Из того, что я успела узнать от Матиаса, после Ритуала жизненные циклы чародея и связанного с ним дракона выравниваются.

Проще говоря, дракон отдает часть своих лет, и теперь мы будем жить меньше, чем одинокий дракон, которому отмерены столетия, но дольше, чем обычный маг.

Столь резкое омоложение Натании Вуд можно было объяснить только проведенным Ритуалом. И, судя по улыбке короля Валериана, именно его они и совершили, пока мы отдыхали на юге.

— Твоя бабуля решила, что порвать струну будет слишком просто. Она сохранила связь, но заключила нить в артефакт и подарила его мне на свадьбе с Невеной. Тот самый кулон, который я носил с собой как знак предательства, — спокойно объяснил он.

— Ты заслужил, — тихо буркнула бабуля.

— Заслужил, — с мягкой улыбкой согласился бывший король.

Он обхватил её ладонь и коснулся губами пальцев. От того, как он смотрел на неё, покраснела даже я.

— Для меня это уже слишком, — пробормотала я, покосившись на довольного Матиаса.

Тот едва сдержал смешок, скрыв улыбку за бокалом. Но на этом сюрпризы не закончились. В Шалоте они возникали так же внезапно, как снежная буря.

— Если они ещё и братика маме решат подарить, я уеду обратно в Ладанию, — раздалось со стороны входа.

В трапезную вошел светловолосый парень.

Даже не зная, кто он, я сразу узнала брата. Он был точной копией отца. Только глаза — зелёные, как у меня и у мамы.

Вместо мальчика с рисунков передо мной стоял юноша лет четырнадцати. Высокий, улыбчивый, с той неловкой силой, что появляется перед настоящей зрелостью.

— Фавьен… — выдохнула я, сдерживая порыв вскочить и броситься к нему.

Хотелось обнять его, прижать к себе так, словно между нами не было этих лет и чужих городов.

Но в последний момент замерла. Мы ведь почти незнакомцы. Письма и рассказы мамы — не то же самое, что детство рядом.

Вдруг ему это покажется странным. Или неловким.

В отличие от меня, парень не растерялся. С видом старшего брата он подошёл к моему стулу и потрепал по голове, словно неразумного ребёнка.

— Ну привет, сестрица-королева. Наконец познакомились, — усмехнулся он.

— Фавьен, манеры! — прогремел рык отца из коридора.

— Сам манеры! Не кричи на ребенка! — тут же огрызнулась мама, влетая следом.

Обед вышел занятным.

Мама с отцом препирались, споря о методах воспитания подростков.

Фавьен подшучивал над слугами, которые, по его словам, “будто швабру проглотили”.

А я сидела, сжимая руку Матиаса, и пыталась осознать, что всё это не сон.

Это больше напоминало обычную встречу родственников, а не королевский прием накануне коронации. Простая семейная трапеза — с шутками, спорами и нравоучениями.

Лишь ближе к вечеру, обойдя библиотеку и королевский сад, мы с Матиасом вернулись в покои.

Теперь уже в наши, королевские покои.

— А ты боялась, — прошептал дракон мне в плечо, медленно расшнуровывая платье.

— Бабуля, — только и выдохнула я.

Матиас тихо хмыкнул, проводя ладонью по моей спине.

— Твоя бабуля достаточно пережила, чтобы пожить для себя. Пусть наслаждается второй молодостью и мужчиной, который будет носить её на руках до последнего вздоха.

Я чуть сильнее прижалась к его плечу.

— И всё же странно, что она его простила.

— Она простила не его, Ариадет, — мягко возразил Матиас, скользнув пальцами по моему запястью. — Она просто не стала винить взрослого дракона за грехи юности. Он заплатил за свою ошибку слишком высокую цену.

Я задумчиво провела пальцами по сияющей метке на груди мужа.

— Если они с бабушкой… — так и не смогла договорить. — Это значит, что у короля Валериана так и не будет наследников.

Матиас даже не стал отрицать. Откинул моё платье в сторону и неторопливо стянул рубашку.

— Такова его судьба. Он сам сделал этот выбор.

Похоже, подобная участь кузена его совсем не тревожила. Ни то, что Артефакт судьбы сработал иначе, чем рассчитывал бывший король.

Впрочем, несчастным Валериан точно не выглядел. Скорее — влюблённым. И, как ни странно, мрачный и высокомерный, он готов был сдувать с своей возлюбленной пылинки.

А вот она…

— Кажется, она всё ещё не определилась. Или просто стесняется меня и маму.

Тёплое дыхание коснулось моих волос. Матиас тихо усмехнулся.

— Неловко, малыш. И непривычно. Выглядеть ровесницей собственной дочери. Снова быть не только строгой главой рода, но и женщиной… которая помнит, что такое страсть.

Он говорил спокойно, почти буднично. Словно помолодеть на двадцать лет и начать всё заново было самым естественным решением. И всё же я поежилась.

Конечно, я желала бабуле счастья. Радовалась, что она не осталась одна. Но “страсть” и “моя бабушка” — это два слова, которые я пока не могла спокойно поставить в одно предложение.

— Фавьен кажется неплохим, — поспешила сменить тему.

А вот теперь улыбка Матиаса стала лукавой.

— Юный дракон, как есть, — с напускной невозмутимостью произнес он. — Тобиаса и Малику ждёт сюрприз через годик-другой. Дар уже начал пробуждаться. Когда окрепнет, я помогу ему обуздать инстинкты.

Я резко замерла.

— Как… дракон?

Пристально вгляделась в сияющие золотыми бликами глаза. Это что, не шутка?

— Ваш род – потомки драконов и чародеев, — всё так же буднично рассуждал этот хитрец. — В тебе тоже есть кровь первого короля. Но дар заклинательницы не позволяет ей взять верх. А Фавьен будет слабым, но всё же драконом. Он родился не здесь, поэтому его сила спала. После возвращения она начала пробуждаться.

Я знала, что пески Ладании гасят искру в чародеях. Делают её слабой, почти незаметной. Бабуля давно предполагала, что после возвращения в Версалию в младшем внуке может проявиться Дар.

Но дракон…

Матиас довольно улыбнулся.

— Если бы он прожил в Ладании до старости, остался бы обычным человеком. Но здесь сила оживает. Чем чаще он рядом с моим зверем, тем быстрее проснется кровь. Инстинкты, — невинно пожал плечами.

Кажется, я начинала понимать, почему бабуля кривилась каждый раз, когда слышала это слово — “инстинкты”. Эти хитрые манипуляторы могли объяснить им всё что угодно, даже то, как ребёнок без капли дара внезапно оказался драконом.

Только вот почему об этом всё ещё не знают родители? Они провели в Версалии уже несколько недель.

— А король Валериан? Он ведь тоже дракон. Почему ничего не сказал родителям? — тут же поинтересовалась я у Матиаса.

Улыбка моего супруга растянулась еще шире.

— У Валериана нет зверя. А мой сразу учуял слабого детёныша. Только шшш, это секрет, — он подмигнул и приложил палец к губам. — Не стоит пугать мальчика. Возможно, мои инстинкты всё-таки ошиблись.

Я не нашла, что на это ответить, молча кивнула, устало опуская взгляд на кровать.

Для одного дня открытий было слишком.

Игнорируя платье, которое лужицей валялось под ногами, я перешагнула его и забралась под одеяло.

Усталость и избыток впечатлений медленно туманили голову.

— Надеюсь, утро будет спокойнее. Я только вернулась и уже хочу обратно, — пробормотала я, подвигаясь к устроившемуся рядом дракону.

Матиас вздохнул и коснулся губами моих волос.

— Это маловероятно, малыш. Зато ночью никаких сюрпризов не будет. Ты спи, а я буду беречь твой сон, — прошептал он прямо в моё ухо, едва касаясь губами.

Горячие руки сомкнулись вокруг меня, напоминая крылья, а широкая грудь обдала спину жаром. Спать в его объятиях было так же тепло, как у камина.

Только, в отличие от огня, жар Матиаса не обжигал. Он согревал, успокаивал и обещал защиту.

Дикий зверь с неконтролируемыми инстинктами для других и мой верный страж, который бережёт своё сокровище.

***

Два года спустя.

Арадет.

Две чёрные тени кружили над городом, рассекая облака.

Сирена привычно разлилась по улицам, призывая жителей любоваться танцем двух драконов. Крики, смех, хлопки магических фейерверков долетали даже до вершины башни.