- Не переживай, падения – это нормально, - подмигнул мне Соколов.

Я стояла в стороне, пока они выбирали подходящий велосипед. Потом Влад объяснял ему, что и как нужно делать.

Когда Артем тронулся с места, мое сердце замерло. Я так и не научилась кататься на велосипеде, несмотря на то, что лето мы проводили у бабушки в деревне. Упав один раз, я боялась сесть на велосипед снова. А рядом не было никого, кто мог бы меня подбодрить. И теперь я, забыв как дышать, следила за сыном. Мне все казалось, что вот сейчас он свалится с велосипеда.

Он вилял, ехал неуверенно, но ехал, а в шаге от него был Влад, готовый подстраховать в любой миг.

- Прикинь, он круче, чем я! – обернувшись, крикнул Влад. Он широко улыбался. В его глазах горела неподдельная гордость. – Сел и поехал. А я все время летал, то в канаву, то в крапиву, пока не научился.

Я тоже улыбалась глядя на них. Вскоре Артем уже катался без подстраховки Влада. Доезжал до конца дорожки и возвращался к нам, умудряясь ни на кого не наехать.

- Мама! Мама! – кричал он мне, сияя от счастья. – Смотри, как я могу!

- Может, и тебя научить? – наклонился ко мне Влад, как-то слишком интимно.

Я слегка отстранилась:

- Я не говорила, что я не умею.

- Как знаешь, - пожал плечами он. – Ты всегда можешь передумать.

- Я уже училась как-то у тебя, хватит.

- М-м, пункт первый правил. Какие там у нас санкции?

- Никаких.

- Неправильно получается. Правило есть, а наказание за его нарушение не предусмотрено. Давай так еще один твой выпад в мою сторону, и ты идешь со мной на обед в ту жуткую столовую, в которую ты меня притащила.

У меня аж дыхание перехватило от его наглости.

- А какое наказание будет для тебя?

- А чего бы ты хотела?

- Чтобы ты уехал и все было как раньше. Но я вижу, как Артем тянется к тебе. Поэтому ничего.

- Я все равно не собирался ругаться с тобой.

Артем подъехал к нам, слез с велосипеда и стал дергать Влада за руку.

- А давай вместе поедем к той аллее.

- Артем, мы разве можем оставить маму? Ей будет скучно одной.

Артем перевел на меня разочарованный взгляд.

- Не будет, катайтесь. А я отдохну немножко, - я показательно села на лавочку, а Артем с Владом направились в точку проката.

Они действительно поладили. Возможно, из Влада получится не самый плохой отец. Но меня настораживало то, что Влад не собирался ограничиваться общением с сыном. Он задевал меня, провоцировал на более близкий контакт, явно не желая оставаться в рамках делового стиля общения. А его поцелуй… Я прикоснулась пальцами к губам…

Нужно не давать ему никаких поводов думать, что можно изменить формат отношений.

С лавочки дальняя аллея просматривалась плохо. Но я все равно видела, как мелькают их силуэты за деревьями. Мне тяжело было расслабиться и не смотреть в ту сторону. Но я убеждала себя, что Влад – отец и имеет такое же право на ребенка. Доверять ему, не бояться отпускать с ним Артема мне еще предстояло научиться.

Следующим пунктом был пруд. Артему вдруг взбрело в голову покормить уточек.

Я купила специальный корм в автомате.

Влад подставил ладонь, следом протянулась ладошка Артема.

Утки, уже догадавшиеся, что сейчас будет происходить, подплыли к берегу, смешно дергая головами и разевая клювы.

Артем первым кинул горсть в воду, и утки, как по команде, стали опускать клювы в воду.

- Почему ты не знал про меня? – как гром среди ясного неба прозвучал вопрос Артема.

Ничего не предвещало, как говорится.

Вместо того чтобы кинуть зерно в воду, Влад сжал кулак и посмотрел на меня.

- Потому что я тогда не умел слушать твою маму. Я думал, что знаю все сам. И я ошибался.

- То есть ты был глупый? - уточнил Артем.

Влад улыбнулся, кивнул и, размахнувшись, разжал пальцы. Зерна полетели в мутную воду.

- Да. Дураком был.

- Хорошо, что я пошел в маму, - едва различимо буркнул сын и продолжил допрос:

- А ты маму любил?

Мое сердце сжалось до маленькой пульсирующей точки.

- Артем, может, хватит вопросов? – мой голос дрогнул.

Но Артем упрямо покачал головой и уставился на отца.

А я сама замерла, поняв, что Влад все же собирается отвечать.

- Когда я встретил твою маму, я устал от фальши и мишуры. А твоя мама была свежим ветром, смешной, веселой, настоящей, - он смотрел на противоположный берег пруда, но казалось, что его взгляд обращен в прошлое. На губах застыла легкая улыбка.

Артем с недоумением посмотрел на Влада.

- Врешь! Мама не бывает веселой. Она даже улыбается печально.

Я отвернулась.

- Наверное, в этом моя вина.

Влад замолчал.

- И-и-и? – Артем, не дождавшись ответа, поторопил Влада.

- Что «и-и-и?»

- Вы с мамой всегда так отвечаете на вопросы: много слов и не по делу? Почему нельзя сказать просто «да» или «нет»?

- Потому что жизнь намного сложнее и нельзя все вместить в рамки одного слова.

- Можно и не одного. Ты любил маму? – с нажимом произнес Артем.

- Я тогда не знал, что такое любовь к женщине. Я любил свою маму, бабушку, но женщины мне были просто интересны. Я не понимал, что я чувствовал к твоей маме. И времени, чтобы разобраться и понять, у меня не было. Я был обижен на нее и зол. И это мешало разобраться в себе. Потом я часто вспоминал ее. И я думаю, да. Если бы мы дали этому зародышу развиться, то это была бы любовь.

- Мы договаривались не врать, - я резко повернулась к нему.

- Я и в самом деле так думаю. Уж поверь, времени на раздумья у меня было предостаточно.

- Ясно, - проговорил Артем. – Мама тебя любила, а у тебя был какой-то зародыш, - Влад стрельнул в меня глазами, очевидно, пытаясь понять, с чего Артем так решил. Я пожала плечами. – Почему вы тогда не вместе?

Я прикрыла глаза и выдохнула. Я боялась этого вопроса, и он прозвучал. Хотя такой человек, как Влад, скорее всего, просто свалит все на обстоятельства.

Но Влад сказал совершенно другое:

- Потому что я думал, что отношения – это когда хорошо и легко вместе, если какие-то трудности и недопонимания, то лучше разбежаться, чтобы не выжирать друг другу мозг. Я не был готов к семье. А твоей маме нужен был рядом человек, на которого она могла бы опереться в трудную минуту, надежный и верный. Она не хотела легкости в отношениях, она хотела так, чтоб вместе и в горе и в радости. Тогда я не мог ей этого дать, и она это чувствовала, - он говорил Артему, но я понимала, что в большей степени эти слова предназначались для меня. – Я ее не понял. Зато понимаю теперь.

Артем нахмурился:

- Если у тебя нет жены, значит, ты до сих пор не готов к семье?

Влад рассмеялся:

- Знаешь, часто бывают несовпадения. Когда есть человек для семьи, но ты не готов. А потом ты готов, но вот только с теми, кто рядом, семью создавать не хочется.

- Как-то все это сложно. Пойдемте лучше на колесе покатаемся, - не дожидаясь моего разрешения, Артем поскакал вперед.

- Он очень умный для своих лет, - задумчиво проговорил Влад. – Интересно в кого?

«Уж точно не в тебя!», - подумала я и улыбнулась.

Артемка после прогулки фонтанировал впечатлениями. Рот у него не закрывался. Я успела двести раз послушать про то, какой он молодец, что так быстро освоил велосипед, и про канатный городок. И через этот поток часто проскакивало «а папа то, папа се».

Я поняла, что для него важно общение с отцом.

Видимо, я недооценивала необходимость мужского участия, думала, что прекрасно справляюсь сама, окружая сына любовью и заботой.

Влад проявлял искренний интерес к сыну. Это было заметно.

Влад проявлял интерес ко мне. Это тоже без труда читалось в его словах и взглядах. Это настораживало, но в то же время задевало потаенные чувства, запрятанные глубоко в душе.

В течение недели Влад звонил каждый день, спрашивал, как Артем. Я не дала ему номер сына, решив, что все общение должно происходить через меня. Хочет поговорить с ним? Я передам трубку, и пусть разговаривают на громкой связи.