— Котя… Он не всегда меня слушается, — честно призналась я. — Характер… Своенравный.

И пожала плечами:

— Я же ведьма.

— Так, это правда, что фамильяры перенимают характер от своих… Ай! — вздрогнул Лекс, когда Мэй стукнула его кулачком в плечо.

— Думай, что говоришь!

— Я хотел сказать… — погладил он руку. — Поэтому он неполноценн… Ай! Мэй!

— Ты опять фигню ляпнул!

— Не исключено, — вдруг вмешался Хост. — Неполноценность, которую я заметил, может оказаться последствием раны. И теперь Котя поглощает светлую магию, чтобы восстановить свои силы.

— В таком случае Котя точно не устоит, чтобы не… поглотить твою попытку ему помочь, — решила я поддержать теорию Хоста.

Так будет спокойнее.

— Что ж, — хмыкнул Лекс. — Раз вы оба так думаете…

Он посмотрел на Котю, который посмотрел на него в ответ — а точнее, все это время не спускал с него взгляда — и мурлыкнул. Лекса передернуло, а я еле удержалась от смешка.

— Так, ладно! — встрепенулся Лекс, но потом снова посмотрел на кота и произнес: — Будет пожизненным адептом!

Мэй не удержала и хихикнула, отчего щеки Лекса порозовели еще сильнее, а я улыбнулась и произнесла:

— Спасибо.

— За что? — искренне удивился тот. — За то, что я твоего кота в рабство забрал?

— Так ты согласен, что своим договором нацепил на нас с Лав ошейник⁈ — тут же подхватила Мэй.

— Я такого не…

— И не говори, что ты не говорил. Ты только что это сказал!

— Мэй, ты…

— Все я тебя правильно поняла!

— Может, пойдем открывать метаморфную стену? — попытался вмешаться Хост.

— Да-да, Мэй, давай все забудем и пойдем открывать метаморфную стену! — радостно подхватил Лекс.

— Не переводи тему, Скалогрыз несчастный!.. — крикнула Мэй, но только уже вслед Лексу, который устремился прочь по коридору.

А мы с Хостом переглянулись, друг другу улыбнулись и последовали за ними — открывать мою первую метаморфную стену.

Нам повезло. Когда мы вывалились из-за метаморфной стены, в коридоре никого не оказалось. Наверное, еще потому что занятий не было и большинству учеников особо незачем было подниматься на третий этаж. Так что, если кто и попадался нам по пути, то это были обитатели Синей жилой башни. Но даже их было не слишком много. Зато все они обращали внимание на нашу шумную компанию, потому что Лекс и Мэй, не замечания никого вокруг, продолжали постоянно о чем-то спорить, а я, Хост и Котя смущенно и чуть поодаль плестись за ними.

— Что-то они в последнее время совсем стали шумными, — обреченно вздохнул Хост, а я криво улыбнулась, после чего вновь посерьезнела и спросила:

— Хост, ты когда-нибудь видел Хранителей Академии? Знаешь, кто они такие?

Он озадачился моим вопросом и, немного подумав, произнес:

— И да, и нет.

— Это как? — удивилась я.

— В Академии существует две касты Хранителей. Одни пришли вместе с магами, и ты уже их встречала. Например, древни, — посмотрел он на меня. — Из-за того, что им нужна почва для жизни, они отвечают за чистоту в гостиной с Гиби.

Я вспомнила маленьких нескладных человечков с желтыми глазами, которых неоднократно замечала, когда в большом зале кто-то мусорил или что-то проливал.

— Они тоже считаются Хранителями? — вскинула я бровь.

— Да, так же как блуждающие огни.

Хост указал на потолок, где можно было увидеть пока что тусклые в дневном свете волшебные огоньки.

— Все: что и кто помогают Академии полноценно функционировать — называют Хранителями, — продолжил Хост. — Даже ветряной элементал в библиотеке тоже один из них.

— Тогда получается, что мнение, будто их никто и никогда не видит — ложное?

— Нет, оно правдивое.

Я вопросительно на него посмотрела.

— Есть еще истинные Хранители, которые существовали еще во времена Крепости, — хмуро произнес Хост. — Говорят, они были «рождены» с Крепостью, все время в ней обитали, следили за порядком и безопасностью. Именно они основа всей Академии, именно их никто и никогда не видел, будто они не желают попадать на глаза других людей.

— Но почему?

Хост пожал плечами.

— Не знаю, и никто не знает. Я как-то озадачился этим вопросом и провел несколько экспериментов…

Он прервался и погладил пальцем переносицу, после чего сверкнул глазами и поинтересовался:

— Ты же заметила одну особенность Академии? Если кто-то что-то повредит, то…

— Она восстанавливается, — произнесла я, чем на мгновение удивила Хоста. — Словно живой организм.

— Именно, — одобрительно кивнул он. — У тебя хорошая наблюдательность.

Я криво улыбнулась:

— Не без подсказки одного человека.

— Все равно. Лекс и Ник, например, до сих пор не знают об этой особенности, — хмыкнул Хост и, посмотрев на меня, серьезно добавил: — Что Академия, словно живой организм.

Он отвел взгляд и без тени спросил:

— А какой живой организм позволит так просто обитать внутри него другим организмам?

Мои щеки слегка похолодели, и я опустила взор, не зная, что ответить. Почему-то слова Хоста, что мы сейчас находимся внутри какого-то неизвестного живого существа, меня немного напугали.

— Если ты прав, то почему замок нас терпит, даже когда мы наносим ему увечья? — почти шепотом произнесла я.

Хост почесал кудрявую голову:

— Возможно, симбиоз с нами куда выгоднее, чем… некоторые неудобства. А все действия Хранителей это не совсем желание нам помочь, а попытка контролировать порядок. Или…

— Или?

— Их разум не позволяет принимать решения самостоятельно, поэтому они продолжают следовать чьим-то старым указаниям. И ждут, пока его не изменят.

— Считаешь, что у замка может быть хозяин?

— Не исключено, — почесал голову Хост, после чего устало вздохнул. — Но это все лишь предположения. Истину мы вряд ли когда-либо узнаем. Но если древние маги, которые к моменту создания или появления этого места были ближе и знали о нем гораздо больше, допустили поселение в нем своих детей, то вряд ли нам что-то угрожает.

Он успокаивающе мне улыбнулся, а я пробежалась взглядом по стенам Академии, отныне воспринимая ее несколько иначе, чем раньше.

— Значит, — тихо произнесла я. — Хранители — часть этого организма?

И зацепилась взором за поворот коридора, где были кабинеты учителей и проход на третий этаж в медпункт — за беседой с Хостом я даже не заметила, когда мы спустились и оказались на пути в гостиную с Гиби.

— Я, думаю, что да… — начал отвечать на мой вопрос Хост и осекся, когда я резко остановилась, уже пройдя поворот, и сунула ему в руки Котю.

Хост опешил от этого, как, собственно, и сам Котя, который повис в его руках и пустил разноцветную волну по шерсти, пока не окрасился в голубовато-серый цвет сомнения, а я потрепала кота по голове и выпалила:

— Я сейчас вернусь!

— Л-лав! — испуганно посмотрел на Котю Хост.

— Нужно отбежать в туалет!

Хост, который хотел за мной ринуться, покраснел и замер на месте с котом в руках, а я поспешила в коридор. Завернула за угол, пробежала мимо двери в уборную и… Рванула к кабинету декана!

Остановившись пред его дверью, я задержала дыхание и потянула за ручку, но дверь не открылась.

«Снова заперто? — нахмурилась я. — Или опять разминулись?»

То, что я уже несколько раз натыкалась на закрытую дверь кабинета декана Боевого факультета, начинало настораживать.

«Может быть, у него очень много дел? — предположила я, одновременно с тем чувствуя, как начинает подниматься волнение в груди. — Все-таки столько всего случилось. А еще нападения на учеников за пределами Академии… Наверняка он вместе с директором сейчас что-то решает».

Я отступила от кабинета декана, однако вместо того, чтобы просто уйти к ребятам, подбежала к двери директора и взялась за металлическую ручку.

«Давай, Лаветта! Ты сможешь! — с волнением подумала я, так и не решаясь отворить дверь. — Белладонна, это же кабинет директора! Сначала нужно постучаться. А если спросит, что я хотела — узнаю про Сенжи».