Соколов – человек из другого мира. Из мира денег и власти. Девочке из бедной семьи там не место.

Но мне хотелось сказки – пусть на один вечер. Я не буду думать ни о планах на жизнь, ни об обязательствах, ни о семье. Я не буду думать ни о чем, просто отдамся ощущениям. Возможно, у меня такого больше никогда не будет.

Мне хотелось, чтобы он коснулся меня, чтобы поцеловал так, как тогда.

В этой поездке действительно все изменилось. Я стала воспринимать его иначе, не как начальника, а как человека. И как мужчину.

Причем изменился не только мой взгляд на Влада, менялась я сама, мои мысли, мои чувства. Появлялось что-то новое, не испытанное ранее.

И это меня пугало и будоражило одновременно.

- Уверена.

Он увлек меня на шкуру у камина и прежде, чем поцеловать, долго смотрел на меня – то ли любовался, то ли искал на моем лице тень сомнения.

А потом его губы коснулись моих…

Этот поцелуй совсем не походил на тот. Он был тягуче-нежным, сладким, неторопливым.

Он будто понял, что я уже принадлежу ему — и теперь медленно, вдумчиво пробовал меня на вкус.

Я запустила ладони под его свитер, изучая рельеф его тела. Пальцы скользили по его сильному, крепкому, теплому телу.

В груди все трепетало от ощущения, что этот невероятный мужчина – мой. Пусть ненадолго, всего на одну ночь.

Поцелуи одурманивали, я растворялась в блаженстве и не хотела, чтобы это прекращалось. Я не заметила, как он стянул с меня свитер, и когда он коснулся губами ключицы, по позвоночнику пробежал ток. Его руки, лаская мою спину, как бы невзначай расстегнули застежки лифчика, продолжая поглаживать, избавили меня от него.

Я вздрогнула. Впервые я обнажена перед мужчиной.

- Все в порядке? – он остановился.

Я подавила желание прикрыться. От того, с каким восхищением он смотрел на мое тело, хотелось провалиться сквозь землю.

Поборов смущение, я кивнула.

Он снял свой свитер и потянулся ко мне.

- Подожди… — я коснулась его плеча. — У тебя есть защита?

Он замер на секунду, потом кивнул:

- Есть. Стратегический запас.

Влад выдохнул, поднялся и прошел к тумбочке у дивана, открыл ящик и достал блестящий квадратик. Невольно я залюбовалась на его торс – не перекачанный, но сильный и спортивный.

Вернувшись, он швырнул презерватив на пол и притянул меня к себе.

Я почувствовала его кожу своей – горячую, обжигающую, манящую. Мне хотелось касаться ее, рисовать на ней узоры пальцами, вдыхать ее запах. Новые ощущения накатывали теплыми волнами, расходились по всему телу и стягивались внизу живота в тугой узел.

Влад покрывал мое тело поцелуями, не пропуская ни одного миллиметра кожи. Они не приносили облегчения. Наоборот – мне хотелось, чтобы он как можно скорее избавил меня от остатков одежды и оказался во мне.

Влад будто услышал мои тайные желания, расстегнул пуговицу на моих джинсах и стянул их вниз. Я зажмурилась. Надеюсь, в полумраке помещения он этого не заметил.

Когда он коснулся тонкой ткани трусиков – самых обычных, хлопковых, я тихонько застонала от смущения, смешанного с удовольствием.

- Ты такая красивая, - хрипловатым голосом сказал он.

А у меня все внутри завибрировало от этих простых слов.

Пряжка ремня звякнула. Зашуршала фольга.

Я старалась не пялиться туда, чтобы не выдать своей реакцией того, что впервые вижу обнаженного мужчину.

Почему-то мне казалось, что если Влад поймет, что у меня до него никого не было, он остановится и заставит меня одеться.

Влад устроился между моих бедер, и я почувствовала, что теперь пути назад точно нет. Боль пронзила резким толчком. Я не сдержала короткий вскрик.

Влад замер.

Мне было страшно взглянуть ему в глаза. Он понял.

- Почему не сказала?

- Зачем? – прошептала я. – Я думала, ты не догадаешься.

- Я, конечно, не спец в девственницах, но не тупой.

- Я хотела, чтобы ты был первым. Если бы ты знал – отказался бы, - до боли закусила губу.

- Варя! – он коснулся лбом моего лба, его сердце стучало оглушительно громко. – Дурочка, - это прозвучало почти нежно. – Я буду осторожен. Если что-то не так, говори.

Я кивнула, и он снова потянулся ко мне, медленно, будто давая мне время. Движения стали мягче, осторожнее. Боль всё ещё прорывалась вспышками, но за ними проступало удовольствие, как будто тело училось доверять Владу.

Напряжение уходило, растворялось без остатка, оставляя после себя теплую негу.

Я крепче вцепилась в его плечи, обвила его бедра ногами, желая быть как можно ближе к нему, слиться с ним в одно целое.

Он замер, простонал мне в шею, и я почувствовала, как дрожь прошла по его телу. Какое-то время он оставался во мне, а потом перекатился набок и сгреб меня к себе, обнимая. Мы лежали молча. Я ловила его дыхание и улыбалась, пользуясь тем, что он не видит моего лица.

Его рука лежала на моей талии, большая, тёплая, надёжная. Я прижималась к нему всем телом, стараясь запомнить это ощущение — тепло его кожи, его запах, потрескивание поленьев в тишине ночи, отблески огня на бревенчатых стенах.

Это моя счастливая сказка, а завтра все будет по-другому.

Неделя пролетела, как сказочный сон. Мы всё время были вместе: гуляли по окрестностям, катались на лыжах и ватрушках. А ещё - занимались любовью. Я старалась запомнить каждый счастливый миг.

Но любая сказка когда-то заканчивается. Главное - успеть поставить точку вовремя, пока не начались недомолвки и обиды.

Я поставила эту точку сразу, как только мы въехали в город. Только Влад еще об этом не знал.

Он остановил машину у моего подъезда и потянулся поцеловать меня.

Я отстранилась.

- Не понял. Что случилось?

- Владислав Михайлович, мы вернулись. Теперь вы снова - мой начальник, а я - ваша практикантка.

Влад замер, не веря своим ушам.

- Владислав Михайлович? И на вы? – он нахмурился. – Ты издеваешься?

- Да. Теперь только так.

Он тяжело выдохнул, сжав руль так, что побелели костяшки пальцев.

- То есть в этом вся проблема? Хорошо. Значит, практика окончена. Завтра оформим все бумаги. Будем видеться только по вечерам.

- Нет.

- Блин, Варя… - он повернулся ко мне. В голосе было раздражение, но под ним слышалась растерянность. - Какая муха тебя укусила? У нас же всё было хорошо!

- Хорошо? Тогда скажите, кем вы меня считаете? Очередной игрушкой? Девочкой вроде тех, что были на базе?

- Что?! - он чуть подался вперёд. - Ты вообще себя слышишь? Я вижу в тебе девушку, с которой мне спокойно, с которой мне хочется быть. Мы смеялись, разговаривали, занимались любовью. Зачем ты всё ломаешь?

- Потому что у этого есть срок годности. Неделя, месяц - пока вам не надоест.

- Это бред. Это будет продолжаться, пока нам вместе хорошо. И мне с тобой хорошо! - он почти повысил голос, но тут же взял себя в руки. - Почему ты решаешь за нас обоих?

- Потому что только вы будете решать, когда "хорошо" закончится. Как вы не поймете?! Мы не на равных. Вы на одном берегу. Я на другом. Между нами пропасть.

- Варя… - он уставился на меня, как на незнакомку. - Ты себя накрутила. Я вообще не понимаю, о чём ты. Пропасть, берега - откуда ты это взяла?

Мне захотелось взвыть. Мы словно на разных языках говорили.

- У вас много денег. Моя семья еле сводит концы с концами. Вы известный адвокат. Мой отец рабочий с завода. Вы взрослый и опытный мужчина. А я студентка. Достаточно? Или продолжать?

Он отвернулся к лобовому стеклу, провёл рукой по лицу, потом резко обернулся ко мне.

- Ты сейчас серьёзно? - голос был хриплым, будто ему пришлось его прокашлять. - Деньги, возраст, статус… Это всё, что ты во мне видишь?

Я молчала. Не потому, что нечего было сказать. Я боялась разозлить его еще больше. Я видела, что он уже на пределе. Вот-вот и грянет взрыв.

- Я не понимаю, Варя. Зачем было всё это? Ты сама пришла ко мне. Ты сама хотела. Сама попросила.