть только...

— Кхе-кхе! — слышу её голос, и вижу крупную тень на стене.

Это она так предупреждает, что враг у ворот. Чтобы я подготовилась. Ладненько...

Вдвоём на одной территории мы ещё не оставались. Но всё когда-то бывает впервые.

Я с достоинством выхожу на кухню. Надела другой халатик. У меня их много. И ногти тоже, назло ей в основном, накрасила другим, не менее эффектным лаком. И вообще, все свои вещи, и всю свою косметику спрятала в спальне. Туда она, я надеюсь, не сунется...

Надеваю улыбочку на лицо. Ох, кто бы знал, чего мне это стоит!

— О! Катя? Привет! Не ожидала тебя дома увидеть.

Она сидит на кухне, листает что-то на смартфоне. И жуёт... приготовленный мною сандвич. Для себя приготовленный!

Я скрежещу зубами, но смиряю злобу и делаю новый.

— Хочешь чаю? — предлагаю дружелюбно.

И, не дожидаясь ответа, наполняю две чашки кипятком. В одну из них бросаю свой любимый душистый с чабрецом. А в другую зелёный.

Естественно, из двух предложенных, эта мерзавка выбирает именно мой...

«Ладно, Алиночка! Будь сильной! Ты справишься», — диктую себе мысленно.

— А ты чего так рано? Занятия в школе отменили? — присаживаюсь к столу, эффектно скрестив полуголые ноги.

Эта даже не смотрит в мою сторону. Просто делает вид, как будто меня не существует. И что она думает? Надеется, что я уйду, сломаюсь? Не выдержу такой эмоциональный прессинг?

Да эта девочка даже не знает, что я в своей жизни с такими вещами сталкивалась, о которых она даже в книжках читать не могла...

— Вкусно? — бросаю и с энтузиазмом начинаю жевать свой сандвич.

Хоть бы спасибо сказала! Сразу видно, отсутствие хороших манер. Воспитания.

Я уже собираюсь задать очередной ничего не значащий вопрос, когда эта дылда, махнув рукой, сбивает чашку. Та падает, и чуть остывший чай льётся прямо мне на колени.

Вскрикнув, я вскакиваю! Это почти кипяток. Отлепляю халат. Бегу к раковине и мочу в холодной воде полотенце.

— Ай! С-с-с-с-с-с, — от боли я могу только шипеть. Как горячий утюг, на который брызнули водой.

Обернувшись на эту, я удивляюсь, как это она ещё не ушла? А даже смотрит на меня. С таким растерянным видом. Мне показалось? Или это чувство вины промелькнуло у неё в глазах?

Я придаю лицу преувеличенно мученическое выражение. И даже умудряюсь выдавить слезу. Смахиваю её со щеки.

— Это..., — слышу неловкое, — Я короче... Я не специально.

Ну, конечно! Не специально она. Хорошо, не на голову... Хотя, я уже, если честно, боюсь её! Может, у них психические болезни передаются по материнской линии? Её мать тоже слегка с прибабахом...

— Ничего... страшного, — сдавленно отвечаю, продолжая делать холодный компресс на бедро. Кожа красная! Не дай бог будет волдырь.