Сегодня я пришёл к бывшей тёще домой. Ожидал увидеть здесь Лильку. Так как вечер уже. Но её нет.

Катерина, открывшая дверь, сказала, что мама у бабушки. Той вроде как сделали операцию. И вроде удачно. Ну, пусть живёт! К тёще у меня никогда не было претензий. Да и к Лильке не было! До недавних пор...

Я пришёл повидаться с детьми. Да и просто проверить, как они тут живут, в каких условиях существуют. Даже хорошо, что её нет.

— А ты значит теперь, вместо няньки у младших? — смотрю на Катю, которая по-хозяйски снуёт на кухне, — В твоём возрасте это не дело! Пошла бы вон, погуляла с подружками. Я в твои годы...

— В твои годы у тебя были папа и мама. И не было младших сестёр! — отрезает Катюха.

Мне так и хочется ответить ей что-нибудь резкое. Но я сдерживаю себя. Ей, вероятно, тяжело сейчас? Не от хорошей жизни всё это.

Но злиться ей вообще-то надо на мать, а не на меня. Это она их подвергла вот такой жизни. Обрекла, можно сказать...

— Чем питаетесь тут? — заглядываю через её плечо в холодильник. Тот забит всякими продуктами. Новый год на днях. Так что, понятно.

— Нормально питаемся, — коротко произносит Катюха.

Я вздыхаю:

— Кать! Ну, прости, если что не так. Если обидел тебя чем-нибудь. Это наши с твоей матерью проблемы, не нужно тебе в это лезть. И что бы она тебе там ни говорила про меня, я тебя люблю, слышишь?

Я пытаюсь обнять дочь, но она отстраняется. А мне и обидно и злость берёт! И снова вижу в ней Лильку.

— Ладно, — бросаю попытки, — Вот, — достаю из кармана пиджака конвертик с дедом Морозом, — Тут тебе на новый год. Купи что-нибудь. Только себе, а не матери! Ясно?

— У меня всё есть, — говорит.

— Так уж и всё? — хмыкаю я, — А ноутбук новый хотела.

— Старый пока работает, — Катька наливает чай мне и себе.

— Спасибо, — киваю.

Младшие сидят в спальне, за уроками. Когда захожу, то бросают учёбу.

— Папа! Папа! — кричат.

Я присаживаюсь на корточки. Беру Дашуту на руки, а Димку треплю по волосам. Он не любит «на ручки».

— Так! — подхожу к их столу, — Что изучаете?

А сам искоса оглядываю обстановку. Обстановочка так себе! Я давно не был в этой квартире. Уже и забыл, как тут тесно. Ещё и сравнении с нашим домом. Просто как слон в посудной лавке...

— Папочка, а мы поедем в каникулах на горке кататься? А ты будешь с нами? — допытывает Дашуля.

— Нет, солнце! У папы много работы. У папы не бывает каникул.

— Ну, так нечестно! — канючит она, — А ты заболей!

Я смеюсь и покачиваю её на руках. Вот как выросла! Или это я ослабел?

Ставлю дочку на пол. Сажусь на постель и соглашаюсь взглянуть на рисунки, которые они делали с братом для конкурса «Дед Мороз красный нос».

Когда домой возвращается Лилька, то я напрягаюсь всем телом. Вижу её в дверях спальни, раскрасневшуюся с улицы. С прилизанными после шапки волосами.

— Привет, — говорит коротко.

— Привет, — отвечаю.

Поднимаюсь, решив сказать пару слов. Иду на кухню, где она расставляет продукты. Катя в это время в гостиной в наушниках. И это мне на руку!

— Лиль, — облокачиваюсь о дверной косяк плечом, занимаю собой всё пространство, — Как там мама?

Она не смотрит в мою сторону:

— Нормально. С каждым днём ей становится лучше.

— О! Это отличная новость! Я рад.

Я действительно рад. Если честно, плохо себе представляю, как они тут поместятся впятером? Но бабушка — лучшая нянька, чем Катька.

— Слушай, я там малышне на подарки подбросил. Просто, чтоб ты не удивлялась, — говорю о сумме на счёте.

Лильке удалось отсудить у меня кусочек денег, которые я бы и сам отдал ей. На что потратит, не знаю. Но на детей я итак щедро плачу.

— Купи им... что они там хотят на новый год? — добавляю.

Лилька суёт в холодильник какую-то банку. Но та упорно не хочет вставать...

— То, чего они хотят, им не купишь!

— Интересно, — хмыкаю я, — И чего же такого они хотят, чего я купить не могу?

Она смотрит косо. Обдаёт меня холодом. Снежная королева, блин! Ещё глаза разукрасила. С чего бы вдруг? Для меня?

— Лиль, — вздыхаю я, — Тут такое дело... Я не смогу их забрать в первых числах. У меня там выездной корпорат намечается. Отказаться не могу, ты сама знаешь. На рождество заберу, ничего?

— На рождество уже мама вернётся, возможно, — произносит Лилька.

Под «выездным корпоратом» я имею ввиду наш выезд на природу с Алинкой. Хочу показать ей «Камыш». Там Илюха Быканов будет со своей новой пассией. Он уже третью жену поменял. А я всю жизнь с одной маюсь!

— Ну, тогда после новогодних? — рассуждаю.

— А после новогодних у них каникулы закончится, — вздыхает Лилька.

— Ну, тогда по ходу решим! — заключаю я.

Одним глотком допиваю чай, налитый Катькой. Заварки пожалела, что ли, для отца? Не чай, а моча!

Когда собираюсь уходить, то близнецы выбегают из спальни. У Дашули в руках какие-то бусы.

— Папочка! Это тебе! Это я сама сделала!

Я присаживаюсь на корточки и позволяю дочке одеть себе на шею это чудо. Это не бусы, а гирлянда, склеенная из полосочек разноцветного картона.

— Ох, ну всё! Теперь так и буду ходить! — смеюсь я и обнимаю её.

Странно всё это... Когда жили вместе, под одной крышей, то я никогда не стремился проводить время с детьми. Лилька вечно ругалась, что меня не допросишься! А сейчас...

Не могу отпустить Дашку, всё обнимаю её и обнимаю. Вдыхаю родной аромат. Что со мной?

Даже безумная мысль — отменить «выездной корпорат». Эту поездку с Алинкой в камыш! И уделить время детям...

«Эй!», — осаждаю себя. Им тут итак будет, чем заняться. А мне нужно как следует отметить развод. Я заслужил отдохнуть и расслабиться!

Сев в машину, я кладу дочкин подарок в бардачок. Выбросить рука не поднимется.

Телефонный звонок приводит меня в чувство.

— Да! — беру трубку.

На том конце провода автомобильный салон.

— Ваша машинка готова! Можете забирать, — радуют они новостью.

— Отлично! — говорю.

Ну, вот и повод нашёлся у Алинки меня отблагодарить. За такой подарок я жду в благодарность как минимум анальный секс! А как максимум, секс-марафон продолжительностью в несколько дней.

Затрахаю до смерти! Отработает по полной. Ходить не сможет. Не то, что сидеть...

Лиля

В один из дней я убегаю на обеде с работы, чтобы наведаться к маме. Но на самом деле, мне стыдно признаться в этом даже самой себе. Я ищу встречи с Тимуром! Ведь могла бы вечером заскочить? Но боюсь, вдруг его уже не будет…

Сама не знаю, чего я жду? На что рассчитываю? Но наша последняя встреча… Его объятия. Тон. Его взгляд…

Наверное, просто легли на благодатную почву. Даровали мне веру в себя…

У кабинета Тимура на удивление никого. И я пугаюсь! Не зря ли пришла? Да ещё нарядилась.

Не то, чтобы… Просто, даже девчонки на работе заметили, что я стала выглядеть несколько иначе. Стала носить юбки и платья. Делаю лёгкий макияж. А сегодня ещё и волосы на бигуди накрутила.

Стучу с замиранием сердца. Прислушиваюсь. Вроде внутри голоса. Может быть, пациент?

Решаю приоткрыть дверцу и удостовериться, что он ещё здесь. А то прожду понапрасну…

Открываю дверь его кабинета, заглядываю внутрь. И что же я вижу?

Тимур в самом деле там. Сидит за столом, в белом халате. На лице у него играет озорная улыбка! Глаза увлечённо глядят в монитор.

А позади него, нависая тяжёлой грудью размера эдак четвёртого, стоит медсестра. Тоже в белом халатике. Который ей к слову тесен! Ибо декольте недвусмысленно вываливается наружу.

Она буквально легла грудью ему на плечо, щекочет его белобрысыми волосами и звонко хохочет.

На вид ей лет тридцать не больше. Аппетитная. Сочная. Вот если бы мой Филька на такую запал, то я бы поняла. А так…

Моя рука соскальзывает. И оба поднимают глаза на меня.