Не успела она договорить, как мои губы задрожали, а я, чувствуя, как внутри все переворачивается, подбежала к своей кровати и рухнула лицом в подушку.

— Т-ты чего? — удивилась Мэй, а ее ладонь коснулась моей спины. — Он тебя обидел? Унижал? Ты только скажи… Я этому Флэмвелю!..

Но я не могла ответить, потому что горло жгли сдерживаемы слезы и рвущиеся наружу эмоции.

«Все это время он ждал, когда я проснусь, — я сильнее вдавила лицо в подушку, почти задыхаясь, и сжала ее пальцами. — Несколько часов он сидел и ждал, когда я проснусь! Тогда почему… Почему, Реджес, ты сейчас так со мной поступаешь?»

— Тише-тише, — продолжала успокаивать меня Мэй. — Хочешь, воды принесу? Или конфет? Говорят, сладкое помогает… Хост дал мне несколько, я вроде не успела все их съесть.

Перестав ощущать прикосновение ее ладони, я вдруг остро почувствовала холод одиночества и, испугавшись, поймала Мэй за руку.

— Не уходи!

— Х-хорошо.

Услышав мой осипший и полный паники голос, она тут же развернулась и осторожно присела на край моей постели, а я же облегченно выдохнула и, вновь спрятавшись в подушку, надломлено произнесла:

— И останься.

— Что?

— Никуда не переезжай, Мэй! — повторила я громче и зажмурилась.

А Мэй, помолчав некоторое время, ответила:

— Хорошо…

Ее ладонь вновь коснулась моей спины, отчего я вздрогнула, но быстро расслабилась, а нежный и спокойный голос, помог высвободить бурю эмоций, которые расширялись и неумолимо рвали меня изнутри.

— Я останусь.

Наволочка подушки опасно затрещала под моими пальцами.

— Установим несколько правил.

— Ага!

— Никакой лжи. Всегда сообщаем куда идем и зачем идем. Если не можем — говорим прямо, что пока не можем ответить, но не обманываем и предупреждаем, когда вернемся.

— Поняла.

— То же касается вопросов — не можем ответить, так прямо и говорим — не могу ответить.

— Хорошо!

— Если заметили что-то странное — никому об этом не рассказываем. Все, что происходит в нашей комнате — остается только в нашей комнате.

— Конечно!

— И…

Я запнулась, шмыгнула носом и призадумалась, стараясь не упустить ничего важного. Если уж я решила взять на себя ответственность за чью-то жизнь — нужно продумать все до мелочей.

«Белладонна… Надеюсь, я поступаю правильно», — начала я жалеть, что поддалась своему эгоистичному желанию не оставаться одной. И, прерывисто выдохнув, прогундосила:

— По возможности утром будем расписывать свой день, чтобы в случае необходимости мы легко могли друг друга найти.

— Без проблем! — радостно закивала Мэй, отчего у меня кошки заскребли на душе. — Что-нибудь еще?

Я вновь призадумалась, но в голову больше ничего толкового не приходило. Кроме, пожалуй…

— Это прозвучит странно, но если ты вдруг почувствуешь опасность, неважно, кажется тебе это или нет — ты обязательно об этом мне расскажешь.

Чувствуя себя диктатором и поработителем чужой воли, я выразительно посмотрела на Мэй, ожидая ее ответа.

— Обещаю, не задавать лишних вопросов, быть послушной и выполнять все условия! — клятвенно подняла она руку, а мои плечи расслабленно опустились.

— Прости, что я так с тобой поступаю, но… — замолчав, опустила я взгляд и закусила губу.

— Лав, — коснулась моего колена Мэй. — Не переживай. Пусть я многого не понимаю и не знаю, но я верю, что ты желаешь мне только добра.

Я набрала полные легкие воздуха, собираясь возразить, потому что сейчас думала, что мой порыв попросить Мэй остаться был продиктован скорее эмоциями, нежели холодной логикой, и тут же сдулась. Я не знала, как убийца выбирал своих жертв, поэтому отдаление от Мэй и упущение возможности ее защитить, как это было с Несс, пугало меня еще больше. Так я хотя бы могла хоть немного все контролировать.

«Жаль мне не дано заглянуть в будущее», — мысленно посетовала я и случайно перевела взгляд на полную миску корма Коти.

— Мэй…

— Да?

— А ты не видела сегодня Котю?

— Нет, — покачала она головой. — Я думала, он где-то с тобой.

Я нахмурилась. Кота с самого утра не видно.

— Разве ведьмы не чувствуют своих фамильяров? — спросила Мэй.

— Чувствуют, — кивнула я и обреченно вздохнула. — Но Котя не мой фамильяр.

— Не твой? — удивилась она. — А чей тогда?

— Ничей, — пожала я плечами. — Он просто необычный кот.

Ее лицо вытянулось, но прежде, чем она успела задать вопрос, я произнесла:

— Не могу ответить. Я сама не знаю, как он умудрился пробраться в Академию.

На лице Мэй сменилась гамма эмоций, после чего она хмыкнула и задумчиво коснулась подбородка.

— Тогда… А что если Котя когда-то жил в Академии, поэтому смог так легко войти?

На этот раз вытянулось мое лицо, но вскоре я немного надломлено рассмеялась.

— Это вряд ли. Я нашла Котю в другом городе слишком далеко от Академии. Сомневаюсь, что он мог самостоятельно проделать такой далекий путь.

— Может, его кто-то принес? — вновь предположила Мэй.

Повисло задумчивое молчание. Раньше я как-то не думала о том, что Котя мог быть из Академии, но почему-то слова Мэй не показались мне совсем абсурдными. Вот только факт того, что в Академии я не видела ни одного радужного кота, не позволял зацепиться за эту мысль. Однако откуда-то Котя должен был появиться и по какой-то неведомой причине так легко пройти в Академию. Жаль только, самого кота нельзя об этом расспросить.

— Ладно, — озадаченно почесала я затылок. — Как бы то ни было — Котя здесь. И мальчик он у меня самостоятельный, так что обязательно вернется.

Я вновь с тревогой посмотрела на полную еды миску, после чего перевела взгляд на пол, где лежали случайно сброшенные Мэй со стола листки.

— Это… — сощурила я глаза и наклонилась.

— Ой! Прости! — тоже спохватилась Мэй и вместе со мной потянувлась за листками, отчего мы встретились головами.

Я болезненно зашипела, хватаясь за макушку, а Мэй за лоб.

— Прости-прости! — запаниковала она, а я отмахнулась:

— Пустяки.

И улыбнулась. Надо же было попасть туда же, где побывал подбородок декана. Вспомнив, как я случайно зарядила Реджесу по челюсти, на душе сразу полегчало, а боль от удара стала даже приятной, словно чудесное напоминание.

Хмыкнув, я вновь склонилась и таки подобрала три листка.

— Мне было скучно, и я нашла на столе книгу, — произнесла Мэй.

— Ты ее читала? — повертела я страницы, узнавая рукописные строки, которые видела, бегло изучив отданные библиотекарем записи.

— Да… То есть, нет. Ну… В общем, да.

— Так да или нет? — глянув на нее исподлобья, вскинула я бровь, а Мэй перестала держаться за лоб и вздохнула.

— Я читала эту сказку раньше, а сейчас пыталась восстановить.

— Восстановить?

— Угу.

Мэй забрала у меня листки и положила их рядом с раскрытой книгой.

— Кто-то вырвал их из книги. Сделал это, конечно, аккуратно, но все равно, так портить вещи… — она осуждающе покачала головой. — Вот я и решила, пока тебя нет, собрать историю полностью, чтобы тебе не пришлось искать нужные страницы.

Встав с кровати, я заинтересованно заглянула в книгу, где, действительно, виднелась аккуратно срезанная часть листа.

— А о чем эта сказка?

— О драконах, — ответила Мэй, просматривающая семь оставшихся выдранных страниц.

— Драконах?

— Угу, — на мгновение она отвлеклась и недоуменно на меня оглянулась. — Ты разве не знаешь?

Я покачала головой, чем еще больше ее смутила.

— А… Эм… — замялась она, явно не решаясь задать какой-то вопрос, поэтому я ответила сама:

— Мне ее дали, поэтому я понятия не имею что это за книга.

— А-а-а, так она не твоя, — расслабленно опустились ее плечи.

— А ты о чем подумала? — насторожилась я, заметив странную реакцию Мэй.

— Ну, — замялась она. — Что ты иногда берешь случайные книги.

— Разве кто-то так делает?