Но даже внезапное пламя произвело меньшее впечатление, чем сама сила Торнвуда.

Помимо огня, срывающегося с пальцев, была ещё одна — та, которой он окутывал меня.

Прикрыв глаза, я отбросила приличия и приникла к груди ректора, наслаждаясь тем, как горячая волна разливается по телу.

— Ариадет, вам снова плохо? Отнести вас в постель? — тихо прошептал он у виска и едва коснулся губами моих волос.

— Нет… мне хорошо, — быстро замотала я головой, прижимаясь еще крепче.

То, что происходило, было более чем неприличным. Бабуля наверняка отчитала бы меня за такую вольность.

Сидеть на руках у чужого мужчины и прикасаться к его почти обнажённой груди.

Но сейчас это не смущало. Было тихо, тепло и удивительно спокойно. А его магия словно удерживала меня в мягком коконе.

— Ариадет… — дракон провел пальцами по моей щеке, заставляя открыть глаза и утонуть в голубых озёрах.

— Ваша сила так странно на меня влияет. Внутри что-то просыпается, и всё как в тумане… — пальцы сами потянулись к тому месту, где его рубашка чуть распахнулась.

Стоило коснуться горячей кожи, Матиас шумно выдохнул и накрыл мою руку своей, мягко возвращая её обратно на ткань.

— Я вижу, Ариадет. Это необычно… но вы ведь тоже не самая обычная чародейка, — тихо сказал он и вновь коснулся моего лба губами.

После этого осторожно усадил меня обратно на диван.

— Давайте поедим. Вы согрелись и, кажется, готовы уснуть прямо здесь, — ласково улыбнулся, протягивая руку.

С возвращением холода дымка в голове рассеялась.

Подавляя разочарование от того, что странные объятия закончились так быстро, я послушно оперлась на его ладонь.

Не помню, когда в последний раз ужинала в присутствии мужчины и уж точно никогда не сидела с ним за столом один на один.

Придётся вспоминать уроки столового этикета. Судя по количеству приборов, бабуля учила меня не зря.

— Перед балом может быть ужин. Я решил немного освежить ваши знания, — заметил ректор, помогая занять место за столом.

Подобное признание неприятно кольнуло.

Так вот в чём дело. Ужин вовсе не знак внимания, а банальная проверка.

Месье Торнвуд решил выяснить, не одичала ли я в поселке.

— Освежить или обучить? — сухо уточнила я.

Разочарование наверняка отразилось на лице, и дракон хитро улыбнулся:

— Ни за что не поверю, что Натания Вуд не научила внучку придворному столовому этикету, — самодовольно произнёс он.

Я расправила плечи, подняла голову и села ровнее, вспомнив манеры. Постоянные отсылки к бабуле начинали раздражать.

— Вы так самоуверенно рассуждаете о Натании Вуд, будто были с ней лично знакомы, — ответила тем же выверенным тоном.

Матиас вопросительно выгнул бровь, а затем задумчиво провёл пальцами по подбородку — явно что-то вспоминая.

Они что, и правда были так хорошо знакомы?..

Сколько же ему лет на самом деле?

***

Мысль о том, что Матиас хорошо знал бабушку, неприятно кольнула.

Каждый раз, когда он говорил о ней, это звучало слишком уверенно… слишком лично. Если они действительно были знакомы, почему бабуля никогда не упоминала о нем?

Буквально играя с ножом, я ждала, что дракон вот-вот ответит, и, как назло, он не спешил.

Всё так же внимательно смотрел, словно изучая мою реакцию на собственное предположение.

Когда на лестнице зазвучали шаги и Марта наконец поднялась наверх, оставляя нас одних, я решила настоять.

— Так что же, месье Торнвуд? Что именно даёт вам основания считать, что даже в поселке бабушка обучила меня придворному этикету, манерам и всему остальному, что должна знать приличная мадемуазель? — повторила я вопрос.

В отличие от ректора, ни бабушка, ни мама ни разу не вспоминали о кузене короля. Я вообще не думала, что они знакомы. Тем более — настолько близко, чтобы он рассуждал, что сделала бы или не сделала бы Натания Вуд. Или о том, как моя мама живёт в Ладании.

Вопрос заставил Матиаса задуматься.

— Не скажу, что мы были близки, но мы были представлены, — протянул он, будто размышляя. — Ваша родственница часто бывала при дворе, но в то время я был занят другими делами. Так что нет – я бы не сказал, что мы хорошо знакомы. Скорее я наслышан о вашей знаменитой бабуле, а остальное – обычное сопоставление фактов, — ровно, тоном опытного профессора, произнес он.

Почему-то от этих слов мне стало легче дышать.

Одна только мысль, что бабуля могла участвовать в охоте на дракона или — хуже — что ректор когда-то оказывал ей знаки внимания, вызывала неприятный холодок.

И дракон это заметил.

Я облегченно выдохнула, а он мягко улыбнулся.

— Приступим, — указал на разложенные приборы, плавно меняя тему.

Кажется, меня видели насквозь. Нелепое предположение о том, что бабушка и дракон были ближе, чем позволяли приличия, явно его позабавило.

Понимая, как глупо это, наверное, выглядело со стороны, я залилась краской и поспешно опустила взгляд на приборы.

Всё оказалось не так страшно, как представлялось в детстве.

Большинство ложек и вилок Марта положила просто потому, что так приказал хозяин.

Да и готовила пожилая мадам вовсе не королевские изыски, так что к концу трапезы половина приборов осталась лежать без дела.

— Если вы хотите проверить мои манеры, придётся потратиться на ресторан, месье. Есть запеченную курицу и салат умеет даже ребёнок, — заметила я с улыбкой, отодвигая тарелку.

Даже без практики мои манеры были почти безупречны.

Ректор следил за каждым движением — будто проводил вступительное испытание на роль своей спутницы для столичных вечеров.

Снаружи это выглядело как светская беседа, плавно переходящая в рассказы о придворной жизни, но под цепким взглядом голубых глаз я чувствовала себя на экзамене.

Увиденным Торнвуд определенно остался доволен и в то же время мои слова он воспринял как вызов.

Прищурившись, смерил меня взглядом и лукаво улыбнулся:

— В таком случае, ровно через неделю мы посетим “Версалиус”, мадемуазель. Я обещал показать вам город и это подойдёт как начало, — самодовольно произнёс он.

О-о-о…

От такого приглашения любая девушка была бы в восторге.

“Версалиус” — самый популярный ресторан Шалота. Говорили, что туда частенько заглядывает сам Валериан Торнвуд.

Воистину — предложение королевской щедрости. Но дракона снова ждало разочарование.

Я не впечатлительная буржуа и не избалованная аристократка. И ректор — совсем не кавалер, пригласивший меня на первое свидание.

Это была еще одна проверка.

Испытание перед полноценным выходом в свет.

Как всегда, вместо щедрости и великодушия, о которых говорила Марта, я видела лишь холодный расчёт за красивой улыбкой.

Почти попытку впечатлить неопытную юную этюдантку блеском самого дорогого заведения Шалота.

— Раз уж мы идём в такое знаменитое место, следует заказать подходящий наряд. Не хотелось бы вас опозорить, месье Торнвуд. Благодарю за ужин, но я устала, — произнесла я, поднимаясь.

Сложила салфетку как учили и направилась наверх.

Судя по вытянутому лицу ректора, он явно ожидал другой реакции.

С кем же у него были романы, если девушки прыгали от восторга из-за подобных мелочей?

Хотя… кого я пытаюсь обмануть?

Если бы это было свидание, а не проверка образованности, я бы и правда прыгала от радости.

Свидание со взрослым красивым мужчиной, вторым драконом королевства, в лучшем заведении столицы…

В голове тут же возникла картинка: Матиас улыбается, целует руку; его чёрный экипаж; на мне красное платье; зал, освещенный магическими огнями; и в конце ужина — тот самый первый поцелуй.

Мечта любой юной девушки.

Мечта, которая тут же осыпалась золотистой пылью, стоило вспомнить его лицо.

Взгляд Матиаса Торнвуда обдавал холодом, в голосе звучало высокомерие, а на лице было вовсе не нежность, а самодовольство. Ни грамма симпатии или интереса.