Мы все еще ужинали, когда Олеся вернулась с работы. Услышав, что хлопнула дверь, мама крикнула ей.

- Ты вовремя! Котлетки и пюре горячие.

Олеся вошла на кухню минут через десять. Мама уже разливала чай по кружкам, успевая дать по рукам братьям, чтоб не таскали конфеты одну за другой.

- Устала? – мама улыбнулась сестре. – Кастрюля с пюре на плите. Котлеты в миске. Накладывай.

- Да у меня аппетита нет.

- А что ж так? – нахмурилась мама.

- Испортился. Если я вам скажу почему, у вас тоже испортится.

- О как! – папа оторвался от газеты и с интересом посмотрел на Олесю. – Скажи. Мой аппетит не испортить ничем.

Олеся подняла вверх руку с моим телефоном и нажала на экран.

- Запомни, - я замерла, услышав знакомый голос, - заглатывай член как можно глубже. Мужчины дуреют с этой прикормки.

Папа поперхнулся и закашлялся. Мама покраснела до корней волос, но быстро взяла себя в руки, шикнув на братьев, чтобы они немедленно зажали уши и вышли из-за стола.

Петя и Витя нехотя поднялись, громыхая стульями, разочарованные тем, что пропустят представление.

Мама прикрикнула на них, заставляя поторопиться. Тогда они похватали из вазочки конфеты и быстро смылись, пока мать не отняла конфеты.

Я же стояла, оцепенев, не веря, что это происходит на самом деле.

Я и предположить не могла, что Олесе придет в голову лезть в мой телефон. Может, это было и не в первый раз. Кто знает, когда она умудрилась подсмотреть графический ключ.

- Ты не думаешь, что такие видео неуместны за семейным столом? – строго сказал отец. Он не разобрался в ситуации и не понял, что в ее руках мой телефон.

- А ты не хочешь спросить у Вари, что это за видео? – в интонации Олеси был неприкрытый вызов.

- А Варя тут причем?

- Потому что это ее телефон.

- Так верни его. Зачем ты берешь мои вещи? – отмерла я.

- Ну как зачем? Я же твоя старшая сестра и должна о тебе заботиться. А ты ступила на кривую дорожку.

- Олеся, верни Варе телефон, - сказала мать. – Варя уже взрослая. Сейчас каких только глупых видео ни снимают, то матерятся через слово, то чушь всякую несут. Сейчас еще будем Варе указывать, что ей смотреть, а что не смотреть. Ей не пять лет. Сама разберется.

Олеся усмехнулась.

- Слишком хорошего вы о ней мнения. Это не просто видео. Это целый курс, о том как доставлять удовольствие мужчинам, который Варечка себе скачала. Еще и платный. Но ведь за такие полезные знания и денежки заплатить нежалко. Все окупится.

Папа снова закашлялся.

- Вот такая у нас разносторонняя и любознательная девочка, - Олеся выдержала многозначительную паузу, а потом произнесла: - Да и девочка ли.

Мама вскочила со стула и выхватила телефон у Олеси, сбавила звук до минимума и стала просматривать видео.

Ее глаза расширились от ужаса. Гримаса омерзения явно отражала ее отношение к подобному контенту.

- Скажи, что ты не смотрела эту гадость, - с мольбой в голосе обратилась ко мне. – Зачем это? Как можно учить такому. Между мужчиной и женщиной все должно происходить за закрытыми дверями. Это таинство!

- Мам, ну мы же не в каменном веке живем. Я просто хотела иметь представление… - при отце говорить на такую тему было стыдно. – И я за это ничего не платила. Выиграла в розыгрыше.

- Как это происходит, тебе должен показать муж, - нахмурившись, сказала мать. – Не все, что даром, полезно.

- А вы уверены, что Варенька эти ценные знания, - Олеся нарисовала в воздухе кавычки, - еще не успела отработать на практике?

– Хватит, Олеся! – резко сказал отец, краснея не меньше матери. – Варя, не хочешь ничего объяснить?

– Что объяснить? – мой голос сорвался, и слезы навернулись на глаза от обиды и беспомощности. – Я не делала ничего такого, о чем говорит Олеся!

- Да-да-да, - язвительно протянула сестра. – Расскажи нам всем, что за мужики тебя возят на тонированных иномарках. А в ресторанах ты с кем сидишь? Ты даже у подъезда с каким-то хахалем засветиться успела. Мне Нина Григорьевна рассказала. Ей было интересно, что это за жених у тебя появился. Вы-то думаете, что Варенька трудится в поте лица, а она личную жизнь устраивает.

Мама вопросительно посмотрела на меня.

- Что за мужчины?

- Нет никаких мужчин. Это руководитель практики. Владислав Михайлович. Один раз подвез и проводил до дома, потому что время было позднее, и он переживал, что меня могут обидеть. Один раз пообедали в ресторане. Ну извините, богатые люди по столовкам не ходят.

«Если их туда силком не затащить», - пронеслось в голове.

- Олеся, Варя все объяснила. У меня нет оснований ей не верить. Не надо драматизировать и… - отец решил как можно скорее закрыть этот щепетильный вопрос.

- И брать мои вещи без спроса, - вставила я.

- Да, именно это я и хотел сказать.

- Вы что? – Олеся с удивлением уставилась на родителей. – Верите ей? Что, правда думаете, она вот так просто обедает с взрослыми мужиками, а потом смотрит видео про «это» из любопытства? А потом эти самые мужики покупают ей дорогие подарки, вот просто так, по доброте душевной? И еще она едет в горы на новогодние каникулы. Конечно же, исключительно по рабочим вопросам! Вместо того чтобы взять сотрудника с опытом, ее начальник берет какую-то малолетку! Может, не из-за знаний, а потому что у нее рот рабочий? Капец вы наивные! Что ж продолжайте закрывать глаза на очевидные вещи. А потом ваша замечательная умненькая Варенька принесет вам в подоле. Сядет вам на шею и ножки свесит. А у нас появится еще один лишний рот.

Олеся всплеснула руками и выскочила из кухни, а мама вздохнула и тяжело опустилась на стул.

Между ее бровями залегла глубокая складка. Немудрено, ведь Олеся озвучила ее собственные опасения. Вчера мама говорила мне буквально то же самое, только в более мягкой форме.

- В чем-то Олеся права, - мрачно сказала мама, вытаскивая перемазавшегося Артемку из детского стульчика для кормления. О нем забыли и он, пользуясь тем, что на него не смотрят, с упоением размазывал пюре по столику и щекам. - Мне не нравится твой начальник. По наивности ты можешь принять его поступки за доброту. И не заметишь, как он тобой воспользуется. Он развлечется, а твоя репутация будет загублена. Варя, у тебя сейчас на первом месте должна быть учеба. Вот закончишь институт, найдешь работу, вот тогда можешь встречаться с кем хочешь.

- Ты думаешь, что у меня нет головы на плечах?

- Думаю не стоит тебе ехать ни в какую командировку.

Отец кивнул:

- Полностью поддерживаю маму. Мы тебе верим, Варя. Но лучше тебе остаться дома. Матери поможешь. Она хоть отдохнет от того, чтобы всем сопли подтирать.

- А ты? – вдруг выпалила я то, что раньше никогда не решалась сказать. – Ты не хочешь ей помочь?

- Папа деньги зарабатывает. Всех содержит. Ему тоже нужен отдых, - мама стрельнула глазами в папу, который явно растерялся, не зная, что мне ответить.

- Ясно. Получается, только мне одной ничего не нужно, - я вышла из-за стола, с трудом сдерживая слезы.

Мне пришлось спрятаться в ванной, чтобы проплакаться, потому что в нашем доме не было никакого самого крошечного пространства, где я могла бы остаться наедине с собой.

От Олеси я такого не ожидала.

Какой смысл был в ее выходке?

Ей обидно, что я учусь в универе, а она просрала такую возможность?

Не хочет казаться на моем фоне неудачницей?

Но ведь ее родители ни разу даже не упрекнули за то, что она профукала шанс получить высшее образование и все деньги за бабушкин домик.

Я тоже никогда ничего не говорила в духе: я вот такая молодец, учусь бесплатно, а ты даже за деньги не смогла.

Дверь дернули, а потом в нее замолотили с истошным криком:

- Пустите! Пустите! Писать хочу!

- Нет, я первый!

Братья.

Тяжело вздохнув, я поднялась с бортика ванны и умылась холодной водой. Посмотрела в зеркало, все равно видно, что плакала.