Поцеловал. Медленно, глубоко, так, что у меня подкосились колени.

Потом усадил к себе на колени. Прямо в кресло.

— Всё готово для подписания договора? — спросил он, но голос его звучал так, что я поняла — ему не до бумаг.

— Да, — выдохнула я. — В трёх экземплярах.

Его губы уже бродили по моей шее. Я запрокинула голову, чувствуя, как плавлюсь.

— Папочка сейчас отвлекается, — улыбнулась я, пытаясь сохранить остатки серьёзности.

— Да, — выдохнул он мне в кожу. — Хочу отвлекаться.

— Демид…

Он оторвался на секунду, посмотрел в глаза.

— Через 4 часа я уеду.

— Я как раз сегодня переночую у себя дома, — сказала я.

Он замер.

— Нееет.

— Даа, — я улыбнулась. — Ты будешь там, может, долго. Отдохнёшь… А я квартиру проверю.

— Лиза, ты меня убиваешь, — простонал он, утыкаясь носом в моё плечо.

— Я буду скучать, папочка, — прошептала я, гладя его по голове. — И… будь осторожен. Сплетни ходят… нехорошие.

Он поднял голову. Нахмурился.

— Какие?

— Что Мария… она…

— Никогда, Лиз, — перебил он твёрдо. — Никогда.

— Ладно… — выдохнула я. — Но я всё равно сегодня к себе поеду. Ты всё равно после ресторана сюда не приедешь.

— Возьми ключи от дома, — сказал он вдруг.

Я замерла.

— Демид… это слишком. Нет. Не могу. Да и всё равно мою квартиру надо проверить.

Он вздохнул. Посмотрел на меня долгим, тёплым взглядом.

— Упрямая, — сказал он, но в голосе была только нежность.

— Твоя упрямая, — улыбнулась я.

— Моя, — согласился он. — Ладно. Иди работай. А вечером… вечером я тебе позвоню.

Я кивнула, чмокнула его в щёку и выскользнула из кабинета.

Наташкин отдел провожал меня взглядами. Я улыбнулась. Пусть смотрят.

Сегодняшний вечер покажет. Покажет всё. Что и как.

Мысли крутились вокруг сплетен, вокруг слов Карины, вокруг этого дурацкого чата. А что, если он выпьет? А там, в ресторане, выпивают. Расслабится… А она будет рядом. Красивая, наглая, уверенная.

Я сжала ручку так, что она чуть не треснула.

Но я не могу же паранойить из-за каждого его подписания договора с кем-либо в ресторане. Это же неправильно. Я либо доверяю, либо нет. А если нет доверия — то какой смысл в отношениях? Без доверия их просто нет.

Я хочу доверять. Это ближе к моему состоянию сейчас. Хочу верить. Хочу думать, что он — тот самый, кто не переступит черту.

Но… нельзя отрицать, что страх есть. Потому что если переступит черту он… это будет конец.

Я не смогу простить. Не смогу сделать вид, что ничего не было. Для меня измена — это точка невозврата. И он это знает.

Я посмотрела на дверь его кабинета. Он там. Готовится к вечеру. Думает о чём-то своём.

Я верю тебе, пожалуйста, не обмани.

Телефон пиликнул. Наташка.

Наташка: Лиз, ты как? Держишься?

Я: Держусь. Стараюсь не параноить.

Наташка: Умница. Всё будет хорошо. Он мужик надёжный.

Я:Знаю. Спасибо.

Я убрала телефон и уставилась в монитор.

Осталось дождаться вечера. И надеяться.

Я встал из-за стола, поправил пиджак, взял папку с документами. Кирилл уже ждал в приёмной, переминаясь с ноги на ногу.

— Ну что, Дем, готов? — спросил он, когда я вышел.

Я кивнул. Проходя мимо Лизы, встретился с ней взглядом. Она улыбнулась — тепло, но в глазах мелькнула тревога. Я еле сдержался, чтобы не подойти и не поцеловать её прямо здесь, при всех.

— Всё будет хорошо, — сказал я тихо, только для неё.

Она кивнула.

Мы вышли из офиса, сели в машину. Водитель тронулся и я откинулся на сиденье, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает.

— Заманчивый контракт, — сказал Кирилл, открывая папку.

— Да, — кивнул я. — Выгодный для нас. Да и для них тоже. Байкануров мужик умный, он это понимает.

— Главное, чтобы сегодня подписали без сюрпризов, — Кир покосился на меня. — Ты готов к вечеру?

— А что мне готовиться? — усмехнулся я. — Документы в порядке, я в порядке. Пусть подписывают.

Мы обсудили ещё пару пунктов, пробежались по цифрам. Всё было гладко.

— Ресторан «Четыре сезона», — сказал я водителю. — Знаешь?

— Да, Демид Александрович, — кивнул тот.

Машина плавно влилась в поток. Я смотрел в окно, но мысли то и дело возвращались к вчерашнему. К Марии. К этой сцене на лестнице.

— Кир, — сказал я вдруг. — Ты не представляешь, что вчера было.

— А что? — он повернулся ко мне.

— Мария заявилась к маме, — ответил я. — Прямо когда я Лизу знакомил.

Кирилл присвистнул.

— Ни хрена себе заход! И что?

— А то, — я потёр переносицу. — Она на лестнице ко мне липла как репей. Пыталась раздеть, сама блядь раздевалась, руки распускала… Я еле отбился.

— И чем закончилось?

— Пришлось за шею прижать и к стене отправить, — усмехнулся я. — Чтобы поняла, что шутки кончились.

— И что Лиза?

— Лиза видела, что я рубашку сменил. Пришлось объяснять. Сказал, что пуговицу оторвала и помадой воротник испачкала.

— А помада? — Кир прищурился. — Как блядь она тебе помадой воротник испачкала?

— Накинулась, — я покачал головой. — И видать, оставила след, пока я отбивался. Я даже не заметил сразу. Только когда мама сказала.

— А ты? — Кир с интересом смотрел на меня.

— А я блядь отбивался как девственник, — признался я.

Кирилл заржал. Громко, открыто, запрокинув голову.

— Мда, — выдохнул он сквозь смех. — Если бы ты такое мне года два назад сказал, я бы даже не поверил.

— Так да, — усмехнулся я. — Времена меняются.

— А Лиза? — Кир посерьёзнел. — Поверила?

— Я всё сказал как есть, — ответил я. — И про попытки её, и про помаду. Не знаю… Но видно, что переживает. Сказала, что сплетни ходят, что Мария попытается сегодня…

— А да, — Кир кивнул. — В чате нашем Ленка сказала. Диалог Карины с Катей слышала. Они там обсуждали, что Мария сегодня вечером план какой-то задумала.

— Вот значит, остались ещё змеи её, — я сжал кулак. — Ну ничего. Я их всех порешаю.

— Главное, чтобы Лизу не задели, — заметил Кир.

— Не заденут, — твёрдо сказал я. — Я не позволю.

Машина подъехала к ресторану. Я посмотрел на часы. Через полчаса начнётся.

— Ну, с богом, — сказал Кир.

— Ага, — ответил я. — Пошли.

Мы вошли в ресторан «Четыре сезона». Зал был отдельный, для таких встреч — уютный, с мягким светом, белыми скатертями и тяжёлыми шторами. Байкануров уже сидел за столом, просматривал меню. Увидел нас — поднялся, улыбнулся.

— Демид, Кирилл, присаживайтесь.

Я кивнул, сел напротив. И тут же заметил её.

Мария.

Она сидела рядом с Байкануровым, но её место было выбрано так, чтобы быть в центре внимания. Вырез платья — больше, чем нужно для официального вечера, на котором подписывают контракты. Она вырядилась так, будто собралась не на деловую встречу, а на панель. Золотое, обтягивающее, с декольте до пупа. Похоже, у некоторых баб за 30 мозг плавиться начинает.

Байкануров даже в ус не дул. Мужик был занят меню и своими мыслями, на неё не смотрел.

— Ну что, начнём? — сказал я, раскладывая документы.

Мы обсудили последние пункты. Всё шло гладко. Байкануров задавал вопросы, я отвечал, Кирилл поддакивал. Мария молчала, но я чувствовал её взгляд.

А потом я почувствовал её ногу под столом.

Она тёрлась о мою щиколотку, поднималась выше. Я отодвинул стул. Резко, чтобы она поняла.

Она улыбнулась. Ничуть не смутилась.

— Всё хорошо? — спросил Байкануров, поднимая глаза.

— Да, — ответил я. — Всё отлично.

Контракт подписали. Байкануров откинулся на стуле, довольно улыбаясь.

— Ну что, Демид, — сказал он. — Давай выпьем за сотрудничество. Не спеши, посидим, отдохнём. Наше сотрудничество и вам, и нам принесёт отличный результат.

— С удовольствием, — кивнул я.

Официант принёс виски и коньяк. Я сделал глоток — чисто символически. Пить не хотелось. Да и зачем? Контракт подписан, дело сделано. Можно было ехать домой.