Отшвырнув бычок в урну, он вместо того, чтобы вернуться в клинику, быстрым шагом направился к нам.

Мне хотелось провалиться сквозь землю. Я надеялась, что он увидел какого-то знакомого. Не ко мне же он идет. Сердце заколотилось так быстро, что пульс застучал в ушах.

- Варь, садись.

Владик справился с дверью и теперь не понимал, почему я застыла как изваяние. А я просто не могла пошевелиться, словно меня парализовало. Я как крошечный кролик замерла перед удавом, надвигающимся на меня.

- Вот так, Варь, да? – от голоса Влада веяло арктическим льдом. Мне сразу захотелось обхватить себя руками. Защититься от пронизывающего холода. - Вот это отношения на равных? Машина, которой пора на свалку? Юнец, который будет изо всех сил пыхтеть, чтобы обеспечить семью? А как же карьера, Варя? Решиться на детей, когда еще прочно на ногах не стоите, это разумно? Я разочарован.

Я почувствовала, как на плечо легла рука. Владик обнял меня.

- Юнец? Дядя, иди читай свои лекции кому-нибудь другому. Сами разберемся, как нам жить.

- Ребенка заделал, а жениться когда собираешься? – Влад переключился на тезку.

- Как только, так сразу. Иди к своей милфе с дутыми сиськами, любуйся на своего спиногрыза, а от Вари отвали, - он шагнул вперед, оставив меня за спиной. Зная, взрывной характер друга, я попыталась его успокоить.

- Владик, поехали, пожалуйста.

- Владик, значит, - Соколов криво усмехнулся. – Теперь я понял, как выглядит твой идеал мужчины.

Жизнь не остановилась.

Это только в сказках принцы женятся на золушках.

В жизни равные выбирают равных. Я всегда это знала. С детства я рассчитывала только на себя. Только труд и упорство помогли поступить мне в престижный институт. И теперь только от меня зависело, смогу ли я построить такую карьеру, чтобы обеспечить и себя, и ребенка.

Я впитывала каждое слово Гришаева, приезжала к нему с раннего утра и работала до позднего вечера. Сначала он вежливо выпроваживал меня, говоря, что ему неудобно эксплуатировать беременную женщину. Я понимала, что ему меня фактически навязали, и он искал повод уменьшить время моего присутствия в его жизни.

Но постепенно он свыкся, я заметила, что мое присутствие больше не тяготит его. Он делился со мной историями из практики, рассказывал о казусах, которые с ним случались в начале его пути в профессии. А я не верила, что такой умный и внушающий уважение человек мог попадать в такие неловкие ситуации.

Обедали и ужинали мы обычно вместе. На стол накрывала его помощница по хозяйству Алевтина Егоровна, сухонькая старушонка, наверное, его ровесница. Я всегда помогала ей, потому что мне было неудобно сидеть как принцесса, пока меня обслуживают.

- Подумай о том, чтобы перевестись на заочное или на свободное посещение, - ближе к сентябрю завел разговор он. - Теория, конечно, хорошо, но ты сама ее сможешь по книжкам разобрать, а практика с неба не падает. И не всегда практика и теория идут рука об руку.

- Я, наверное, и у вас не смогу работать. Пока ребенок хоть немного не подрастет, - с грустью ответила я. – Но я буду ходить к вам до самых родов. Вам так просто от меня не отделаться.

- Две недели тебе дам отпуска после родов, а потом возвращайся.

Я не поняла, шутит он или говорит правду.

- Я не смогу оставить малыша одного, без присмотра. Конечно, с ним будет няня Рита, но… надолго я не смогу уезжать. Его кормить нужно. Я хочу кормить сама, без смесей. Но вы не переживайте, я все смогу делать дистанционно.

- Нет, я не люблю все эти электронные почты. Стараюсь минимизировать общение в таком виде.

- Понятно, - пробормотала я.

Ну вот, я считала, что у нас полное взаимопонимание, а оказалось, что Гришаев только ждал удобного момента, чтобы меня выгнать.

- Что тебе понятно?

- Спасибо вам за все. Вы очень многому меня научили за такой короткий срок. Я всегда буду вспоминать о вас с благодарностью.

- Пойдем, - Анатолий Иванович указал рукой на коридор, я последовала за ним, нисколько не догадываясь, куда он меня ведет. Может, даст рекомендации и скажет, что мы можем распрощаться уже сейчас?

Он остановился перед дверью и толкнул ее.

- Заходи.

Я сделала шаг за порог и застыла в замешательстве.

Я стояла в детской, окрашенной в нежно-голубой цвет. Здесь была совершенно новая кроватка с голубым покрывальцем и балдахином, пеленальный столик, небольшой диванчик.

- Будешь привозить сюда и спокойно работать. Если что Алевтина Егоровна присмотрит.

- Но как..? – только и смогла проговорить.

- Мы с Венерой Ивановной боялись не успеть. Комната требовала ремонта. Мебель она выбирала, я не очень в таком разбираюсь.

- Дети обычно кричат, а вы любите работать в тишине, - пробормотала я.

- Я, если честно, с возрастом стал плохо слышать. Но на всякий случай Алевтина Егоровна купила мне беруши.

Не справившись с нахлынувшими чувствами, я заключила в объятья Анатолия Ивановича и чмокнула его в морщинистую щеку.

- Ну, ну, полно тебе. Это не я. Это Венера Ивановна придумала. А я всего лишь помог с реализацией.

- Как вы согласились только?

- Ну а куда мне было деваться? – отшутился он.

Я, как и обещала, работала до последнего. Пыхтела, подкладывала под спину подушку и печатала документы для Анатолия Ивановича.

Он меня жалел, пытался не нагружать, но я ему говорила, что если он не будет мне давать работу, то я буду сама искать мелкие заказы в интернете. Это действовало.

Наступил сентябрь. На 20-е у меня был назначен срок родов. Сумку в роддом я собрала заранее. Я надеялась, что рожу не раньше назначенной даты. Хотела успеть поздравить Витю с днем рождения.

С мамой я так и не общалась. Она бросала трубку сразу, как только слышала мой голос. Иногда звонила папе, узнавала у него новости. Папа никогда не был многословным, поэтому разговор у нас выходил коротким.

На день рождения брата меня никто не пригласил.

Да мы и не отмечали никогда такие праздники. Мама обычно покупала недорогой торт в кулинарии неподалеку, и мы вечером всей семьей пили чай.

Поэтому я купила подарок и решила встретить его в школе после уроков. Когда заканчиваются занятия, я спросила у него утром после поздравлений.

Подвезти до школы я попросила Владика. Хотела свозить мальчишек в кафе, купить пиццу и всяких вредностей и отметить праздник.

Братьев мы ждали у калитки, потому что я забыла спросить, с какого выхода их выпустят. А так мы точно их не провороним.

Вскоре школьный двор заполнился разноцветной толпой, движущейся к калитке. Я пыталась рассмотреть среди мальчишеских макушек братьев, но они меня заметили первыми и побежали к нам.

Поравнявшись с нами, они остановились, уставились на мой живот.

- Ого! Какой большой! Там двойня? – Петя даже забыл поздороваться.

- Нет. Один, ваш племянник или племянница.

- Это мы, что, дядями будем? – ошарашенно выпучил глаза именинник. – Прикольно!

- Идите сюда. Что встали как неродные? – я распахнула объятья, и они бросились ко мне.

- Э-э-э-й, поаккуратней, сейчас Варю с ног собьете.

Когда они от меня отлипли, я достала из сумки коробку с телефоном и вручила Вите.

- С днем рождения!

- Ух ты! С цветным экраном! Сенсорный! Теперь у меня будет такой же телефон как у всех! – запрыгал Витя, не веря своему счастью.

Петька чуть не расплакался, поник.

Я потрепала его по голове:

- И тебе на день рождения подарю.

- Правда? – посмотрел с надеждой и улыбнулся сквозь слезы.

- Как там дома дела? Как мама? Как бабушка? Артем? Олеся?

- Все хорошо. У Артема зуб вырос новый. Олеся орет на нас все время. Бабушка из комнаты не выходит. Мама с папой ругаются, - наперебой стали рассказывать новости.

- Погодите, давно бабушка не выходит?

- С конца лета.

- Владик, планы меняются. Поехали домой.

Дома пахло борщом. Я так давно не ела маминого борща. Няня Рита тоже вкусно готовила, но такого борщ, как у мамы, у нее не получался.