«Ник тоже отличается…» — подумала я, искоса за ним наблюдая.
Раньше мне это как-то не бросалось в глаза, но после сегодняшних событий, я словно бы открыла новую страницу в своей книге восприятия. И теперь я видела: в сравнении с другими ребятами и даже Холлером Ник тоже был другим. Можно сказать, он был в чем-то похож на нас, но при этом все равно отличался. Особенно сейчас. Сидя вот так вот непринужденно, он казался особенно одиноким и печальным, как обычно выглядят люди, которых не понимают или не принимают. Хотя рядом с Ником всегда были Лекс и Хост, а сейчас рядом сидела я, но все равно казалось, будто его окружает неприступная стена.
Погрузившись в мысли о Нике, я не заметила, что уже долго и открыто на него смотрю, а он, словно почувствовав мое внимание, вдруг поднял голову и, встретившись со мной взглядом, улыбнулся. Я тут же смущенно отвернулась и, опустив голову, нахмурилась.
«Наверное, дело в смерти, — подумала я. — Мы все лишь немного с ней соприкоснулись, а Ник ее пережил. Его же оживлял некромант…»
Именно к такому выводу я пришла, после долгого раздумья, и это объяснение показалось мне самым подходящим. Ведь если смотреть на ребят из других групп, то никто из них еще не сталкивался с настоящей опасностью, поэтому они и кажутся стрелой без острого наконечника, который им еще предстоит в будущем наточить. Даже Холлер начал мне казаться каким-то игрушечным, точно вся его суровость была жалкой имитацией — совсем не похожей на ту, что была у Реджеса, воистину закаленного в сражениях.
«Интересно, а я изменилась?» — посетила меня угрюмая мысль спустя некоторое время философских размышлений, но не успела я в нее углубиться, как дверь в кабинет снова открылась, и на этот раз вошел декан.
Все ученики разом смолкли и затаили дыхание. На лицах многих отразился шок, потому что на декане все еще была обожженная одежда, через прорехи которой можно было увидеть травмы от огня и острых обрубков костей нежити. Я тоже невольно сглотнула и неотрывно за ним смотрела, пока он шел к своему столу, держа в израненных руках свернутый пергамент.
— Небеса… — выдохнула рядом со мной Мирай, чье лицо еще сильнее побледнело.
Но декан шел так, будто не замечал всеобщего изумления и боли от ран. Кинув на стол пергамент, он окинул всех нас внимательным взором, после чего произнес:
— Вижу, все в сборе. Это хорошо.
Убрав руки за спину, он вышел в центр перед доской и, на мгновение встретившись со мной взглядом, продолжил:
— У меня два важных объявления. Первое: сегодня случился инцидент. В подробности вдаваться не буду, дам только краткую информацию. Во время практики первого курса Боевого факультета ученик с силой некроманта потерял контроль и почти превратился в лича.
Все присутствующие, кроме нашего первого курса, ахнули и зашептались, отчего декану пришлось повысить голос:
— Однако благодаря совместным усилиям преподавателей и учеников трагедию удалось предотвратить. Сейчас с некромантом все хорошо. Директор оказал ему необходимую помощь и, придя в себя, он больше не показывает признаков перевоплощения.
Я облегченно выдохнула, почувствовав, как с меня сполз плотный слой напряжения. Слава Белладонне, с Сенжи все хорошо! От радости у меня даже слезы на глаза навернулись, которые я поспешила утереть.
— В связи со случившимся все занятия на сегодня отменены, и так как опасности больше нет, никакие ограничения вводиться не будут — вы можете свободно перемещаться по академии и готовиться к завтрашним урокам, но все равно попрошу всех не терять бдительности и быть готовыми к эвакуации. Также пострадавшие в инциденте могут обратиться к мадам Святосток. Она уже ожидает вас у себя в медпункте, готовая предоставить все необходимые снадобья и залечить раны, поэтому после нашей беседы рекомендую не откладывать и сразу отправиться на лечение. Всем все понятно?
— Да, — хором ответили мы.
Декан довольно кивнул.
— Теперь перейдем к другому объявлению.
Вернувшись к столу, он взял свиток и развернул его.
— Джури Раст, Флоренс Лаветта, поднимитесь, — произнес он будничным тоном, от которого у меня сердце подпрыгнуло к горлу.
Руки похолодели, а ноги, словно стали ватными, когда в мою сторону и Раста обратилось множество взглядов. Однако я нашла в себе силы подняться и, вцепившись в край стола, с нарастающим волнением посмотрела на декана.
— Джури Раст, за победу в практическом занятии вы награждаетесь триумфальным баллом.
Стоило декану упомянуть триумфальный балл, как ученики в кабинете взорвались возгласами. Кто-то поздравлял, кто-то захлопал в ладоши, а кто-то удивлялся, я же немного поникла. Получается, Раст победил…
«Надо же», — усмехнулась я, подивившись тому, что после всех событий оказалась еще способна расстраиваться из-за подобной ерунды. Но, после укола разочарования, меня быстро настигло непрошибаемое спокойствие, граничащее с усталостью. Проиграла — ну и Белладонна с ним… Главное, что с Сенжи и остальными ребятами все хорошо.
— Флоренс, — произнес декан и замолчал.
Я же, опьяненная собственным чувством спокойствия (похоже, все еще действовало лекарство Октавии, иначе больше никак мое состояние не объяснить), вяло посмотрела на декана. Наверное, объяви он сейчас о моем отчислении, я просто кивну и без возражений отправлюсь в комнату собирать вещи.
— По распоряжению директора…
Я прикрыла глаза, слушая равнодушные и текучие слова декана.
— Вы тоже награждаетесь триумфальным баллом.
«Да ладно!» — я резко распахнула глаза и встретилась взглядом с деканом, чей уголок губ дрогнул в мимолетной улыбке, стоило ему заметить, как от изумления вытянулось мое лицо. Ученики вновь пораженно зашумели и принялись аплодировать. Обернувшиеся Юджи и Торбальт стали меня поздравлять, а Ник радостно улыбнулся.
— Благодаря вашему смелому решению отправиться в кокон смерти, удалось остановить некроманта от перевоплощения, поэтому Академия АМИТИ выражает вам благодарность за проявленную самоотверженность и награждает вас триумфальным очком.
Вновь послышались аплодисменты, а декан, склонившись над столом, провел ладонью над узором чар, и в его руке со вспышкой оказалось перо. Он поднес его к пергаменту, чтобы подписать, но вдруг его рука дрогнула, и перо вдруг выпало. Пусть его правую ладонь защищала зачарованная перчатка, совсем от травм она спасти его не смогла — начиная от запястья и выше, были видны сильные ожоги. Однако декан даже бровью не повел — он вновь подхватил перо и уверенным движением поставил подпись, после чего пергамент растворился в золотом свечение, которое разделилось на два огонька, подлетевших ко мне и Расту.
«Зачислен 1 триумфальный балл», — начертал передо мной золотой огонек, а декан, выпрямившись, вновь заговорил:
— Напоминаю, что Вы можете потратить их сейчас или позже на любое ваше желание, касающееся учебы и будущего развития, вплоть до обнуления штрафных очков.
Пока декан говорил, я точно завороженная подняла руку и коснулась пальцем надписи передо мной, она тут же отозвалась, вспыхнув чуть ярче, а меня охватила дрожь эйфории.
— Профессор… — вдруг начал за моей спиной говорить Раст, но я его опередила:
— Профессор Реджес! — громко произнесла, чтобы перекрыть шум возбужденных учеников.
Все снова стихли, а Реджес вновь на меня посмотрел и с долей настороженности сказал:
— Да, Флоренс?
Чувствуя, как навязанное снадобьем спокойствие борется с нахлынувшим на меня сильным волнением, я стиснула кулаки.
— Я… Я хочу использовать свой балл.
— Уверены?
Я кивнула.
— Так, — сузил глаза декан, который явно ожидал какой-то подвох. — И что же вы хотите?
А я, набрав побольше воздуха, четко произнесла:
— Увеличить количество ваших дополнительных занятий со мной.
Услышав мое желание, Дамиан резко обернулся, пристально на меня посмотрев, а кто-то даже удивленно присвистнул. Декан же, опустив голову, усмехнулся:
— Впервые в жизни вижу, чтобы ученик тратил триумфальный балл на продление собственного наказания, — он вновь поднял на меня пронзительный взгляд. — Жалеть я вас, Флоренс, не стану, поэтому спрошу еще раз: вы уверены?
