Время текло быстро, несколько случаев из практики, несколько к месту рассказанных анекдотов, пара страшилок – и пришла пора закругляться. Напоследок решил дать возможность ребятам высказаться.

И тут в воцарившейся тишине раздался такой смачный чих, что я чуть не подпрыгнул на месте от неожиданности. И кто его произвел его, я определил с трех нот. Конечно, наша леди Уже Без Пальто.

Ей еще хватило наглости после этого как ни в чем ни бывало задать вопрос, как попасть в мою фирму. Это после того, как она назвала меня тупым распиаренным уродом, и вместо того чтобы внимать моим словам, всю лекцию копалась в своей кошелке. Причем тупым она меня считала на полном серьезе, оценивая мои умственные способности где-то на уровне рыбки гупи.

Неужели она думала, что после всего, что она наговорила в магазине, я приму ее с распростертыми объятьями?

После встречи со студентами в универе жизнь на какое-то время заиграла красками.

Я часто возвращался к тому дню в воспоминаниях, а потом понял, что вспоминал я именно моменты, связанные с этой нелепой девчонкой.

Ее поведение совершенно не вписывалось в привычные рамки.

Может, она именно та, кто поможет мне вернуть вкус к жизни?

Я теперь знал, что нужно делать.

Конечно, я не мог спросить у своего знакомого проректора, как зовут студентку, которая ходит в пальто, снятом с бабки, и шапке крупной вязки, надвинутой на глаза. Поэтому я направил в университет запрос на двух практиканток. Три мне было много, их просто нечем было бы занять, потому что доверять что-то хоть немного серьезное желторотым студенткам - дело опасное. А две было в самый раз, чтобы просьба смотрелась правдоподобно.

Мелкая определенно училась на первом или на втором курсе. На всякий случай я включил в запрос еще и третий курс. Намекнул, что ищу кого-то подходящего под мои жесткие требования.

Отправил самого молодого помощника адвоката на важную миссию – отщелкать для меня фотографии с личных дел студенток.

- Зачем? – удивился он.

- О физиогномике слышал? Наука такая есть. Раньше по чертам лица определяли, является человек преступником или нет. Вот и я определю, подходит ли студентка для практики в нашей конторе.

Мы тупых на работу не набирали. Поэтому парень скорее всего решил, что я хочу отобрать самых смазливых для того, чтобы крутить здесь шуры-муры. Но так как он был не тупой и держался за свое место, он просто не стал комментировать чушь про физиогномику.

- Сначала пришлешь мне фотографии тех, кто хорошо учится. Потом, если я никого не отберу, посмотрим на всех.

Вопроса о доступе к персональным данным даже не стояло. Щедрый магарыч для проректора закрыл все возможные возражения.

Впрочем мне не пришлось убивать день на просмотр фотографий. Проректор сразу порекомендовал лучших студенток, и в их числе оказалась и та девчонка.

Ромашкина Варвара.

У девушки не только старомодное пальто, но и имя.

Теплое имя, солнечное, - тут же поправил себя.

И лицо такое, озорное, без малейшего намека на искусственность.

Я черкнул в сообщении фамилию Ромашкиной и какую-то еще из рекомендованных проректором.

Несколько дней я жил предвкушением этой встречи.

И каково было мое удивление, когда вместо Ромашкиной в первый день практики я увидел двух совершенно не интересных мне кобылок.

Две пигалицы увлеченно что-то обсуждали, своим чириканьем мешая мне сосредоточиться на выборе.

И тут одна горластая выкрикнула мою фамилию, да так громко, что я чуть не вздрогнул. Неожиданно, когда тебя окликают в таком месте. Секунды мне хватило, чтобы врубиться, что девчонки слишком экспрессивно обсуждают какого-то паренька, моего тезку.

- И ничего он не симпатичный! – донесся до меня очередной пассаж щуплой девчонки в старомодном пальто и надвинутой на лоб стремной шапке.

Бедный парень. Ни с подружками не повезло, ни с внешностью.

- Просто он распиаренный, - продолжила распинаться она. - Не удивлюсь, если в нем нет и сотой доли приписываемой ему гениальности. Обычный юрист, сумевший сделать себе имя.

Стоп! А вот это уже интересно. Неужели эти две дурынды так нагло обсуждают меня?

Я, оказывается, и несимпатичный и… тупой. Просто сделал себе имя.

И кто это говорит? Девчонка в потертом пальто. Такой фасон еще моя покойная бабуля носила.

- Да кому нужна его гениальность! Он похож на мужчину с обложки журнала, - мечтательно пропела ее более современная подружка. – Я б ему дала.

Вот. Вот это адекватная оценка моей внешности. Не сомневаюсь, что она с радостью исполнила бы свое спонтанное обещание. Девчонки обычно только тем и занимаются, что пытаются запрыгнуть ко мне в постель.

- Ага, журнала, - не сдавалась мелкая хамка. - «Крестьянки» за девяносто пятый год. У бабушки стопка целая под кроватью лежит. И про фотошоп не забывай. Может, увидишь вживую и потом трусами не отмашешься.

Почему-то при этом представил ее старательно размахивающей огромными розовыми рейтузами и содрогнулся.

Что это за чудо чудное такое, старомодное и языкастое.

Появилось непреодолимое желание поставить девчонку на место. Сейчас узнает меня, стушуется, будет просить прощение. Интересно посмотреть, как она смутится, покраснеет, а может, наоборот побледнеет.

- Девушки, пропустите, пожалуйста, я спешу, - я подошел к подружкам со спины и остановился в шаге от них.

- Сами спешим, - огрызнулась мелкая хамка.

Ну, ничего, увижу ее в университете, устрою такой разнос, что мало не покажется.

Поймал себя на мысли, что меня вдруг заинтересовала совершеннейшая глупость. Неужели я вновь почувствовал вкус к жизни?

Правильно говорят, юность заряжает энергией и позитивом.

Получать очередной заряд я не спешил. Медленно и тщательно очистил грязь на брюках, чтобы выглядеть безупречно и не спеша, прогулочным шагом, направился в университет.

В актовом зале, где я должен был читать студентам лекцию, способную зажечь их сердца и убедить в правильности выбранной специальности, было многолюдно и шумно. Стоило мне войти, как по рядам пронеслись восторженные шепотки.

Вот это я понимаю – теплый прием.

Встав за кафедру, я окинул взглядом зал и подал знак рукой, призывая к тишине.

Интересно, эта наглая мышь в бабкином пальто тоже здесь.

Еще раз пробежался глазами по рядам, но ее так и не увидел.

Может, поняла свою оплошность, испугалась и не пришла?

Да и хрен с ней.

Я заговорил. К выступлению я не готовился. Студенты – это не слишком взыскательная публика. Импровизации им будет вполне достаточно. Хорошо работать языком я всегда умел. Иначе никогда не стал бы успешным адвокатом.

Сегодняшние детишки, завтрашние коллеги с жадностью ловили каждое слово.

Сидели, боясь пошевелиться, и даже дышали через раз.

И только один человек нарушал гармонию. Девушка без конца копалась в своей сумке. И когда бы мой взгляд ни возвращался к ней, она продолжала делать то же самое. И как назло меня как магнитом тянуло посмотреть, перестала ли она шебуршать в своей необъятной котомке.

Я уже порывался сделать ей замечание. Потому что каждое ее движение отчего-то меня раздражало. Но тут меня настигло озарение.

Это же она, та самая девчонка в бабкином пальто. Без верхней одежды узнать ее было сложно, потому что теперь ее не портили ни сидящее не по фигуре пальто, ни уродливая шапка.

И совсем она не дурнушка, как мне показалось в магазине, а очень даже миловидная девушка.

Время текло быстро, несколько случаев из практики, несколько к месту рассказанных анекдотов, пара страшилок – и пришла пора закругляться. Напоследок решил дать возможность ребятам высказаться.

И тут в воцарившейся тишине раздался такой смачный чих, что я чуть не подпрыгнул на месте от неожиданности. И кто его произвел его, я определил с трех нот. Конечно, наша леди Уже Без Пальто.

Ей еще хватило наглости после этого как ни в чем ни бывало задать вопрос, как попасть в мою фирму. Это после того, как она назвала меня тупым распиаренным уродом, и вместо того чтобы внимать моим словам, всю лекцию копалась в своей кошелке. Причем тупым она меня считала на полном серьезе, оценивая мои умственные способности где-то на уровне рыбки гупи.